Чтение онлайн

это связано с тем, что изолированное положение нуклеарной семьи означает, что мужчина и

женщина периодически вынуждены брать на себя роли друг друга, поэтому в ней редко

бывает строгое разделение ролей14.

Одним из ключевых факторов, определяющих статус жен-щин, является разделение труда в

сфере ухода за детьми. Репродуктивная роль женщины исторически ограничивает ее участие в

социально-экономической сфере. Но, хотя ни одно общество полностью не передает

мужчинам функции ухода за детьми, чем больше

мужчины участвуют в воспитании детей и

чем больше женщины освобождаются от этих обязанностей, тем выше бывает статус

женщины. Есть много способов освободить женщин от их «исключительных» обязательств. В

обществах, не принадлежащих к числу западных, это позволяют делать разные обычаи, как,

например, няни, берущие на себя заботу сразу о нескольких детях, участие в уходе за детьми

мужей или соседей или поручение этой роли пожилым членам племени, поскольку их

экономическая деятельность ограничена возрастом15.

В качестве одного из объяснений женского статуса рассматриваются также отношения между

детьми и родителями. Социолог Скотт Колтрейн обнаружил, что чем ближе отношения между

отцом и сыном, тем выше в такой семье статус женщины. Колтрейн обнаружил также, что в

культурах, где отец относительно не вовлечен в воспитание детей, мальчики идентифицируют

себя через противопоставление своей матери и другим женщинам, поэтому они склонны к

проявлению черт гипермаскулинности и проявляют свою мужественность через

отрицательное отношение к женщинам. Чем большее участие принимает отец в воспитании

детей, тем меньше такой мужчина умаляет роль и значимость женщин. Маргарет Мид также

подчеркивала центральную роль отцовства в семье. Большинство культур воспринимают роль

женщины в воспитании детей как данность, тогда как мужчине необходимо научиться стать

91

воспитателем. Здесь, конечно, есть, чем рисковать, но в этом нет ничего фатального: «Каждое

известное нам человеческое общество построено на обучении мужчинами своих детей»16.

Если мужчине нужно научиться воспитывать детей, то здесь возникает вопрос о

мужественности вообще. Само представление о том, что значит «быть мужчиной»,

чрезвычайно меняется от одной культуры к другой, и оно во многом зависит от того, сколько

времени и энергии отец тратит на своих детей. Это оказывается немаловажным и для женщин,

поскольку чем больше времени мужчина проводит со своими детьми, тем меньше в такой

культуре тендерное неравенство. Верно и обратное: чем более свободны женщины от ухода за

детьми — чем более забота о детях делится с кем-то еще и чем выше контроль женщин над

собственной фертильностью — тем выше их статус. Колтрейн также обнаружил, что статус

женщины зависит от ее контроля над своей собственностью, особенно после заключения

брака. Когда женщина сохраняет контроль над своей собственностью

в браке, это неизменно

повышает ее статус в обществе.

Интересно, что недавнее исследование о мужском братстве, столь необходимом для теорий,

которые делают акцент на войне или закреплении роли мужчин в социальном порядке, служит

тому еще одним подтверждением. Социолог и географ Дафна Спайн утверждает, что те

культуры, в которых мужчины разрабатывали самые сложные разделенные по полу ритуалы,

оказывались культурами с наиболее низким женским статусом. Спайн описала

пространственную организацию некоторых культур и обнаружила, что чем дальше от центра

деревни находилась мужская хижина, чем больше времени мужчины тратили на свои

ритуалы, находясь в этой хижине, и чем более важную роль в культуре играли эти мужские

ритуалы, тем ниже был статус женщин. «В обществах с „мужскими домами" женщины имеют

наименьшую власть, — пишет исследовательница. — Если мужчина проводит свое время

далеко от семейной хижины, в мужской хижине с- другими мужчинами, то у него остается так

мало драгоценного времени и еще меньше склонности к тому, чтобы посвятить его семье и

воспитанию детей»17.

Точно также антрополог Томас Грегор обнаружил, что все формы пространственной

сегрегации между мужчинами и женщинами связаны с тендерным неравенством. Племя

меинаку в Центральной Бразилии, например, имеет очень хорошо институционализированные

мужские хижины, в которых хранятся племенные тайны и ритуальные инструменты, и там же

на них играют. Женщинам в эти хижины запрещено заходить. Мужчи-

92

на племени сказал Грегору: «Это место — только для мужчин. Женщинам нельзя видеть

ничего из того, что здесь находится. Если женщина входит в хижину, мужчины забирают ее в

лес и насилуют»18.

Этидвесоциальныепеременные —вовлеченность отца в воспитание детей (часто измеряемое с

помощью пространственной сегрегации) и контроль женщины над своей собственностью

после заключения брака — входят в число центральных детерминант статуса женщины и

тендерного неравенства. Неудивительно, что они также определяют уровень насилия над жен-

щинами, поскольку чем ниже женский статус в обществе, тем выше вероятность сексуального

и прочего насилия по отношению к женщинам. В одном из наиболее всесторонних срав-

нительных исследований женского статуса Пэгги Ривз Санди выявила несколько важных его

коррелятов. Одним из них является контакт с мужчинами. Сегрегация по половому признаку

тесно взаимосвязана с низким статусом женщины в обществе, словно разделение полов было

«необходимо для развития неравенства полов и мужского господства». (И наоборот,

исследование общества с эгалитарными отношениями между полами не обнаружило никакой