Чтение онлайн

Все-таки, если меня чему и научило фигурное катание — это правильно падать.

Вот только удара… Того самого, болезненного и вышибающего из легких воздух, так и не случилось.

Я приземлилась довольно мягко. Гораздо мягче, чем должна была.

А когда открыла глаза, увидела перед собой Ястреба. Точнее, подо мной.

Он скалился победно и стискивал талию.

— Попалась, Славка?

— И что будешь делать? — прошептала ему в губы, почти коснувшись своими, ощутив горячее дыхание. — Флаг я не отдам.

— Уговорю? — сощурился Гор.

— Не уговоришь, — покачала головой,

жалея тысячу и даже больше раз, что мы в лесу, а не в домике за плотно закрытыми дверями.

Это ненормально, когда от мужика так голову сносит. Со мной так не бывает. Но черт, это оказывается так огненно. И эти мурашки, и это ощущение под ложечкой, и предвкушение, и обещание в его почти черном взгляде.

— Обыскать тебя? — и снова хриплый, шершавый вопрос. И руки прошлись вдоль тела, от талии, по спине и вниз, почти до задницы, и это вообще не пистолет мне в бедро упирается.

Розовый кисель в башке почти вскипел, червь, запущенный Ястребом в кровь, только что дожрал остатки здравого смысла. Даже не подавился, гадость такая.

Но… у меня флаг и… я тайное оружие Тарасова, или как он там выразился?

— Времени не хватит, — скользнула я вдоль его тела, прижимаясь плотнее, не удержалась просто. Как можно было удержаться?

— Пытать? — и потерся уже темным, но все еще недостаточно колючим подбородком о мою шею.

Запрещенный прием, между прочим. Я вообще потеряла связь с реальностью и суть разговора. Провалилась в темные глаза.

— М-м-м… — вырвалось то ли возмущенно-возбужденное, то ли растерянно-заведенное. — Это не по правилам.

— Сейчас утащу тебя, заберу ото всех и не выпущу. И от Сашки твоего, и от Знаменского, от Эльки неугомонной, — острые зубы сомкнулись на мочке уха. Разрядами тока прямо в мозг. — Только если по правилам, надо чтобы ты флаг отдала, и мы войнушку эту дурацкую закончили.

О-о-о, каким искушением это прозвучало. Как хотелось, чтобы утащил, чтобы не выпустил, но… Ведь действительно не по правилам играет. Дразнит, заводит, голову туманит.

— Отдашь флаг, Лава моя?

И так хотелось действительно отдать этот красный клочок ткани, и повестись на это вот все: на тон, руки, губы, на обещание в голосе.

Но разве можно уступить сейчас? Когда так интересно, когда так заводит это самое любопытство: что он сделает? Даст выстрелить? Заберет пистолет? Выстрелит сам?

— Отдам, — кивнула и приставила к его груди дуло, приподнимаясь, улыбаясь. — Только подстрелю тебя сначала, а потом обязательно отдам… Тарасову, — и улыбка стала совсем широкой.

А глаза Гора, кажется, потемнели еще больше, он оттолкнулся рывком от земли, и снова все поменялось местами, и я уже под ним. И дыхание куда-то делось и что-то будто лопнуло, наверняка, мой здравый смысл.

И Ястреб немного сдвинул мою руку и накрыл губы своими.

Баста, карапузики. Флаг, войнушка, пистолет, зажатый в руке, лес перестали существовать.

Только его губы остались, руки, жадный, но медленный и тягучий поцелуй. Жалящие укусы, пальцы горячие на скуле, скользнувшие по шее, плечу, предплечью.

И я зарылась в жесткие волосы, укусила его, выдохнула в рот, и совсем пропала. Целовала в ответ, забирала дыхание, скользила вдоль его языка

своим. Снова, снова и снова, пока совсем не закружилась голова, пока не перестало хватать дыхания. И даже не стала давить стон разочарования, когда Гор вдруг отстранился, коротко поцеловал во все еще открытые губы. И еще раз. Его попытки вернуть меня на замлею действовали плохо. Я только смотрела на Гора, пробуя принять окружающую реальность. Даже не заметила, как и когда он вытащил из моей руки маркер.

— Я беру тебя в плен, Славка, — улыбнулся он.

И я наконец-то услышала чужие голоса совсем рядом.

— Что? — сообразила не сразу.

Ястреб опять перекатился, сел вместе со мной, мазнув горячей рукой по бедру.

— Ты ранена, и я беру тебя в плен, забираю в свою берлогу, — поднялся, помогая мне встать.

— Ранена?

И только сейчас я почувствовала, что-то на щеке, мазнула пальцами, перевела взгляд на бедро и предплечье, на руку Гора. Застыла, удивленная и все еще не до конца понимающая, что произошло. Это не здравый смысл лопнул тогда, это хрустнул в его руке шарик для маркера. И все, что вытекло из него сейчас было на мне.

— Ты…

Я была измазана. Измазана красной краской… Без единого выстрела. Он…

— Я, — очень-очень бесяче улыбнулся Ястреб.

Голоса становились все ближе и ближе.

— Это… — слова не находились, я вдруг стала, как Энджи, которая совершенно не понимает, что говорить и как отвечать. Никак не может соотнести причину и следствие, потому что мозгов не хватает.

— Ага, — кивнул Гор.

— Ястреб, ты там? — раздалось откуда-то сбоку, ни он, ни я даже головы не повернули. Удивление спало. Я была готова расстрелять в короля-всея-кодеров всю обойму. Выпустить все десять или сколько их там шариков. Стукнуть по крайней мере хорошенько, зарычать от досады. Хоть что-то сделать…

— Тут, и с добычей, — спокойно и немного громче, чем говорил со мной, ответил, кажется, Лехову. — Слышишь, Лава? Ты моя добыча.

Я только рот открыла, чтобы ответить ему, но успела сделать лишь вдох. Гор вздернул меня в воздух и поднял на руки, заставив вместо ругательств придушенно пискнуть.

— Прибью тебя, Ястреб, — прошипела. — Придушу. Все словари в Энджи перекрою, такие тесты на лоха пропишу, что ее с нуля собирать придется. Я…

— Ты очень вкусная, когда злая, Славка, — перебил меня король-всея-кодеров, разворачиваясь. И опять легко поцеловал, снова потерся колючим подбородком о шею, и развить мысль не вышло. Только сопеть. И…

Восхищаться им втихую. Наглостью, самоуверенностью и мозгами. Ну… потому что обвел вокруг пальца, потому что сам кайфанул, потому что я действительно теперь его добыча. До мурашек просто. Огромных, охренительных.

— Огонь добыча, Гор! — хохотнул действительно Лехов, выходя из-за кустов справа. — А ты, Славка, молоток в догонялки играть.

Я не придумала ничего умнее, чем продемонстрировать средний палец.

— Врагам не сдается наш гордый Варяг, — буркнула и показательно на всех надулась. Ястреб только хмыкнул. Тоже достаточно раздражающе. По крайней мере, мне хватило этого хмыканья до самой их базы, чтобы упорно молчать и тихо балдеть от всего происходящего.