Гады
Шрифт:
– А разве у твоих подружек нет какого-нибудь ребенка?
– Все, кто родил, исчезли. Никто не готов проводить время с весёлой Верой. Теперь всем нужна «тётя Вера». Господи, мне же нет 25!30! – сказала она. – Бли—ин. Хочу мультики.
– А я торт.
– Мультики и торт. Хочу. Я хочу этого. Нам и правда нужен ребёнок.
– Тогда нам надо заняться сексом.
– Ну—у. Я так не хочу. Хотя, не знаю. Вчера под окнами сигналил какой-то мужик на сером—лексусе. Я не могла уснуть. А если бы у меня был ребёнок? Он бы тоже не давал мне уснуть. Ну что бы тогда это было за гадство? У меня от этого только депрессия, а весёлых—таблеток
– Да. Тем более я не хочу много тратить. У меня одна моя зарплата с той недели. И больше не будет. А дети— это дорого. Но на торт хватит. Сходить за тортом?
– Это не то. Я хочу чужой день рожденья. Хочу прийти на день рожденья к какому-нибудь хорошему мальчику и смущать его своим непревзойдённым одиночеством. Пусть подумает, что я когда-нибудь стану его женой, пока я буду смущать его отца.
– Но я хотел просто торт.
– А ты поешь просто тортик. И салатики. И курочку.
– Но тогда мне придётся разговаривать с чьими-то родителями…
Однажды я уже общался с чужими родителями. Я ходил с подругой на день рождения её племянника. Его мама спросила меня:
– Чем ты занимаешься?
– Я писатель.
– О, я так и подумала. Ты выглядишь как настоящий писатель.
– Это как? – спросил я.
– Плохо, – ответила она.
–…Не люблю разговаривать с чужими матерями. Они меня смущают, – сказал я.
– А может, всем сказать, что у меня день рожденья? – сказала Вера. – Напишу об этом на странице и выйду. Пусть все звонят.
– С днём рожденья.
Кажется, она это серьезно.
– Сволочь, – сказала она. – Как же я тебя обожаю. И как же я ненавижу эти тупые клипы. Зачем мне знать, что ты синий? —сказала она телевизору. – Это все и так знали.
– Я всё ещё хочу праздника, – сказал я.– Вау. Никки Минаж очень хороша. Этот клип мне нравится.
– Подожди, я уже пишу, что у моей кошки сегодня день рожденья. Да, кошка?
–Ты назвала свою кошку Кошкой?
– Нет. Ты что? Нет, нет, нет. Просто я постоянно забываю её имя и придумываю ей новое. А ей плевать.
– Так, – продолжила она. – Я знаю, что Витя точно купит мне тортик. Только придется с ним разговаривать. Блин, ну, скажу, что ты мой парень.
– Ладно. А я пока посплю.
Я свалился и был таков.
Клипы без звука и теплые простыни. Я показался себе ватным. Ватой, наполненной сигаретной и потной водой с запахом поезда. Раздеться бы, но я ненавижу спать без футболки.
Мне показалось, что кто-то пришёл. И что это Киркоров. И он говорил:
– Я не виноват. Я просто хотел быть знаменитым. Ты же меня понимаешь?
Да. И я заснул. Пропустил торт. И так быстро перешёл к следующей главе.
«Муза»
Я положил в каждый карман своей кофты по руке и вышел в подъезд. Так Вера быстрее одевается.
Здесь, в подъезде дома, где живёт Вера, стены обклеены всякими наклейками и стикерами. Зайчики и лосята, супергерои и winx. А ещё много старых плакатов. Рядом с нашей дверью висит плакат Джонни Деппа с Кейт Мосс из журнала «Звёздное
время» за 1998-й год. Рядом плакат с Дэвидом Духовны и Джиллиан Андерсон. Секретные файлы. Она облизывает его висок. У подъезда я слышал, что на третьем этаже можно найти плакат группы SMASH.Вера вышла. Хлопнула дверь. Рука повернула ключ два раза и:
– А ты знал, что на Юру Козлова напал козёл, когда он был ребёнком?
– Нет, – говорю я.– Какой бедный мальчик. Какая странная история.
– Он для меня загадка. Послушаем его группу, когда выйдем на улицу?
– Да, – сказал я.– На меня как-то собака напала, когда я был маленький, – начал я, перебирая под ногами ступени. – Знаешь, большая такая, как медведь.
– Нет. Это другое. Ты же не Собакин или Овчаров. Ты не Пёсов и даже не Собачкин.
– Я просто Ильин. Кажется, у меня всё ещё такая фамилия.
– Да? Ну, вот! А это другое дело. Это козлы и принадлежащие им фамилии. Другая категория!
– А, да, – сказал я и задумался. А потом выдал: – Я ездил с бабушкой в деревню, к её мужу. Собака была у соседей. Я помню, как они открыли ворота, и она, та собака, вроде сорвалась. Вроде они её сами отпустили?
Ступени, в общем-то кончились, как и этажи. Осталась темнота. Вера исчезла. В моих глазах совсем потемнело: то ли от страха тех глупых воспоминаний, то ли забыли лампочку включить. Вера исчезла где-то впереди.
– Блин. Блин!
Она долго искала нужную кнопку. А когда нашла, раздался глупый писк, так что моя история, которую я хотел рассказать, наполовину стёрлась. Мне даже потом показалось, что никакой собаки не было. Не было бабушки и её мужа. Да и кто он мне, тот, когда-то живший и хорошо ко мне относившийся мужчина, которого я никогда не называл дедом, а просто – Дядя Юра, кто он мне? И что, если, по правде, которой теперь уже нет, и никто ничего не докажет и не вспомнит, кроме меня, что, если это я был собакой? И я напал, думая, что я собака хорошей породы и просто будучи огромным, ведь ребенком я всегда был здоровенным, напал на кого-нибудь?
Дверь отклеилась от дома. Вера выпустила нас в свет. Я опять потерялся. Что же я там хотел рассказать?
– О чём это ты?
– А. Да. Я общался с некоторыми мальчиками, они жили на нашей улице. И там была одна девочка. Диана. Это была её собака. Не помню, как звали собаку. Но вот эта собака выбежала и из всех детей вокруг она выбрала меня. Хотя я не был очень большим или слишком маленьким. То есть нет, я был большим и не таким уж маленьким. Просто, вокруг меня были дети постарше или поменьше, а ещё и побольше. Может, та собака выбрала меня, потому что я был тем единственным, кто не облизывал сгоревшие головки спичек?
– Она тебя покусала?
– Нет, – сказал я.– Она обслюнявила всё моё лицо. Меня сразу оттащили.
Вера засмеялась, а я добавил:
– Ну, драка с козлом куда серьезнее. А с собакой у тебя был просто акт любви. Ты хороший мальчик!
Я посмеялся. Мне даже стало стыдно. Хотел показаться героем, или жертвой, а снова показался хорошим. Снова покорил сердце добротой и смехом. Снова романтик в чьих-то глазах.
– Да. Ведь это правда, – сказала она. – Ты не поверишь, но они, козлы, могут долго охотиться. А потом напасть! – Вера остановилась и развела руками. Какие-то женщины удивились, а их дети испугались. Даже качнулись зонтики у палаток с мороженным и квасом.