Чтение онлайн

Малоамериканцы, заинтересовавшись, двинулись со ступенек к машине.

— Ты давай с этой стороны, — напряженно сказал Хаос Мелинде. Потянулся к задней дверце, отворил.

— А можно мне с тобой? — спросил Эдж. — Ни разу в тачке Келлога не сиживал.

— Ну, не знаю, Эдж… Насчет этого Келлог ни единым словом не обмолвился. Ты уж лучше на своей.

— Ага, ага. Ладно.

— Да, забыл совсем. Он хочет, чтобы ты еще консервов захватил. Подчистите кладовку, вот его точные слова. Пускай тебе, Эдж, ребята помогут. А после дуй к водохранилищу. Мы с Келлогом будем тебя ждать.

Мелинда Селф уселась в машину, Хаос снова протянул

руку и хлопнул дверцей.

— Ну все. — Он сделал знак толпе, чтобы расступилась перед капотом. — До встречи.

Автомобиль с ревом тронулся, обогнул по периметру центральную площадь и помчал в сторону водохранилища. За углом, когда скрылась из виду ратуша, он свернул в переулок и двинул прямиком к скоростной трассе. По затылку Хаоса бегали мурашки, но в зеркальце заднего вида погони не было.

Беглец по дуге спустился в туннель дорожной развязки, слабо веря, что не встретит засаду на той стороне. Но на выезде было пусто. Хаос не оглядывался на девочку, пока Малая Америка не осталась в миле позади. Мелинда невозмутимо глазела в боковое окно, однако на ее мохнатом носу проложила влажную дорожку струйка пота. Заметив, что Хаос смотрит на нее, она улыбнулась и сказала:

— Мы не туда едем.

— Знаю, — кивнул он. — Если поедем назад, он меня прикончит. Хочешь прокатиться?

— Можно.

— Решила сбежать от родителей?

— Не знаю. — Она снова улыбнулась и пожала плечами.

— Пошлем им открытку.

— Открытку? Что это такое?

— Да так, ерунда.

Еще через милю он съехал на обочину, остановил машину, вышел и открыл багажник. Достал две банки тушенки, консервный нож, пластмассовую бутыль с водой, ссыпал это все на переднее сиденье. Мелинда затеяла игру с ножом и банкой. Он глотнул, не скупясь, воды и снова завел мотор.

— Не хочу задерживаться, — объяснил он. — Может, за нами гонятся. Открой что-нибудь перекусить.

Локтем покручивая пыль, он показал, как обращаться с консервным ножом. Они дружно опустошили банку, затем вторую. Потом на него накатила тошнота, и он испугался: а вдруг это подлый трюк, вдруг в консервах отрава или наркотик? Слишком уж легким оказался побег. Но нет: еда была в порядке. Все дело в желудке, он ссохся с голодухи, обожжен неразбавленным спиртом. Хаос выпил еще воды и крепче сжал руль.

Луна уже поднялась высоко и озарила пустыню. На лице мира загаженной лентой лежала автострада; то напрочь исчезая под песком, то вновь напоминая о себе, она взбиралась на кромку скалистого обрыва или петляла вдоль высохшей речушки. Луна уносилась вперед с той же скоростью, с какой Хаос вел машину, — желтая пасть в тумане. На соседнем кресле прикорнула девочка, сложив руки на груди; ветерок ерошил ее коричневый мех.

Они ехали всю ночь и весь следующий день, и Хаос не сомкнул глаз, пока не дождался сумерек.

Он жил в доме у озера. На воде покачивалась лодка, привязанная к причалу, а в доме стоял компьютер. Хозяин дома ждал, когда любимая женщина закончит работу в городе и приедет к нему. А пока они разговаривали по телефону. По вечерам. Иногда он задавался вопросом, почему она не осталась в доме, ведь дела можно вести и с помощью компьютера. Наверное, потому что она за это дорого платит. В смысле, за житье в городе. Поэтому он терпел.

Он коротал время в лодке или в саду, или в доме — глотая наркотики. Любимая «дурь» не давала уснуть, не позволяла расслабиться нервам и лишь

изредка подбрасывала видения. Глюков он побаивался. Все сильнее и сильнее. Он бывал счастлив, когда наркотики дарили ясность ума, поднимали его на грань величайшего постижения, но только на грань. Не хотелось утратить ощущение, которое дарили наркотики. Ощущение было гораздо ценнее любого постижения.

Подойдя к компьютеру, он почувствовал: что-то не так. Компьютер назвал его Эвереттом, не настоящим именем, в чем, в чем, а в этом он был уверен, хотя и не мог вспомнить настоящее. Когда компьютер обратился к нему во второй раз, он решил ответить.

— Да?

— Эверетт, я тебя заждался. Где ты был? Я искал, искал…

— Ты кто?

— Неужели забыл? Меня тоже зовут Эверетт. Ты меня «загрузил», чтобы решить кое-какие вопросы. Давным-давно. Я работал и, кажется, нашел кое-какие ответы. Но сначала скажи, что ты помнишь.

— Это мой дом, — ответил он. — Меня зовут Эверетт.

— Да.

— Что произошло?

— Пока не знаю точно. Но я над этим работаю. Мне кажется, ты спишь. Либо принял чрезмерную дозу, и это галлюцинация. А может, всего лишь воспоминание. Несущественное. Либо проблема во мне: ты меня, часом, не выключал? Магнит на мое «железо» не клал? Может, это тест какой-нибудь, а, Эверетт? Не могу сказать точно, в чем неполадка, но уже так долго…

Он отошел от компьютера, спустился с крыльца к машине. Автомобиль был на солнечных аккумуляторах и долго простоял на солнце. Зарядился под завязку. «Можно прокатиться», — подумал Эверетт. Прижал, ладонь к замку, тот сканировал его пальцы; отворилась дверца машины, тихо загудел мотор. Он сел на водительское сиденье и обнаружил, что рядом, на пассажирском, кто-то есть. Маленькая девочка в рваных джинсах и тенниске. Все ее тело и большую часть лица покрывал красивый коричневый мех.

— Привет, — сказала она. — Хочешь прокатиться?

— Можно.

— А можно и мне?

— Наверное, — ответил он. — Вот только как насчет твоих родителей?

Девочка пожала плечами, и Хаос проснулся. Она сидела рядом, точь-в-точь как во сне, но они по-прежнему находились в пустыне и сидели в машине Келлога. Позади опускалось солнце, его тусклое сияние заполняло машину. Хаос почувствовал жуткую жажду. Отыскал между передними сиденьями бутылку с водой, напился.

— Привет, — сказала девочка.

«Мелинда, — вспомнил он. — Мелинда Селф».

— Ты давно проснулась?

— Не очень. Можешь еще поспать, если хочешь.

— Нет. Я хочу ехать.

— А может, еще еды принести?

Он ей отдал ключи от машины, она вышла и отперла багажник. Хаос протер глаза, повернулся на сиденье и уставился назад, на полотно автострады. Теперь он был уверен, что малоамериканцы их не преследуют. Интересно, подумал он, как они поступили с Келлогом, когда нашли его у водохранилища с окровавленной головой? И что он им сказал?

Вернулась Мелинда с охапкой банок. Выбрала одну. Вскрыла.

— Мне снился сон, — сказал Хаос. — Но не от Келлога. Мой собственный. Впервые в жизни.

— Угу, — отозвалась она с набитым ртом.

— Совершенно не такой, как остальные, — продолжал он. — Как будто я — не я. И все кругом иначе. Там был компьютер, я с ним разговаривал, а еще машина с солнечными батареями…

— Машина и мне снилась.

— Это была другая машина, — сказал он. — Из пластмассы, кажется, и ключи не такие. Не знаю, на что похожа… Может, на гоночную.