Элемент движения
Шрифт:
— Ничего хорошего. Голодная земля, развалины, каменные драконы… Вы дальше леса не ходите. Мне дед рассказывал, что пустые города там сильно разрослись. В ловушку заманят и не выпустят. А уж если какой простак решит на земле заночевать, то все соки из него камень выпьет…
— Города? — проигнорировав страшилку, зацепился Брюс, успевший взять себя в руки. — Там люди есть?
— Да вы что! Какие люди! Города ж одичали совсем. Но, случается, по границам шастают разбойники. Ловят одиночек. Тех, кому повезло золотые жилы найти.
— Так это правда? Что камни там проросли золотыми жилами?
— Да
— Где его найти?
— Он на карьер подался, уже неделю как. Должен вот-вот прибыть.
— Вот-вот — это когда? — с опаской уточнила Элия.
— Да прямо на днях! Еще и сезон не сменится, а он приедет. Вот увидите.
Брюс и Элия обреченно переглянулись.
— Как нам перебраться на ту сторону?
— К мосту надо…
— Так он, небось, рассыпался еще в том году, — вмешалась старуха, охотно оставившая нудное занятие по промывке рыбьих тел и подключившаяся к обсуждению качества местных архитектурных достопримечательностей.
— Не-е, — Веха глубокомысленно поскреб за ухом, — это дальний развалился, а ближний вроде цел.
— Так как же он цел, если буря была.
— А чего ему сделается? Его ж маги ставили.
— Так это когда было! Даже дорога потихоньку расползается, а мост уже, поди, весь рассорился. Дунешь — рассыплется.
— Посмотреть бы.
— И то верно…
Болтовня аборигенов иссякла внезапно и бесследно, как вода в песке. Сидят, улыбаются, довольные друг другом. Ни малейшего поползновения осуществить только что высказанное пожелание.
— За год никто так и не посмотрел, цел ли мост?
— А зачем? — искренне удивились аборигены. — Кому он сдался-то?
И то верно. Зачем им мост? Живут себе, не спешат никуда, пасут свои камни… Каменеют потихоньку. Ничего им не нужно, ничего не интересно. Их традиции прочны, как гранит.
— Мы сами посмотрим на ваш мост. Хотя бы направление покажите.
— Да прямо за домами… — Брюс и Элия двинулись в указанном направлении. Отошли уже порядком, когда услышали вслед запоздалое: — Только вы не найдете сами.
Пришлось возвращаться, постаравшись все нецензурные выражения придержать при себе. Возможно, благожелательность аборигенов еще потребуется.
— Почему не найдем?
— Так он заговоренный. Если особых примет не знаешь, то и с двух шагов не увидишь.
— Веха, — собрав остаток самообладания, Брюс слегка наклонился к конопатому парнишке и внушительно понизил голос: — Вот эта девушка — великий маг, у нее даже гиппогриф есть. Она снимет с тебя заклятие, если ты прямо сейчас покажешь нам дорогу… Ну?
Веха помялся, раздумывая. Элия возмущенно уткнула кулаки в бока.
— Ну ежели так… — Парень пожевал губу, обстоятельно осматривая красную от злости Элию. — Заклятье — это было бы хорошо… А не больно будет?
— Тебе — не больно, — заверила его Элия, в свою очередь обдирая взглядом Брюса до позвоночника. А хорошо все-таки, что взгляды нематериальны. У Брюса аж кости зачесались.
— Ладно, — решился Веха. — Только пообедаем, а то…
Что там у него за очередное «а то», Брюс не дослушал, потому что ухо щипнуло ледком и
раздался обеспокоенный голос Дьенка:— Брюс, там какие-то люди…
Высушенное брюхо стеклянной камбалы в медной оправе тихонько скрипнуло, качнувшись. Самая нижняя линза была уже старой, выщербленной от непогоды.
— Плохо видно, — констатировал Брюс, попытавшись в трещинах и сколах разобрать очертания дальних перспектив.
— Это дядька Пех, — сообщил Веха, мельком глянув через мутноватое стекло. — Ведет кого-то… Быстро едут, на охотников не похожи.
Брюс похолодел. По выпуклому камбалиному боку с едва заметными прозрачными ребрышками-нитками текли, искажаясь и неравномерно увеличиваясь, фигуры пока еще далеких всадников. Толком не разберешь, кто… Хотя… Один из скакунов, вроде бы, развел крылья… Или это полы плаща всадника шевельнулись?
— Далеко еще…
Веха почесал затылок, все еще размышляя. Вздохнул:
— А может, вы дядьку дождетесь?
— Пока они доберутся, полдня пройдет.
— Не… — флегматично отозвался горе-проводник. — Эта линза отдаляет. А вот эта правду показывает… — Палец с обкусанным ногтем показал на соседнюю камбалу в оплетке из олова.
Брюс глянул — и волосы у него встали дыбом. Рассеченное шрамом лицо капитана Фарра словно сунулось навстречу. Стал различим даже жесткий изгиб носогубных складок.
— О, боги…
Зашуршал гравий за спиной, другое ухо пощекотало теперь уже теплое дыхание.
— Веха, — напряженно позвала Элия, — где этот ваш мост?
— Да там, — беспечно отмахнулся Веха. — Вам чего, он вправду занадобился?
— Покажи, где.
— А это… хм-м… ну…
— Еще серебряк накину.
— Ладно… — Веха неторопливо заправил края рубахи под поясок. Притопнул ногой, обнаружил приставший к каблуку травяной лист, принялся сосредоточенно отковыривать его.
Брюсу смертельно захотелось придать увальню ускорение увесистым пинком.
— Веха! Покажи нам путь к мосту. Живо!
— Чего кричать-то? — искренне удивился Веха, отцепляя непокорный лист. — Идем сейчас. Я вот только…
— Веха!!! — Кажется, становятся понятны чувства мага, заклявшего поселок.
Непрошибаемо толстокожий собеседник невозмутимо уточнил:
— Точно хотите?
Они хотели. Они очень хотели. И увидели. Не то, что хотели.
…Из лохматого от травы края обрыва выстреливала неожиданно изящная дуга, словно набранная из резных плоских темно-зеленых звеньев. Полого пересекала трещину и вонзалась в берег напротив. Никаких опор и подвесок. Цепь филигранных малахитовых восьмиугольников, невесть каким образом соединенных друг с другом.
— Древняя работа, — одобрительно заметил Веха. — Складно как! Песня, а не мост… Нам сейчас так камни не сговорить.
— Он прочный?
— А то! — Веха возмутился так, словно сам лично собирал странный мост. — Вы не глядите, что он хрупкий с виду, до поры не шелохнется и под танцующим драконом!
— До поры?!
— Пока заклятие не рассеется. Земляные маги гарантию давали. Даже твердознакесть там, на обороте моста.
— И… на какой срок распространяется эта гарантия?