Чтение онлайн

К назначенному времени я как добросовестный гражданин ждала у дверей кабинета, когда меня пригласят. И была неприятно удивлена, зайдя в зал и увидев там довольно улыбающегося мистера Флойда.

– Мисс Александра Пембертон?

– Верно, – ответила, стараясь не подать виду, что меня обеспокоило такое положение дел.

– Присаживайтесь, начнём, – со снисходительной улыбкой проговорил мужчина, раскрывая тоненькую папку, – мистер Грег, капитан полиции, изложил ваше дело… мисс Александра, в графстве Окленд девушки не могут самостоятельно распоряжаться своим имуществом, только с разрешения отца, мужа или близкого родственника – того мужчины, которого вы назначите своим попечителем.

– Согласно закону о гражданских правах от двадцать

пятого февраля тысяча восемьсот шестьдесят третьего года, сессия три, глава пятьдесят восемь, седьмой акт третьей сессии девятнадцатого Конгресса, после наступления совершеннолетия девушка может самостоятельно распоряжаться своим имуществом, – с улыбкой процитировала заученный наизусть закон и, чуть помедлив, добавила, – в графстве Окленд имеется свой акт, который ему противоречит?

– Нет, мисс Александра, – натянуто улыбнулся судья, не ожидавший от меня такой осведомлённости, – но в графстве Окленд есть свои поправки к этому закону – акт пятнадцатый, в котором прописаны суммы, ограничивающие полномочия управления. Если вы решите воспользоваться суммой свыше указанной в акте, вам понадобится поручитель. А им может стать ваш отец, муж или старший в вашем роду мужчина.

– Можно ознакомиться с данным актом? – произнесла, признаться, не ожидая такой подставы.

– Конечно, – ответил судья, передав секретарю лист бумаги, – вам потребуется время, чтобы изучить документ? Мы можем перенести заседание на следующий день.

– Нет, благодарю, – отказалась, принимая желтоватый лист у парня, и краем глаза заметив довольную улыбку Флойда, с ненавистью вперилась в треклятую бумагу…

«Акт действительно был и чёртовы поправки тоже. Конечно, можно поднять законы, но я сомневаюсь, что этот документ был подделкой. Что бы там ни связывало Флойда и судью, он бы не стал так рисковать своим местом и должностью. Ограничивающая сумма, указанная в акте, была внушительной, такими деньгами я не располагала, но это пока. Скоро поступят на счёт деньги за шпалы, чуть позже – проценты за пользование железной дорогой. Через три месяца мистер Джордж Андерсон приедет в Окленд для обсуждения нового договора, а там суммы будут немаленькие. И я не собираюсь просить разрешения на свои действия у Флойда или Хью или вымаливать одобрения своих решений» – эти гнетущие мысли ворочались в моей голове словно каменные глыбы, пока я изучала ненавистный мне документ.

В Амевере, к сожалению, каждое графство имело право вносить свои небольшие добавления в закон, и чтобы всё их изучить, придётся потратить на это половину своей жизни, а может, и больше. Но было недопустимо, чтобы дополнения противоречили основному закону, а значит, в этом акте должно быть то, что я ещё не увидела.

Не отвлекаясь на покашливание судьи и нетерпеливое ёрзание дядюшки, я, отбросив все свои мысли в сторону, принялась въедливо вчитываться в каждую строчку. Иногда некоторые приходилось просматривать несколько раз, чтобы уловить их суть; порой одно-единственное слово меняло весь смысл дополнения; или как в последнем пункте, где за перечислением, утрируя никчёмность женского ума, скрывалась важная, меняющая многое строчка…

– Пункт семнадцатый, господин судья, – с торжествующей улыбкой заговорила спустя полчаса внимательного изучения документа, успев заметить виноватый взгляд, брошенный судьёй на Флойда, – женщина вправе сама выбрать себе попечителя из старших мужчин её рода, которому она доверят. Мистера Хью Пембертон, как и мистера Флойда Янг я, согласно поданному мной заявлению с приложенными к нему выписками со счетов банка и расчётами прибыли за пользованием моим имуществом, я обвинила в воровстве, и, соответственно, доверия у меня к ним нет.

– Это ещё не доказано, – сейчас же вскочил дядюшка и, фыркая точно лошадь, воскликнул, – никто тебя не обворовывал!

– Полагаю, все пропавшие со счетов моего отца деньги вы просто перевели на свои для сохранности? И пока

я после трагической гибели семьи, потеряв память, скиталась в поисках родных, вы мои капиталы бережно хранили? А значит, суммы, указанные в заявлении, скоро вернутся на мои счета? – насмешливо проговорила, возвращаясь к прерванному монологу, – единственные старшие мужчины моего рода, которые не запятнали себя обворовыванием сироты – это братья моей матери, но так как они живут в Вирдании, мне понадобится время, чтобы оповестить мужчин о моём выборе их в качестве моих попечителей. И согласно пункту семнадцать, абзац два, пока назначенный попечитель принимает дела, женщина вправе пользоваться своим имуществом без ограничения. Верно?

– Да… – нехотя согласился судья, с сочувствием взглянув на Флойда и приказным тоном продолжив, – но вы обязаны предоставить суду копию письма со штампом начальника почты в доказательство того, что письмо действительно было вами отправлено.

– Непременно, я соблюдаю законы Амевера, – с улыбкой проговорила и, выдержав небольшую паузу, добавила, – уверена, вы, господин судья, тоже. И надеюсь, что моё заявление будет рассмотрено в ближайшее время, если, конечно, мистер Флойд и мистер Хью не перечислят на мои счета всю сумму, которую они держали у себя для сохранности.

– Да, мисс Пембертон, мы рассмотрим ваше заявление в ближайшее время, – подтвердил мужчина и, сделав глубокий вдох, объявил, – в день предоставления суду копии письма, заверенной начальником почты, в котором будет назначен попечитель. Мисс Александра Алексия Пембертон до прибытия попечителя своим имуществом и счетами может распоряжаться без ограничений. Возражения к решению суда имеются?

– Нет, господин судья.

– Нет, господин судья, – сквозь зубы процедил Флойд, рывком поднимаясь с кресла.

– Суд окончен! – раздался сиплый голос помощника судьи, и едва я успела встать со своего места, как мимо меня с нервно дёргающейся губой пролетел разъярённый мистер Флойд. Куда так спешил дядюшка, мне было очень интересно, но встреча с Картером состоится только вечером, а самой следить за родственником было неблагоразумно.

Покинув здание суда, я, долго не размышляя, сразу же направилась на почту, благо она находилась всего в двух кварталах и можно было неспешно прогуляться по городу и ещё раз обдумать произошедшее. В том, что Флойд не отступит, я была уверена, а в том, что дядюшка Хью будет ему всячески помогать, не сомневалась. Можно нанять хорошего адвоката, который наверняка знает большинство местных поправок, но провести несколько месяцев в суде у меня не было ни желания, ни времени. Никто не захочет вести со мной дела, узнав о бесконечных судебных тяжбах.

Письмо дядюшкам Уилсон я, конечно, отправлю, но, во-первых, я не знала, что они из себя представляют, может, ещё хуже, чем Хью и остальные, а во-вторых, живы ли они вообще и не придется ли мне связываться с многочисленными братьями, которые растащат остатки моего имущества. Предполагаю, что в законе обязательно найдётся поправка графства Окленд, в которой появится ограничивающий срок принятия дел моего попечителя. А значит, необходимо придумать иной путь выхода из этой патовой ситуации. Я трезво осознавала, что если не найду действенный способ избавиться от жадных родственничков, то буду ходить в суд как на работу.

– Мисс? Вы что-то хотели? – прервал мои тягостные мысли звонкий голос девушки. Задумавшись, я не заметила, как добралась до почты и замерла молчаливым истуканом у окна сотрудника.

– Лист бумаги, ручку и конверт, пожалуйста, – произнесла, через минуту с благодарной улыбкой принимая запрошенное.

Написать письмо, заверить его копию у начальника почты, а также конверт со штампом, чтобы у судьи не возникало лишних вопросов – на это ушло чуть больше получаса. Ещё полчаса потребовалось, чтобы дойти до суда и под роспись в получении отдать документы. Час, чтобы дождаться возвращения судьи и забрать у него постановление, затем поставить печать у секретаря и уведомить архив.