Чтение онлайн

— Ты знаком с этим… Бряком?

— Ну… Заходил он пару раз.

— Куда он мог увести ее?

Собеседник колебался всего лишь мгновение и все же рискнул:

— Не знаю.

— Трактирщик, — сипло заговорил Брюс (голос пропадал от холода, но вышло весьма зловеще и драматично), — ты уже понял, что я не просто проезжий… Тебя не страшит, что я встряхну твою будку на ножках и обрушу ее? Или, может быть, мне снятьтвой защитный круг? И поставить манокдля всей окрестной нежити?

— Не пугайте

меня, юноша, — раздраженно отмахнулся трактирщик. — Там, куда вы рветесь, есть некроты посильнее промокшего сопляка. Вот с ними мне меньше всего хочется связываться.

— Я здесь, а они где-то там, — решил Брюс пропустить «сопляка» мимо ушей.

— А еще неподалеку — господин маг и куча стражи из баронского замка. Уж не знаю, чем вы так допекли их.

— Куда Бряк увел девушку?

Трактирщик поколебался, морщась. Мельком покосился на припавшего к стойке и явно находящегося в полуобмороке обладателя безрукавки. Сделал Брюсу знак приблизиться.

Брюс подошел, стараясь не стучать зубами. Бледный тип ожил и торопливо отполз.

— Это дальше по дороге, в пригороде Нестана. Первый же поселок возле города. Там таверна, невзрачная такая, без названия. Если пустят вниз, то… Хотя тебя, может, и пустят, — хмыкнул он, окинув Брюса оценивающим взглядом.

Напоследок захотелось произнести что-нибудь предупреждающее, вроде «Если ты мне солгал, трактирщик, то…». Но уж больно зубы стучали от озноба, так что вряд ли вышло бы достаточно угрожающе.

Еще больше хотелось увести с собой грустную лошадку, но путь по дороге заказан, а тащить ее через чащу немыслимо.

Маленький костерок, затаившийся в ложбине, прыгал с одной коряги на другую. Брюс тянул к нему руки. Надо же, днем он согрелся под жарким солнцем, даже ухитрился вымыться и почиститься в ручье, а сейчас остатки тепла споро выметал из-под стволов сырой ветер.

Следовал Брюс направлению дороги, забираясь поглубже, как только слышал стук копыт. Так что огонь рискнул развести, лишь когда трактир и прочее осталось далеко позади.

Темно-синее небо лежало на вершинах деревьев, словно глиняная треснувшая чаша, и из щелей сочился слабенький свет звезд. Стрекотали цикады и завели хоровую далеко в чаще лягушки…

Надо же, а в мире полно островков покоя. Только не для Брюса.

Плеснул огонь, раздался хруст, из тьмы выкарабкалось нечто несуразное и угловатое.

— Откуда ты здесь… взялся?! — с бессильным возмущением осведомился Брюс, наблюдая, как вихляющийся и заметно потрепанный в пути знакомый мертвяк приближается.

Длинная и кривая его тень нелепо дергалась до тех пор, пока пришелец не опустился на землю, подбирая конечности. Одну из перчаток он потерял, а вот сапоги держались крепко.

— Железом тебя, — пробормотал Брюс, пересаживаясь. Первый же порыв ветра швырнул целый букет ночных ароматов, среди которых преобладал запашок тлена.

Мертвяк недовольно заурчал.

— Странно, что он не пытается напасть, — вдруг произнес тихий голос.

Новая тень заплясала по траве, постепенно бледнея, зато в сумерках обозначился плохо различимый, словно

затертый силуэт ушастого Дьенка. Тоже тощего и костлявого, под стать мертвяку.

— Я что, оставил где-то объявление о месте встречи? — удивился Брюс. — На какое количество персон заказан обед?

— Мы народ нетребовательный, лунным светом довольствуемся. — Дьенк улыбнулся, мельком глянул на покойника и поправился. — Хотя вот такие, как он, норовят чего-нибудь поплотнее. Плоть, там, погрызть, кровушки живой попить…

Покойник смирно поворачивал голову и казался безобидным.

— Я ему золотой задолжал. Теперь только два выхода — возвращать кредит либо разбираться с кредитором.

— Странный он… — повторил Дьенк. — Я не чувствую в нем воли. Ни твоей, ни его. С поднятыми покойниками обычно не так все просто.

— Откуда тебе знать?

— Всплывает временами что-то… Помню, что была битва, и там участвовали мертвяки… Их вел… — Дьенк мучительно свел брови, пытаясь сосредоточиться, и вдруг изменился в лице: — Я помню…

— Имя?

Он удрученно помотал головой.

— Кажется, я помню, за что меня оставили там, во тьме… Я и впрямь ренегат… Я мешал тому, кто тоже я… Путался у него под ногами… то есть в душе. Он был смел, а я, наверное, трус…

Мертвяк бесцеремонно смотрел на Дьенка, а Брюс отвел глаза. Нехорошо наблюдать, как человек мучается. Пусть даже это призрак.

— А еще что-нибудь вспомнил?

— Кое-что… Так, обрывки, огрызки… Только я не уверен, что это мои впечатления…

— А чьи?

— Не знаю… Я же тень, застрявшая на полпути… Когда я нахожусь с кем-то рядом, то часть чужих впечатлений переходит ко мне… В Руинах было так много мертвецов!

Этого еще только не хватало. Брюс машинально огляделся вокруг, на всякий случай подыскивая пути к отступлению. Мало ему было жадины-мертвяка, теперь еще привяжется тень, свихнувшаяся от общества покойников.

«Стыдно, господин некромант! — встрепенулся внутренний голос. — Это все твоя клиентура!»

«Клиент» между тем жалко улыбнулся:

— Не бойся… Я не безумен. Тени не сходят с ума. Просто я немного запутался… Скажем, я помню ослепительный солнечный день. И вижу бородатого смеющегося человека в богатой одежде. Он подбрасывает меня к небу. Взлетая, я вижу флаг, на котором нарисованы горы на башне замка и глаз каменного дракона…

— Флаг спустили, когда умер барон Загорский, — заметил Брюс. — И с тех пор ни разу не поднимали.

— Это человек кажется очень счастливым. Говорит: «…ты разбудила мою душу от спячки, малышка…» Я не очень понимаю, о чем он, но от его слов радостно и спокойно…

Брюс вспомнил, что видел барона Загорского прежде лишь мельком. Мрачноватого, усталого… Мог он беззаботно смеяться, подкидывая кверху визжащую от восторга дочь?

— Только знаешь, что странно? Я могу видеть эту сцену и глазами ребенка, и глазами отца… Но она все равно счастливая… Еще я помню ужас и отчаяние. Огонь и исполинских крылатых зверей, мечущихся вокруг. И слипшиеся от пота и грязи перья и шерсть на брюхе гиппогрифа. Я должен проскочить под ним, иначе…