Фрактал
Шрифт:
– Эй, эээй! Ты меня слушаешь?
Кальвин заморгал, когда обзор его загородила гора книг, которые держала Твиккл.
– Вот!
– книги перекочевали на колени Кальвина, полулежащего на гамаке, подвешенном к одному из корней огромного дерева, которые и поддерживали тяжесть потолка.
– Те книги, что ты просил - это все, что я смогла найти.
– А, спасибо, но я не просил так много, - глаза Кальвина разбежались при виде такого богатства.
– Достаточно было бы одной или двух.
– Ты еще привередничаешь?
– кулачки Твиккл уперлись в бока, что живо напомнило Кальвину Вельку. По правде говоря, эти девчушки были очень похожи, несмотря на то, что
– Нет, ух ты...
– Кальвин осекся, не в силах сдержать удивленный возглас, увидев, что за книги принесла ему девочка. 'Сказки народов мира', 'Легенды и притчи северных стран', 'История философии Сон', 'Герои и демоны', 'Древняя история: правда и вымысел', 'История заклинаний в картинках', 'Хроники путешественника в Хаос' ... Кальвин присвистнул.
– И кто это читает, Йон?
– Нет, это часть нашего обучения, - пожала плечами девочка.
– Братик Йон следит за тем, чтобы мы продолжали учиться как обычные дети, даже в таких условиях. Он сам проводит с нами занятия.
– Правда? Даже не верится.
– Кальвин бросил недоверчивый взгляд на занавеску, где находилась 'спальня' Йона, единственная отгороженная от всех остальных. А так все нехитрое убранство комнаты представляло собой большой стол, самодельный очаг с дымоходом, сложенный из круглых камней. Вдоль стен висели гамаки, служившие постелями для всех детей. Корни старого дерева, росшего на краю впадины, образовали над головой невероятное переплетение в виде купола. А отдельные свисающие корни служили крюками для одежды или светильников. Окон в шалаше не было, лишь неширокий дверной проем. Снаружи шалаш выглядел не таким просторным, как внутри. Но в любом случае, не было похоже, что это временное обиталище. Все было устроено хотя и с невероятной простотой, но весьма практично.
– Йон сам с вами занимается? Трудно поверить, - повторил Кальвин.
– Не веришь?
– нахмурилась Твиккл.
– Ну так сейчас. Эй, Никс, поди-ка сюда, - она подозвала к себе самого младшенького из детей.
– Да, сестренка Твиккл,- побежал прыткий мальчишка, вытирая руками рот.
– Слушай. Сейчас я устою тебе экзамен, если ответишь правильно, не заставлю мыть посуду.
– Конечно, конечно!
– просиял Никс.
– Я много занимался самостоятельно и теперь знаю не меньше тебя, - он гордо выпятил грудь.
Кальвин прыснул в кулак.
– Эй, здесь все серьезно! Итак, ответь мне Никс, в каком году произошло восстание преданных безумному Лавкриту в Риокии? Даю три подсказки, на выбор, - Твиккл подняла три пальца, загибая их по очереди.
– Первое, в тысяча двухсотом, второй в тысяча трехсот пятидесятом, и третье в тысяча пятьсот шестидесятом.
– А... уммм. Ну...- Никс постучал по лбу.
– Нет, нет, это точно третий вариант. Так как в две другие даты произошли восстания из-за нехватки соли и в поддержку злого принца Серкаса...
– Молодец, сто очков, Никс,- похвалила Твиккл, отчего малец разрумянился.- А теперь более трудное задание. Скажи-ка мне заклинание, которое считается самым счастливым на Севере...
– Эй... разве это не...
– начал, было, Кальвин, но мальчишка без запинки отчеканил, будто это было само собой разумеющимся.
– Это 'Сердце создателя'. Оно читается раз в год во всех церквях Севера, особенно в Конфедерации Приоры.
– Да ладно, вы меня разыгрываете?
– отмахнулся Кальвин.
– Сдаюсь, больше не нужно проверок. Тебе известны заклинания, за которые многие люди отдали бы миллионы, а все это написано в этих книжках?
Твиккл отпустила Никса, счастливо упорхнувшего
от сознания того, что он освобожден от своей ежедневной обязанности.– Да, это все благодаря этим книгам, что приносит Йон.
– Он сам достает их?
– Да, он собирает книги даже с самого крайнего Севера. Вот эта - из Приоры, а вот эта из Сона, а эта... из Вальца. Мы нашли ее в одном из домов после того, как все умерли...
– Эй погоди-ка, что ты сказала?
– остановил ее Кальвин.
– Не говори мне, что Йон заставляет вас обыскивать мертвых, это же называется мародерством.
– Ффх,- фыркнула девочка.
– Ну, если бы мы этого не делали, с чего бы мы жили? Таких как мы, Детей Хаоса, никто возьмет работу, никто не будет учить, никто не станет нас даже слушать. Единственное, на что мы можем рассчитывать - это закрытые исследовательские лаборатории.
– Лаборатории, что ты имеешь в виду? Я думал, Йон сказал это просто так...
– задумчиво нахмурился Кальвин.
– А ты не знаешь? Дитя Хаоса, и не знаешь такого?
– Я не Дитя Хаоса, - перебил ее Кальвин.
– И ты тоже, ты просто маленькая девочка, которая слишком много о себе возомнила, ты просто ребенок.
– Не называй меня так!- глаза Твиккл внезапно сверкнули.- Всем известно, что Дети Хаоса рождаются от человеческих родителей и демонов, и при рождении мама такого ребенка обязательно умирает. Моя мама тоже умерла, а потом меня взяли к себе на воспитание родственники мамы. Мы жили на севере Вальца. Но когда в деревню пришли те ужасные типы из Инквизиции Приоры, они сумели определить, что я - еретик, не подлежащий искуплению. Они отвезли меня в одно место, которое называется лабораторией, но нам сказали, что это приют. Мне и другим детям, таким же, как я. Нас хорошо кормили, и хорошо обращались, но те, кто жил со мной, постепенно уходили, и я их больше никогда не видела. А потом я осталась одна... и узнала, что меня ждет.
– Погоди, Йон же говорил, что Инквизиция не считает вас за людей, и убивает на месте. О каких лабораториях может идти речь? Неужели это только предлог...
– Кальвин в неверии замолчал, а Твиккл кивнула.
– Они сказали, что на другой день с меня будут смыты все грехи, если я отдам свою силу на благо Приоры. Но я поняла сразу, что меня хотят убить, и поэтому сбежала. Я бежала и бежала, пока не упала, но они пустились за мной вдогонку. И потом, когда они уже почти нашли меня, встретили Йона. Он убил троих преследователей и меня отвел сюда. Все дети, кто здесь есть - Дети Хаоса, и все они сбежали из исследовательских лабораторий, приютов или школ для одаренных детей - так они называли их. Они даже в Вальце были, и в других странах, не только на Севере. Но люди боятся наших сил, потому и хотят убить нас, вынув нашу силу. Поэтому... никогда не называй меня человеком!
– Твиккл топнула ножкой, - потому, что я наполовину демон. И однажды Йон поведет нас домой в Хаос, где мы сможем жить спокойно, и где никто не будет называть нас еретиками без души.
– Йон так сказал, да?
– грустно спросил Кальвин.
– И вы верите ему?
– Конечно, ведь он, как и мы пережил все эти ужасы.
– Но разве тебе не известно, что Дети Хаоса не доживают до семнадцатого дня рождения? А Йон почти мой ровесник. Как он может быть одним из вас?
– Йон другой, - упрямо возразила Твиккл.
– Он наш старший брат. Ты не знаешь, через что он прошел, не смей сомневаться в нем. Он прожил так много, потому, что побывал в Хаосе. Но он вернулся сюда. Он не остался там, потому, что хотел спасти всех нас. И ты ведь поможешь нам? Тебе тоже известен путь в Хаос?