Чтение онлайн

На четвертый день, ближе к полудню, со стороны буйных зарослей древовидных папоротников, где водились змеи и пауки-прыгуны, в тихом и ясном обычно небе послышалось тонкое жужжание ионной турбины. Вскоре появился планер. На мгновение тень широких крыльев закрыла солнце, а потом планер, вместо того чтобы скрыться за холмом, сделал круг и пошел на посадку. Место для приземления рядом с полем имелось — травяная полянка метров пятидесяти в длину.

Денис нашарил на боковом сиденье винтовку, которой снабдил его Михалыч. Не с мотоцикла же лучемет снимать? А карманному оружию Денис не доверял. Радиус применения сильно ограничен, поэтому на пистолет надежда слабая.

Застрелят обладателя короткоствольного оружия издалека, и поминай как звали.

Вряд ли в приземлившемся открыто планере могли оказаться бандиты, да если и так, зачем им может понадобиться одинокий батрак? У него нет ни денег, ни хорошего оборудования, только допотопный комбайн и незрелая кукуруза. Но осторожность не помешает: может, хотят отобрать последнее. Некоторые подонки не брезгуют даже одеждой, а комбинезон у Дениса был отличный, из модифицированного ультрахлопка.

Но из планера выпрыгнул невысокий парень в нелепом зеленом свитере, которого Денис сразу узнал.

— Стас! Какими судьбами?

— Лечу, смотрю, ты внизу рогом упираешься, дым вонючий пускаешь, — фыркнул старый приятель. — Решил проведать друга. Вздрогнем?

— Пожалуй, — кивнул Денис. — Уже пару часов капли во рту не было.

— Не бережешь ты себя.

— Да ладно, если вдруг и обожгусь, заживет как на собаке. Я привычный.

— Змеи не донимают? По-моему, в папоротниках самое гадючье место.

— Кусали пару раз. Больно, но терпимо. Тут, в поле, ко всему привыкаешь быстро.

— Ты прямо как железный человек, — улыбнулся Стас.

— Где уж мне. Железные люди такие папоротники корчуют. А я больше двух укусов плохо переношу, могу на сутки вырубиться. И пауков не люблю, противные.

— А мне мохнатые нравятся…

Вынули из кошельков таблетки: Денис — сразу две, Стас — одну.

— У планера защита получше, — объяснил пилот. — Хотя летать приходится высоко, в тень не спрячешься, зато крыша из армированного углепласта… А что за идиот дал тебе открытый комбайн? Неужели трудно свинцовую плиту сверху положить?

— Плита да еще с отражающим контуром… дорого. А комбайн, наверное, переоборудован из довоенного вездехода, — предположил Денис. — В нем даже пассажирское сиденье есть. Зачем, кстати?.. Хозяин кукурузы — хват. Только поле линиями связи никак оборудовать не может, поэтому нанимает на комбайн батраков-операторов. Лично меня это вполне устраивает: платит прилично.

Стас достал из кабины планера алюминиевую флягу с водой, разлил пахнущую машинным маслом жидкость по пластиковым стаканчикам. Бросили туда таблетки. Вода позеленела, забурлила, запахла озоном.

— Будем здоровы! — объявил Стас.

— Будем, — отозвался Денис.

Выпили, выдохнули, вздрогнули. Сразу стало легче, тело начало наполняться бодростью. Только макушка привычно зачесалась. Организм очищался от вредных веществ, кровь разлилась по жилам, приливая к голове.

— Жарко сегодня, — выдохнул Стас. — Так и палит…

— Ага. Наверное, на солнце опять вспышки, я сводку с утра не смотрел. Живу здесь на воздухе, в единении с природой. Ты куда летал?

— Почту возил в предгорья. Уж там воздух так воздух. Но места дикие. В одном селе подстанция волоконной линии полетела, резервной нет. Может, диверсия, а скорее, магнитная буря. Входящий трафик поселка — пять терабайт. Пока починят линию, буду туда каждый день летать. Людям нужна информация.

— Пять терабайт вместе со стерео? — уточнил Денис.

— Ясное дело. Полезной информации едва ли на гигабайт наберется, можно и голубя почтового с флэшкой послать, остальное — дешевые сериалы

да ток-шоу. Пришлось пять супердисков везти. Голубю на лапу не прицепишь, даже новой модели, с турбонаддувом. Он лишь один диск может взять.

Денис вздохнул. Хорошая работа у Стаса, интересная. Не кукурузу полоть. Поди, на обратном пути и к морю можно завернуть, искупаться на отмели…

— Фермер твой как, клубникой не торгует? — деловито поинтересовался Стас. — Я сейчас пустой, с одного заказа сразу на другой перенаправили. Теперь лечу на Север. Могу неплохой куш сорвать, если попутный груз возьму. И перед тобой в долгу не останусь.

Денис насторожился. Случайность? Или судьба? Слишком многие случайности в жизни имеют систему. То ли мы своими желаниями изменяем мир вокруг себя, то ли предчувствуем будущие события. Пространство и время тесно связаны, так почему бы нам не заглядывать в будущее примерно так же, как мы вспоминаем прошлое? В чем разница?

— Эй! Ты что, замечтался? — Стас хлопнул приятеля по плечу.

— Клубника есть. Как фермеру-скупердяю без клубники? Самый ходовой товар. Только ягоды дорогие. И в кредит хозяин не продает. Я для Ники хочу корзиночку купить, так он два мегаватт-часа наличными просит, и это еще по-свойски, как знакомому. На рынке два с половиной мчаса корзинка стоит. Неурожай, говорят, мор… Мне два дня нужно в поле рога ломать за корзинку, если водород и налоги вычесть…

— Умственный труд проигрывает физическому. А вот посредничество, несмотря на развитие информационного общества, все еще приносит неплохие дивиденды, — загнул Стас. — Ты нас сведи — и корзинка с меня. Как сказал поэт:

На дальнем поле Юноша косит траву. Пора отдохнуть.

Денис позавидовал умению Стаса складно сложить трехстишие, да и вообще красиво говорить. Про поэта он явно придумал, хайку только что сочинил сам. Хотя чем Стас не поэт? Все сейчас поэты или считают себя таковыми.

— Много возьмешь? — уточнил Денис.

— Килограммов двадцать. Спрос на Севере хороший. По три мчаса сдам — и не зря слетал.

Еще бы не зря! Двадцать мчасов — хороший месячный заработок, если работать в поле. А тут такой навар после одного полета! Неплохо служить воздушным курьером.

— Сейчас разведаю, — пообещал Мельников. — Подожди.

Корзинку дорогой клубники очень хотелось. Пусть и небольшой риск имелся: Стас ведь хочет, чтобы Денис выступил посредником. Если возникнут какие-то проблемы с контрольными службами: пилот не при делах, просто остановился поболтать с приятелем, а тот попросил забросить друзьям на Север клубнику. Незаконное предпринимательство, штраф до десяти мчасов. Вина на Денисе, но платить, в случае чего, будет Стас. По понятиям — так, но по закону клубнику можно только в магазин сдавать, а не толкать корзинками знакомым и жителям Крайнего Севера.

В складской бункер, оборудованный линией связи, Денис отправился бегом. Вызвал фермера. Кочетов недовольно заворчал:

— Что не работаешь, опять комбайн поломал? Из жалованья за починку вычту…

— Семён Михайлович, друг мой прилетел, ему клубника нужна.

— Много? — встрепенулся фермер.

— Двадцать корзин.

— По килограмму?

— Да.

Михалыч помолчал. Затем сурово спросил:

— Деньги у него есть? Или такой же голодранец, как ты?