Фабрика волшебства
Шрифт:
– А-а-а-а! Шмяк!
Прямо из воздуха материализовался Скорец и замолк, распластавшись на камне. Даже в таком плачевном положении дрыгал ногами. Ивор помнил, как выбивает воздух из легких такой удар.
– А где же инвалид?
– сказал кто-то.
– Вот пронырливый шнырь!
– воскликнул Ветер. В его голосе смешались досада и восторг одновременно.
Ивор проследил за его взглядом и ахнул. На другом конце моста распласталась хрупкая фигурка, кажущаяся отсюда изломанной куклой. Коляска настолько резко остановилась, что его выбросило из сиденья. Кори благополучно перелетел
– Бот, зараза, чего смотришь! А ну оттащи его, пока он не дернул этот чертов рычаг.
Здоровяк заворчал и широко шагнул к парню. Мост дрогнул и зашатался.
Распластанная фигурка шевельнулась.
– Ты почти дотянулся! Борись!
– прокричал Рудольф. Он подошел к самому краю моста и наклонился вперед.
Парень сумел отжаться от пола и, перебирая руками, двинулся вперед, волоча безжизненные ноги. Вот только делал он это очень медленно.
Претенденты по обе стороны пропасти закричали и запрыгали. Бот приближался, мост шатался из стороны в сторону, мешая юноше ползти.
И вот до рычага осталась совсем немного. У Ивора сердце едва не выпрыгнуло из груди, когда он увидел, как огромные ручищи Бота смыкаются на тощих лодыжках парня.
Бот расплылся в ухмылке и потянул.
Взревели фанфары, Здоровяка и претендентов осыпало конфетти. Зрители разразились ревом и бешеными аплодисментами. Почти все переживали за неходячего парня.
Оказалось, что ему все же удалось ухватиться за рычаг, и когда Бот его потащил назад, он фактически сам и включил фанфары.
– Вот так претенденты!
– вскричал Ветер.
– Давно я так не переживал! Бот, тащи его сюда, и продолжим экзамен!
Финальное испытание.
Когда последний претендент с истошным криком канул во мраке провала и тут же вывалился из воздуха рядом с Ветром, начальник охраны удовлетворенно кивнул.
– Хорошо, бойцы. Лучше, чем я ожидал! К сожалению Бота придется хорошенько вздрючить. Если мимо него смогло пробраться столько желторотых новобранцев, значит и коварный враг сумеет найти слабину.
Под суровым взглядом начальника гигант съежился и не казался уже таким огромным и опасным.
– Бойцы!
– рявкнул Ветер.
– Новая установка. Шагом марш на ту сторону и бегом направо вдоль провала. Там вас ждет последнее испытание.
– А что это будет?
– спросил кто-то из толпы, все тут же притихли.
– Я не имею права говорить, - важно заявил Ветер.
– Но поверьте мне на слово - то, что было до этого, покажется вам детским лепетом.
Миновав мост, растянувшаяся толпа претендентов двинулась вдоль обрыва.
– Что это может быть?
– вслух размышляла Алина. Она настолько освоилась в компании ребят, что даже Мефодий, который не жаловал посторонних, говорил с ней, как со старой знакомой.
– Может быть, нас заставят убирать помещение или утилизировать отходы?
– Ага. Нас оставят наедине со сморкуном и поглядят, как мы сумеем его убрать, - азартно воскликнул Рудольф.
– Это будет настоящая утилизация.
– А кто не сумеет?
–
– Кто не сумеет, тот все, - нарочито небрежно ответил рыжепрядый.
– По крайне мере утилизировать его точно не придется.
– Вы говорите полную чушь, - вмешался Мефодий.
– Дураку ясно, что будет нечто другое. Первые три задания были на разум, на силу и на ловкость.
– И что же может быть четвертым?
– спросил, подходя, Ивор. Он был зол на себя. Почему он не может говорить с Алиной так же беззаботно, как Рудольф? Даже Мефодий не тушуется и не осторожничает, как обычно с незнакомыми людьми. Что за непонятная робость? Такого юноша за собой никогда не замечал.
– Я думаю, что в последнем испытании нас проверят на умение сочетать эти качества в критической ситуации.
– Ой, что это!
– воскликнула Алина. Друзья поглядели туда, куда указывала девушка.
Идти дальше было невозможно, путь преграждала стена, такая же бурая как пол.
Претенденты заволновались, потом кто-то воскликнул:
– Глядите!
Ивор подался вперед, из тумана бездны к ним поднимался здоровенный деревянный помост с перилами. Не было видно ни механизмов, его поднимающих, ни специальных приспособлений, типа веревок или воздушных шаров.
– Но ведь левитация невозможна?
– воскликнул Ивор.
– Левитация человека невозможна, предметы же при должном умении и запасах субстанции волшебства можно заставить летать, - тут же объяснил Мефодий.
Помост поравнялся с каменной тропой и остановился. Только теперь Ивор увидел карлика, еще меньшего, чем Рой. Такой же крючковатый нос и писклявый голос, вот только одевался он далеко не так щегольски. На карлике была надета грязная потрепанная одежда, лицо и руки измазаны чем-то черным.
– Лифт пода-а-ан, отпра-а-авление через а-а-адну минуту. Пра-а-ашу потора-а-апиться!
– водитель помоста странным образом тянул слова, отчего его речь походила на завывание ветра в трубе.
Претенденты опасливо вступили на помост. Доски скрипели и прогибались при каждом шаге. Рудольф споткнулся и ухватился за перила, раздался громкий хруст, в руке рыжепрядого остался трухлявый кусок дерева.
– Уважаемый, - сказал Рудольф, обращаясь к карлику, - а вы уверены, что ваша... колымага не развалится на пути ко дну?
– Не беспа-акойтесь, - невозмутимо протянул перевозчик, - в любом случа-ае вы все да-а-астигните дна-а-а.
– Вот что я называю непрошибаемым оптимизмом, - жизнерадостно сказал Рудольф, повернувшись к друзьям.
Претенденты погрузились, образовав в центре помоста плотную кучу, никого не тянуло стоять у перил, тем более наваливаться на них, чтобы разглядеть, куда их везут.
– Отпра-а-авляемся!
– уныло воскликнул перевозчик. Доски под ногами вздрогнули, стена поползла вверх, заслоняя видимость.
Сразу сделалось холодно. Ивор выдохнул и увидел, что изо рта идет пар. Рядом ежилась Алина. Девушка сжалась в комочек, прижав руки к бокам. Ивор едва не застонал от желания обнять ее и согреть. Но как это сделать? Ведь они даже не друзья, тем более не... Сердце так быстро стучало, что Ивор перестал замечать холод.