Эпоха Опустошителя. Том VIII
Шрифт:
Достижения, а также аномальный и взрывной рост силы не только радовал, но и пугал Изувера. Его пугало то, что может случится дальше. Имя его воспитанника всё чаще стало всплывать в самых наивысших кругах. В кругах среди отмеченных. Честно признаться, он давно не участвовал в заседаниях служителей. Очень давно. Многие понимали, к чему это вскоре приведет. Как бы не старались Хаззаки скрыть потерю сил лорда, но правда рано или поздно вырвется наружу. Точнее она уже вырвалась. Поползли слухи. А если поползли слухи, то у Дэймона осталось очень мало времени. Арес не привечает слабых. Никогда не привечал. А значит, до церемонии остракизма осталось не так долго. Чем ближе подходил
Именно от сестры он узнал, что имя Ранкара всё чаше всплывало в кругах знати и отмеченных. Как не крути, но Вивиан Кальн и другие служители, что прибыли на спарринги, своими глазами видели достижение молодежи. Да, помимо Ранкара там звучало еще с десяток имен, но уже это твердило о том, что его успехи заметили, а после того, как Кайса и Сиана назвали его своим претендентом на Великой Сотне, многое усложнилось и в тоже время облегчилось.
— Отец, с вами всё в порядке? — вдруг раздался у самого уха взволнованный голос Манниссы, которая помогала главе дома разобраться со всей деловой волокитой. — В последнее время вы сами не свой.
От услышанного на лице у Хаззака образовалась слабая улыбка и тот протяжно выдохнул. Из-за своей слабости он теперь даже от собственных детей не способен утаить скрытые мысли.
— Не тревожься, Нисса, — успокоил мужчина дочь, улыбнувшись чуть шире. — Нет причин для волнения.
Впрочем, разговор отца и дочери прервался также быстро, как и начался, потому как в паре метров от слова внезапно соткался изящный коленопреклонённый женский силуэт.
— Мой лорд, для вас срочное донесение.
— Говори, — спокойно отозвался глава, вновь принимаясь за дела и в полглаза наблюдая за безопасницей.
— Несколько минут назад он наших шпионов из враждебных домов поступила информация, что глава дома Ост и глава дома Болсеамон покинули наш бренный мир.
Тихий шелест пишущего артефакта, которым Изувер выводил буквы на бумаге внезапно прекратился и тот резко поднял лицо на Алесу, а Маннисса в это самое время находилась в потрясении от услышанного.
— Банард и Азар мертвы? — хмуро вопросил мужчина, не веря в услышанное. — Как и когда?
— Доподлинно неизвестно как и когда, но поговаривают, что они несколько дней они отсутствовали в твердыне, из-за этого молва разошлась весьма быстро, — отозвалась тихо Оррул. — Подробностей не знаю, но информация более чем правдива. Прямо сейчас оба дома избирают следующего главу.
— Отец, что это может значит? — удивленно вопросила Нисса со скрытой радостью в глазах. — Это же хорошо? Или нет?
— Не знаю, дочь моя, — задумчиво пробасил Хаззак. — Однако подобное даёт пищу для размышлений. Если они отсутствовали в твердыне, то их прикончили где-то в ином месте. Потеря сразу двух глав может пагубно отобразиться на Ксанте, но лично нам такое на руку. Всё-таки лорды домов не растут не деревьях. К тому же столь могущественные. Сдаётся мне, что с их смертью не так чисто. Алеса, разузнай все подобности данного дела, — тотчас скомандовал глава. — И на всякий случай вместе с Гашэлаем проведи инвентаризацию наших сил.
— Как прикажите, мой господин, — уважительно изрекла безопасница. — Еще приказания будут?
— Как дела у Натана в столице и нет ли каких вестей от моего воспитанника?
При упоминании о Ранкаре лицо Манниссы выразило целую гамму эмоций, и та с надеждой воззрилась на Алесу.
— У Натана всё в порядке. Он исправно шлёт отчеты, а насчет вашего воспитанника, увы, нет никаких
вестей, — покачала отрицательно Оррул, а затем та позволила себе слабую улыбку. — Но вы же знаете Ранкара. Наследит, обозлит знать, а затем поминаний как звали. Более взбалмошного юношу я не видывала. Вы сами в курсе, что вельможи и аристократы до сих пор судачат о том, что случилось в Ианмите. Он произвёл на многих неизгладимое впечатление.— Тут ты права, — тихо рассмеялся Хаззак.
Вот только радостный смех Изувера резко оборвался, беседы в кабинете тотчас утихли, и вся троица с неким напряжением взглянула на мерцающий шестиугольный артефакт связи, что стоял на краю стола.
— Нисса, в сторону, — бросил дочери мужчина и взмахом ладони активировал артефакт связи, не забыв при этом уважительно поклонится вспыхнувшей перед глазами проекции. — Моё почтение, владыка.
— Здравствуй, Дэймон, — откликнулся с загадочной улыбкой Данакт. — Рад видеть тебя в добром здравии. Вижу, молва врёт на счет твоего состояния. Оно и к лучшем.
— Вы правы, владыка. Всего-навсего досужие сплетни и козни врагов, — моментально солгал Хаззак.
— Приятно подобное слышать, — добродушно отозвался Дракон Ксанта, а затем как бы невзначай отошел сделал шаг в сторону и тем самым продемонстрировал своего гостя в лице Несокрушимого Бастиона. — Тут ко мне прибыли с визитом и желают видеть тебя.
— Моё почтение, владыка Хаймон, — поприветствовал полубога
— Здравствуй, Дэймон, — с неким напряжением проговорил Аванон глядя точно в глаза Хаззака. — Мой друг, я сейчас нахожусь в Андаре. Ты не мог бы прибыть сюда в срочном порядке. У меня имеется разговор с глазу на глаз. Данакт решил пойти мне навстречу и для твоего перемещения откроют окно над небом твердыни Ксанта.
Сердце деспота внезапно пробило учащенный такт, ведь подобные «окна» делают лишь в крайних случаях.
— Могу ли я поинтересоваться о чем пойдет речь, владыка Хаймон?
— Не о чем, а о ком, — после затянувшейся паузы, угрюмо пробасил полубог, а в его глазах вспыхнули искры гнева и волнения. — Речь пойдет о моём непутёвом сыне и твоём воспитаннике. Нашлись мне тоже тут, охотнички сраные!
— Отбываю в Андар, владыка, — кивнул утвердительно Дэймон, но в глубине душе у мужчины внезапно что-то ухнуло. — Отбываю немедленно.
Связь мгновенно оборвалась и с хмурым видом Хаззак вначале посмотрел на взволнованную дочь, а после на безопасницу, которая развела руки в стороны.
— Говорила же вам, мой лорд. Ранкар производит на всех неизгладимое впечатление. Скорее всего, вновь ввязался в какую-нибудь авантюру…
* * *
Фронтир. Внешние земли.
На подступах к запретным территориям дома Август.
Вблизи опорного лагеря.
Сутки спустя…
— СТОЯТЬ!!! — вдруг раздался над протоптанным трактом яростный рык. — ДАЛЕЕ ПРОХОД ЗАПРЩЕН! ВОЗВРАЩАЙТЕСЬ ОБРАТНО, ОХОТНИКИ!
— Мы не охотники, а просто путники, — спокойно отозвался я, глядя на крону дерева, из которой и доносился рёв служивого, а также между делом сбрасывая с голову капюшон плаща. — Путники, которые прибыли сюда по дозволению владыки великого дома Ксант. Моё имя…
Вот только представления были излишними, потому друг за другом прямо на пути материализовалось более десятка воителей в черно-бирюзовых доспехах, а такие цвета твердят о дома Август. Но не это удивило. Удивило малость то, что те преклонили своё правое колено перед Дублем.