Чтение онлайн

Лобзик изрыгал проклятия около минуты, пока не выдохся. Бросив на пожилого армянина полный ненависти взгляд, Лобзик напялил шлем и прыгнул на мотоцикл. Двигатель взревел так, что еще бы чуть-чуть и в окрестных домах повылетали стекла.

Когда он умчался и Вартанчик вернулся в Газель, то обнаружил, что половина пассажиров, раздраженная постоянными внеплановыми остановками, покинула машину. Разумеется, ничего не заплатив.

Доехав до конечной, Вартанчик не стал становиться в очередь на следующий рейс, а решил отправиться домой пообедать и успокоиться.

По

дороге позвонил жене, предупредил, что скоро будет, велел разогреть еды. Проезжая мимо того перекрестка, где парень выбежал из маршрутки, он снова испытал чувство разочарования от «упущенной выгоды».

Оставил машину возле стоянки, заезжать не стал. Жил Вартанчик с женой, дочерью, зятем и внуком в небольшом одноэтажном доме. Еще был сын, но много лет назад… в общем, сына у Вартанчика не было.

Дома ждал борщ, свиная отбивная, пюре, салат — все, что рождает домашний уют и поднимает настроение. К концу обеда Вартанчик даже забыл о сегодняшней неудаче.

Часок отдохнул на диване под кондиционерной прохладой, а затем направился на вечернюю смену, уже не думая о сбежавшем пацане, а размышляя о том, кого позовет на юбилей.

Сел в «Газель» и только собрался завести двигатель, как пассажирская дверь открылась, и в кабину запрыгнул…

Тот самый парень с фотографии!

Одну руку он держал в сумке, которая как-то очень нехорошо была направлена на Вартанчика.

— Рассказывай, — велел парень. — Откуда у тебя моя фотография?

Если бы не слова Лобзика, армянин ни за что не поверил бы, что севший к нему в кабину парень — опасный преступник. У него был взгляд загнанного даже не зверя, а зверька. Отчаянный, напуганный. Нет, перед ним был явно не хладнокровный убийца.

С другой стороны, какой Лобзику резон врать? Да и кто их разберет, эту нынешнюю отмороженную молодежь! Может, у него пара носков в сумке, а может, «беретта» и пара ручных гранат.

— Ты оглох? Откуда фото?

«Пристрелит ведь», — с тоской подумал Вартанчик и ответил:

— Лобзик дал.

— Кто это? Друг твой?

— Нет, нет, просто знакомый… пацан с рынка. — Вартанчик гулко сглотнул слюну и умоляюще добавил: — Не убивай, ахпер, прошу.

— Не ной. Откуда у него фотка, что он хотел? Рассказывай все, подробно и внятно.

Вартанчик стал торопливо и сбивчиво рассказывать все, что ему сказал Лобзик, — не забывая награждать последнего отнюдь не лестными эпитетами.

Выложив все, что знал, Вартанчик замолчал. Пацан некоторое время тоже молчал, затем произнес:

— Вартан Акопович Ароян, двадцать пятое мая пятидесятого года, родился в станице Брюховецкой Краснодарского края, проживает по адресу: город Краснодар, улица Цеховая, тридцать один. Женат, дочка, внук, сын погиб в две тысячи первом… пока все верно?

Вартанчик заметно напрягся.

— А откуда…

— От верблюда. Видишь, как получается: мне про тебя все известно, а тебе про меня ничего. Знаешь, что это означает? Что если ты меня сольешь, мои друзья будут знать, куда идти и с кого спрашивать.

— Слушай, ахпер, я…

— Ровно сиди! И слушай внимательно. Если

со мной что-то случится, мои друзья спросят не только с тебя. Это кто, дочка с внуком?

Он кивнул на небольшую фотографию, приклеенную к приборной доске. Женщина и мальчик, дочка и внук.

Вартанчик побледнел, сорвал фотографию, судорожным движением спрятал в карман.

— Ахпер, семью не надо… ты что…

— Не надо? А о моей семье ты подумал, когда своему Лобзику звонил? Ты знаешь, зачем меня ищут?

— Зачем?

— Чтобы убить.

— Ахпер, прошу, не знал, богом клянусь…

— Да заткнись ты! Заткнись и слушай.

Вартанчик замолчал, в душе проклиная все, из-за чего ввязался в эту историю.

Парень долгое время сидел молча, о чем-то напряженно думал.

Потом отрывисто сказал:

— Пять тысяч.

— Что?

— Я дам тебе пять штук. Не сейчас, сейчас у меня денег нет, но в течение месяца ты их получишь. Если вывезешь меня из города и к вечеру доставишь в Джубгу.

— Ахпер, я не могу…

— Слушай сюда, — парень подвинулся чуть ближе. — Час назад я связался со своими друзьями и назвал им твой адрес. Я сказал, что там живет человек, который отвечает за мою безопасность. А еще я сказал, что он поклялся своей семьей, что доставит меня в Джубгу, живым и невредимым…

— Ахпер, зачем так говорил, я же…

— Слушай, говорю! Если меня сегодня вечером не будет в Джубге, завтра они приедут сюда. Они тебя и твою семью из-под земли достанут. Это очень жестокие люди. Они не знают пощады. Поэтому помоги мне, и ты не только сохранишь жизнь себе и семье, но еще и заработаешь. Подумай хорошо, ты поможешь мне?

Вартанчик судорожно кивнул.

— Вот и хорошо. Поехали.

Вартанчик завел машину, но трогаться не спешил. Покосился на парня, потом произнес:

— Ахпер… если тебя ищут менты, мы пост не проедем.

— Надо проехать, Вартан Акопович. У тебя есть идеи, как мы это можем сделать?

Идеи у Вартанчика были, только не очень хотелось ими пользоваться. Он мотнул головой в надежде, что пацан изменит свой план и покинет маршрутку. Но тот явно не собирался нарушать свои планы.

— Надо подумать, Вартан Акопович. Я могу в салоне спрятаться.

— Проверять будут…

— А ты сделай так, чтобы не проверяли. Представь, что искать будут не менты, а фашисты, и не меня, а твоего сына… прости, не хотел… — быстро поправился он, заметив, как вздрогнул пожилой армянин. — В общем, подумай, Вартан Акопович. Подумай, как бы ты своего внука спасал, если бы его искали.

Он постоянно смотрел по сторонам — не головой вертел, а именно взглядом. Вартанчик уже видел такой бегающий взгляд и знал, что он означал. Это страх. Страх напуганного зверя, который каждую минуту ожидает чего-то опасного для себя — выстрела охотника, нападения хищника.

Напуганный зверь легко может почувствовать себя загнанным в угол. На смену страху придет отчаяние, и тогда даже самый безобидный зверек может превратиться в опасного убийцу.

— Ну, как? Надумал что-нибудь?

Водитель кивнул.