Герцог Клим (СИ)
Шрифт:
Когда путники достигли верхней площадки, ворота замка медленно отворились. Зазвучала торжественная музыка. Под ее сопровождение Снегов и Зорий вступили на территорию замка, где их уже встречало приветственными возгласами, наверное, все местное население. Лорду-носителю и его оруженосцу предстояло пройти по ковровой дорожке, сквозь строй замерших гвардейцев в зеленых мундирах. Через головы солдат к их ногам летели цветы. Заканчивалась дорожка у подножия еще одной лестницы, – далеко не такой высокой, как та, что вела к замку с поверхности, – на верхней площадке которой их ждала ослепительной красоты молодая женщина в изумрудном наряде. Повинуясь уже сослужившему ему сегодня добрую службу инстинкту, Снегов застыл перед принцессой – у него не было никаких сомнений в том, кто перед ним – в почтительном поклоне. Голос Листии прозвучал как журчание горного ручейка:
– Приветствую
О какой усталости могла идти речь? Уже через полчаса Клим и Зорий умывшись и сменив одежду, в сопровождении церемониймейстера, вошли в празднично украшенный зал. По периметру зала встык друг к другу были установлены столы, которые образовывали фигуру напоминающую русскую букву «П». Прозвучал гонг, шум в зале утих, и головы гостей, сидящих за столами, повернулись в сторону вошедших. В наступившей тишине церемониймейстер торжественно провозгласил:
– Его светлость Лорд-носитель и магистр лорд Зорий!
К своему титулу Снегов уже успел привыкнуть, а вот титул Зория слышал впервые. Он с интересом посмотрел на своего напарника. Тот ответил смущенной улыбкой и пожатием плечами: мол, я и сам в недоумении. Все присутствующие, за исключением принцессы Листии, стол которой располагался по центру зала, встали со своих мест и устроили Снегову и Зорию минутную овацию, после чего восстановили нарушенный появлением «гвоздей программы» статус-кво или, проще говоря, продолжили прерванную трапезу. Тем временем церемониймейстер проводил Снегова и Зория к отведенным для них местам: по правую и левую руку от принцессы Листии соответственно. Наличие других гостей за столом принцессы не предполагалось. Едва только первое чувство голода было утолено, как между Листией и Снеговым завязалась непринужденная беседа, в которой Зорий участия практически не принимал. Из этой беседы помимо прочего Снегов узнал немало интересных подробностей касательно «Тропы испытаний». Если к тому, что ему уже было известно прибавить то, что он извлек из разговора с принцессой, складывалась довольно любопытная цепочка… «Тропа испытаний» проходила через все королевства Империи Пяти Лучей. И если в первых четырех миссиях для их успешного выполнения необходимо было исполнить три задания: по одному для Лорда-носителя и оруженосца плюс одно общее для обоих, то пятая миссия сводилась исключительно к поединку между Лордом-носителем и «обидчиком», каковым в данном случае являлся граф Властмил. Правда роль оруженосца в заключительной миссии так и осталась для Снегова неясной, поскольку принцесса ловко ушла от обсуждения этой темы. Еще одна деталь, о которой Снегов узнал только теперь, совсем не прибавила ему оптимизма. Оказывается, даже успешно справившись с предназначенными ему заданиями, в последующую миссию он мог войти без оруженосца. Это могло случиться, если бы Зорий проиграл свой поединок. У Клима тут же возник вопрос, который он не преминул задать:
– Могут ли напарники помогать друг другу в индивидуальном поединке?
– Я охотно просвещу вас на этот счет, – улыбнулась принцесса (Надо сказать, что улыбка вообще редко покидала ее прекрасное лицо). – Начну с того, что внутри ристалища могут находиться только поединщики. Таким образом, прямое вмешательство в ход поединка исключено. Но за вторым участником команды остается право, в случае необходимости, помочь своему товарищу другим способом. Например, кинуть ему оружие взамен поломанного – заметьте: поломанного, а не утраченного в ходе поединка! Не возбраняется так же провести какой-либо отвлекающий маневр. Например, громко крикнуть или метнуть кинжал в дерево… – произнеся эту фразу, Листия хитро взглянула на Снегова.
Тот сумел сохранить невозмутимость и задал следующий вопрос:
– Если я правильно вас понял, то все миссии готовятся заранее. Выходит в городе Гуде для меня был разыгран спектакль?
– Вы чересчур прямолинейны, милорд, – покачала головой Листия. – Сценарий прохождения миссии действительно существует. Но в нем обозначены только основные моменты. Так на Изумрудной планете вы были должны: пройти мимо дракона, победить в стрельбе из лука и выиграть магическую схватку – и всё! Вся тактика отдавалась на ваше усмотрение. К дракону вас направили мы, запретив поворачивать на развилке
влево. Но ведь вы могли и не принимать бой, а проскочить мимо чудища другим способом, например, быстро пробежать мимо него.Снегов представил себе картинку: они с Зорием убегают от ошарашенного дракона, и улыбнулся.
Листия между тем продолжала:
– Что касается событий в городе Гуд, то уверяю вас: суд был самый настоящий. Разве что приговор, вздумай вы пройти мимо города, как вам советовал ваш оруженосец, был бы помягче. Просто это событие – я имею в виду судопроизводство – было приурочено именно к моменту вашего прохождения мимо Гуда.
– Но ведь я действительно мог пройти мимо города, – заметил Клим.
– Мимо города – да, – согласилась принцесса. – А вот мимо состязания в стрельбе из лука – нет. Просто вас принудили бы к этому другим способом. И умоляю вас: не считайте все происходящее спектаклем. Так или иначе, но бои вам предстоят самые настоящие, и победа в них не будет легкой. Вы ведь уже в первой миссии чуть не остались без оруженосца. Надеюсь теперь вам все понятно?
Пока Снегов размышлял над ответом: «Скажешь «да», значит, скажешь неправду, скажешь «нет», рискуешь прослыть занудой», – в зале вновь прозвучал гонг.
– Сейчас начнется представление, – сказала принцесса, которая, по-видимому, вовсе и не ждала от Снегова ответа.
Облегченно вздохнув, Клим сосредоточил внимание на начинающемся действе.
Первым выступал фокусник. Он показывал трюки с веревкой. Сначала артист просто завязал на ней несколько узлов и развязал их, пропустив веревку через кулак. Потом он дал веревке свободно повиснуть в руке, опустил ее нижним концом на пол и, оставив в таком положении, отошел в сторону. Затем фокусник достал из складок плаща дудочку и бросил ее в сторону веревки. Та поймала ее своим верхним концом, стала играть на ней и одновременно танцевать. Завершилось выступление фокусника несколько неожиданно, по крайней мере, для Снегова. Веревка вдруг прыгнула на артиста, превратившись в полете в змею. Фокусник, как бы в страхе, отбросил ее прямо в сторону принцессы. Рефлекс сработал раньше, чем в голову пришла мысль: «Ведь это всего лишь фокус и принцессе ничего не угрожает». Рука Снегова схватила лежащий на столе столовый нож и метнула его в змею. Сталь рассекла рептилию точно посередине. Та немедленно распалась на десятки цветов, которые, в свою очередь, рассыпались на сотни лепестков, а те, кружа, стали опускаться на пол и столы. Зрители щедро наградили обоих: фокусника за выступление и Снегова за бросок, а Листия наградила его еще и благодарным взглядом.
Вслед за фокусником выступал дрессировщик, вернее, клоун в роли дрессировщика. Артист въехал в зал на животном, напоминающем единорога, каким его изображали на иллюстрациях в старинных земных книгах. Посередине зала «единорог» встал на дыбы и вдруг превратился в кота – кошки они, знаете ли, везде одинаковы. Под хохот зрителей, клоун с шумом упал на пол, сделал вид, что больно ушибся, и с досады отбросил кота в сторону. Тот зашипел, выгнув спину, и превратился в полу-льва полу-тигра. Зверь с рычанием стал подступать к клоуну. Тот не растерялся, встал на четвереньки и зарычал в ответ. Зверь испугался, попятился и превратился в пуделя, – так охарактеризовал это животное Снегов – который подбежал к клоуну и стал вылизывать ему лицо.
Прошло, наверное, полчаса. Артисты продолжали сменять друг друга, пока в зале вновь не прозвучал гонг. По установившей тишине Клим догадался, что наступает кульминационный момент представления. На середину зала вышел мужчина. Зазвучала тихая музыка. Она звучала все громче и громче. Когда она достигла нужного уровня, артист запел. Такого чарующего голоса Снегову слышать не приходилось. Очертания зала стали размываться пока не исчезли совсем. Клим увидел себя плывущим в открытом космосе в окружении тысяч звезд самыми яркими из которых были пять: изумрудная, рубиновая, белая, фиолетовая и голубая. На Снегова снизошло ощущение благости и покоя. Ни счастья, ни радости, а именно покоя: умиротворяющего и всеобъемлющего. Из транса его вывел шквал аплодисментов. Клим улыбнулся только что пережитым ощущениям и присоединился к аплодирующим…
Представление закончилось, но веселье продолжалось. Больше не было разговоров на серьезные темы. Была лишь веселая болтовня и были танцы. Не считающий себя хорошим танцором, Клим сегодня был в ударе. Он танцевал и с принцессой и с другими дамами. И хотя он не понимал ни что танцует, ни как он это делает, но все у него получалось великолепно: не иначе Обруч на голове помогал.
Разошлись за полночь. Едва голова Клима коснулась подушки, как он мгновенно заснул, и снились ему только хорошие сны…