Эпоха магии. Раскол
Шрифт:
Она бежала скорей к лифту и когда прибыла увидела взломанные замок. И скорее искала своих, и нашла без сознания только сестру и скорее вынесла её в коридор. Пожарные сразу взяли и уносили, и искали её мать. И вскоре она увидал как из горящего шкафа, торчала рука. И там была её мама. "Нет! НЕТ!" кричала она, от чего огонь аж содрогнулся. Она, вскоре открыв балкон начал поглощать весь огонь и после со злобой выпустил его на улицу. Все удивлялись словно адское пламя вышло с балкона. А затем она сидела рядом с трупом, матери которое сильно обгорело, она не могла сдержать эмоции. Никита приехал в клан и узнал, от Джона. "Говорят она
– Мастер - сказал она, смотря на него уставшего.
– Нашёл тебя наконец - сказал она, показывая ей выйти.
– Мне больше некуда вернуться я теперь одна - сказал она, смотря в низ без жизненными глазами.
– Как мне это знакомо я сказал выходи - сказал Никита, вытаскивая её оттуда и смотря на неё. Поверь я тебя прекрасно понимаю, это пройдёт, но не говори будто тебе некуда возвращаться есть же я и мастера клана Мечников. Мы всегда с тобой, и не бросим тебя. Ты меня когда-то спасла от иллюзии что я один такой - сказал Никита, улыбаясь искренне.
– Вы улыбнулись и аж сердце за кололо. Ведь мама всегда улыбалась, когда мне было плохо - сказал она, снова разрыдавшись.
– Лучше не здесь плач, а идём ко мне, отдохнешь выскажешь всё мы тебя выслушаем и пожалеем.
Дома четверо собрались, помогая ей прийти в себя, и от всего она долго не могла сопротивляться и уснула в слезах. Никита накрыл её пледом, с грустным лицом:
– Я, понимая тебя как никто либо, и не брошу тебя - сказал Никита, поглаживая её по голове.
– Ты сильно привязался к ней, и это не обычная привязанность, поэтому тебе это поможет и даже изменит - сказал Джон, показывая оставить е ё.
Они собрались на улице. Там был Мастер клана воздушного когтя, ведьм, паладинов, Джон и два новых человека:
– Господа пора представить вам еще двух, союзников, которые равноценны целому клану. Настоящий убийца, гипнотизер, маг иллюзий и мастер любого оружия Потрошителя Михаил Аргатвеев. И человек наследник Ангела смерти, его коса не устает ей самой, и даже Маг душевной магии Тратавский Азамат.
– Рады знакомству - сказали они одновременно.
– Никита я не верю, что ты обратил таких на путь правильный - сказал Палладин, пожимая им руку со стальной перчаткой.
– Никита ты обещал рассказать, что за оружие там спрятано, настолько сильное что погубит мир за десять дней - сказала ведьма, смотря на него.
– Так вот это всего лишь так называемая болезнь, человек теряет рассудок и разум, и обращается в рабство того, кто заразил. Причем скорость распространения невероятна. Ей не под властны только настоящие мастера. Основана она на феномене и страхи все вылезают наружу. Но зараза рассеяться не без вреда если убить того кто её распространил. Связана она с браслетом. И и лишь убийство его владельца и разрушение самого браслета, устранит полностью.
– Но зачем? Зачем Владимир Гренский создал самую чудовищную чуму!?
– сказал глава гуляющего ветра.
– Это всех нас задело, я бы не хотел убивать тех, кого считал другом, а уж тем более Никиту - сказал мастер Азамат, обнимая Никиту за шею.
– Да самому не хочется
своих людей убивать поэтому надо быть готовым. Потому что ведьмы знают кто в предсказаниях не ошибается - сказал Никита, вспомнив последнюю часть предсказания: "Только настоящие мастера верные своему делу справиться с этой бедой, но цена которую они заплатят слишком большая. Это конец клана Мечников".Никита также рассказал все её предсказания. Все лишь ужаснулись, и дали друг другу слов что не предадут и будут готовы, защищать и делать всё возможное чтобы выжить.
Глава двадцать первая.
Лишь близкий способен залечить раны.
Никита заметил, что, когда хоронили её Маму она была словно не в себе, она будто потеряла часть себя. Никита не стал пока её просить сильных подвигов на тренировке. Никита сидел на кухне и думал над тем как поступить:
– Никита ты так смотришь на мелочи что забываешь о главном - сказал горничная сидя пив чай.
– Я понимаю о чём, но она слишком чистая чтобы до неё дотронулся такой как я. Я не забывай худший выбор для неё.
– Ты схож с жестокими зооморфами. Они сильные и грубые. Для тебя это станет ножнами где ты сможешь быть в душевной безопасности - сказал она, гладя его по голове. Всё-таки ты жестокий, но добрый парень, и не такая уж у вас большая разница в возрасте.
– Ну правильно не тебе могут статейку приписать - сказал Никита, хитро улыбаясь смотря на неё.
После Никита решил её выгнать на природу, она ходила с грусть в глазах, Никита пытался её взбодрить, приведя на небольшой пляж, на котором никто не бывает хотя вода довольно чистая и пляж не плохо ухожен самой природой:
– Мастер вы так пытаетесь меня под бодрить - сказал она, грустно и тут её Никита взял за пояс.
– А ну ка полетела купаться!
– сказал Никита, бросив её в воду.
– Я вас прибью!
– сказал она, вынырнув и направляясь на Никиту.
– Догони - сказал Никита, скинув свой халат прыгнув в шортах в воду.
Никита развлекал её, но она не забыла о горе, но после вспомнив и то как Никита заставлял её улыбаться, вновь она видела в нём что-то невероятное. К вечеру Никита зажёг костёр жарил на углях мясо:
– Эх всё грустим, а ведь недавно на меня бросалась.
– сказал Никита, лежа на бревне смотря на звезды.
– Вы единственный кто меня подбадривает, сестра вообще потеряла дар речи и за ней следит бабушка - сказал она, грустно.
– Хватит грустить - сказал Никита, кинув в неё шишку. Думаешь я не был таким, но меня вытащила моя первая. Да это не пример, но близкие люди меня вытащили. Я думаю твоя мама не желала, чтобы её дочка горевала так всё время. Жизнь продолжается я много раз падал во тьму, и закрывался, но ты меня выталкивала, друзья. Много кто, почему? Потому что хорошие люди всегда должны радоваться жизни.
– Но почему именно вы стали, для тем, кто заставляет мое сердце стучать - сказала она, смущённо.
– Опа - сказал Никита, смотря н неё в низ головой с спокойным видом.
– Но для вас я еще мелкая.
– Ну как сказать тебе осталось полгода, до совершеннолетия кто знает. Просто как я говорил не раз меня вытаскивала из жути - сказал Никита, вставая и переворачивая мясо.
И тут её грусть начала пропадать, и она была шокирована смотря как он старался не показывать лицо. "Он смутился, не ужели я" думала она, просто чуть не плача от радости.