Чтение онлайн

Вы ничего не делали. Только били китов. Вы ничего не знаете. От всего отказывайтесь. В этом спасение. Ясно?

Да... — выдавил из себя Ханнаен.

Больше молчите и ни в чем не признавайтесь, —наставлял Бромсет и обратился к Северову: — Зачем пожаловал к нам военный корабль?

– А вот сейчас узнаем.
– Иван Алексеевич с нетерпением ждал швартовки к базе. «Может, сейчас прольется свет на загадочное исчезновение Джо »

Наконец «Вега-1» подошла к базе. На «Воровском» размеренно ходил вахтенный моряк. Северов заметил, что этот старенький, изрядно изношенный корабль, выглядел как новый. Он был хорошо покрашен. Медные

части надраены до солнечного блеска. По всему было видно, что корабль находится в хороших руках.

Едва «Вега-1» пришвартовалась к базе, как с «Воровского» на китобоец перебрался человек в поношенной солдатской шинели с зелеными петлицами. Невысокий, пожилой, в сапогах и военной фуражке с красной звездочкой, он держал в руке портфель. Простое лицо освещалось умными и необыкновенно острыми светлыми глазами. В лице были едва уловимые монгольские черточки: то ли в разлете узких бровей, то ли в слишком плоской переносице и губах, которые немного приоткрывали желтые от табака зубы.

Несмотря на свою внешность, человек в шинели уверенно чувствовал себя на судне, Северов заметил это по тому, как он перешагнул через леера, как направился на мостик. Иван Алексеевич поспешил ему навстречу и назвал себя.

Яльмаров Петр Петрович, уполномоченный ОГПУ, — просто в свою очередь представился человек в шинели. — Вам привет от матросов Журбы и Ли Ти-сяна. Журба поправляется. Передает привет и секретарь губкома партии. А теперь прошу мне помочь в беседе с капитаном Ханнаеном и гарпунером Бромсетом. — Яльмаров улыбнулся, и лицо его стало неожиданно простецким. — Сам-то я по-английски «здравствуй» и «прощай» только и знаю.

К вашим услугам, — несколько по-старомодному ответил Северов, на что Яльмаров махнул рукой:

К нашим общим услугам. Ну, идемте-ка к капитану. Это вот тот, лохматый, без шапки? — Яльмаров головой едва заметно указал на мостик, с которого Ханнаен командовал передачей туши кита на базу. Там же стоял Бромсет. Да, это Ханнаен, а рядом гарпунер Бромсет.

Интересные охотнички, — негромко проговорил Ильмаров, он уже не улыбался, а был строг и деловит 240

Они взошли на мостик. Когда Северов представил Яльмарова, то Ханнаен заметно вздрогнул и глотнул воздух-

— Из чека...

Северов поправил его и сказал:

Господин Яльмаров хочет побеседовать с вами.

Прошу в каюту! — Ханнаен взглянул на Бромсета.

Гарпунер, только что пожавший руку Яльмарову, старался принять равнодушный вид, словно его не удивило и не взволновало посещение столь необычного гостя. Бромсет вместе со всеми направился в каюту капитана, но Северов, по просьбе Яльмарова, сказал ему:

— Вас пригласят позднее.

Лицо гарпунера налилось кровью. Он хотел что-то сказать, но сдержался и только наклонил голову в знак согласия, потом повернулся к трапу. Северов предупредил его:

Господин Яльмаров просит не покидать судно.

Разве я арестован? — Бромсет гневно смотрел на Северова.

Нет. Я надеюсь, что для этого нет оснований. —Северова изумило то, что говорил гарпунер.

К тому же я иностранный подданный, и никто не имеет права мне приказывать!

Бромсет повысил голос. Северов больше не сомневался: гарпунер в чем-то виноват и боится, что его вина раскроется. Иначе бы он не вел себя так. В чем же виноват перед Советской властью Бромсет? Северов оставил гарпунера на мостике у трапа, за поручни которого все еще держался Юрт, и поспешил

на зов Яльмарова. Он сидел за столом против Ханнаена и доставал из портфеля бумаги. Капитан китобойца следил за ним с испугом. Яльмаров спокойно стал задавать вопросы через Северова, на которые без всякого возражения отвечал Ханнаен. Первые вопросы были безобидные — о порте приписки, о сроке службы на флотилии и другие, которые как-то успокоили Ханнаена, и он, решив показать себя гостеприимным хозяином, неожиданно закричал:

— Орацио! Гнилая макарона!

От оглушительного крика Яльмаров и Северов даже вздрогнули. Яльмаров покачал головой, а в его глазах Северов заметил веселые огоньки.

На пороге появился старый итальянец с кофейником. Разлив по чашкам густую темную жидкость, от которой по каюте поплыл вкусный аромат, Орацио торопливо вышел из каюты. Сердце у него билось так сильно, что его

стук отдавался в ушах.

— Вкусный кофе, — похвалил Яльмаров, отхлебнув несколько глотков горячей жидкости.

Это доставило Ханнаену удовольствие, и он похвалился:

— У меня лучший кофе среди всех китобоев мира. «Мерзавец!» — назвал про себя Северов капитана

и перевел новый вопрос Яльмарова:

– Когда ваше судно было у Командорских островов

и сколько вы набили там котиков?

– Что-о? — Ханнаен смотрел на Яльмарова остановившимися глазами и не видел, как из перекосившейся в его онемевших руках чашки кофе лился на стол.

Северов сказал ему:

— Вы проливаете кофе!

— Что-о? — повторил Ханнаен и посмотрел на коричневую лужицу, от которой Яльмаров отодвигал свои бумаги. Капитан переводил взгляд с Ивана Алексеевича на Яльмарова. Лохматый, с полуоткрытым ртом, он сейчас походил на затравленного зверя. В каюте было тихо.

Наконец Яльмаров сказал:

В молчанку нам нечего играть. Когда были на островах Беринга?

Никогда не были, — оттолкнул от себя чашку с кофе Ханнаен. — Ни на каких островах не были!

Ханнаен отрицал и то, что у них на судне был Комбаров, и то, что они ставили «мягкие пробки». Это для Северова было новостью.

— Представьте себе, какие подлецы, — пояснил Яльмаров, — забили устья нескольких рек тушами китов, чтобы те там гнили и преграждали путь лососевым, идущим на нерест.

Северов почувствовал себя виноватым в том, что он

просмотрел новое преступление китобоев. У него вырвалось:

Как же я не заметил этого?

Ловко действовали господа концессионеры, — Яльмаров вернулся к беседе с Ханнаеном: — Значит, вы не заводили китовые туши, например, в бухту Моржовую?

Ханнаен стоял на своем. Яльмаров постучал карандашом по блокноту, в котором делал заметки, и попросил Северова пригласить Бромсета.

Гарпунер был на мостике и дымил трубкой. Он вошел в каюту, пристально, изучающе посмотрел на Ханнаена.

Яльмаров с улыбкой в глазах сказал гарпунеру:

Капитан китобойца отказался от всего!

От чего всего? — высокомерно спросил Бромсет. Ему перечислили. Юрт пососал трубку, вынул ее изо рта, посмотрел на мундштук со следами зубов и покачал головой.

— Господа заблуждаются. Мы всего лишь простые китобои. Мы строго придерживались условий концессии, что может удостоверить господин Северов. Мы били китов и приводили их к базе. Больше ничем не занимались. А о том, о чем вы спрашиваете, — Бромсет поднял плечи, развел руками, — мы не имеем и представления...