Элегии и малые поэмы
Шрифт:
640 И от лица госпожи не лепетала привет.
Где она, с кем она, что с ней, об этом узнать не пытайся,
Молча терпи свой удел — в пользу молчанье тебе.
Ты, что на каждом шагу кричишь о причинах разрыва,
Все исчисляя грехи бывшей подруги твоей,
645 Эти стенанья оставь: безмолвие — лучшее средство,
Чтоб из влюбленной души образ желанный стереть.
Право, вернее молчать, чем болтать, что любовь миновала:
Кто неуемно твердит: «Я не влюблен», — тот влюблен.
Лучше любовный огонь гасить постепенно,
650 Бесповоротней уход, если уйти не спеша.
Мчится поток дождевой быстрей, чем спокойная речка,
Но иссякает поток, речке же течь без конца.
Шаг за шагом иди, осторожно и мягко ступая,
Чтоб испустившая дух ветром развеялась страсть.
655 Ту, кого только что нежно любил, грешно ненавидеть:
Ненависть — годный исход только для дикой души.
Нужен душевный покой, а ненависть — это лишь признак,
Что не иссякла любовь, что неизбывна беда.
Стыдно мужчине и женщине стать из супругов врагами:
660 Аппия строго глядит сверху на эту вражду.
Часто враждуют, любя, и судятся, скованы страстью;
Если же нету вражды — вольно гуляет любовь.
Друг мой однажды в суде говорил ужасные речи;
В крытых носилках ждала женщина, жертва речей.
665 Время идти; он сказал: «Пусть выйдет она из носилок!»
Вышла; и он онемел, видя былую любовь.
Руки упали, из рук упали двойные дощечки,
Ахнув: «Победа твоя!» — пал он в объятия к ней.
Лучше всего и пристойней всего разойтись полюбовно,
670 С ложа любви не спеша в сутолку тяжб и судов.
Все ей оставь, что она от тебя получила в подарок, —
Часто немногий ущерб многое благо сулит.
Если же вам доведется нечаянно где-то столкнуться,
Тут-то и вспомни, герой, все наставленья мои!
675 Бейся, отважный, в упор, оружье твое под рукою —
Метким своим острием Пентесилею срази.
Вот тебе жесткий порог, и вот тебе наглый соперник,
Вот тебе клятвы любви, праздная шутка богов!
Мимо нее проходя, не поправь ненароком прическу,
680 Не выставляй напоказ тоги изгиб щегольской:
Женщина стала чужой, одной из бесчисленно многих,
Так не заботься о том, как бы понравиться ей.
Что же, однако, мешает успеху всех наших стараний?
Это увидит легко всяк на примере своем.
685 Трудно отстать от любви потому, что в своем самомненье
Думает каждый из нас: «Как же меня не любить?»
Ты же не верь ни словам (что обманчивей праздного слова?),
Ни призыванью богов с их вековечных высот, —
Не позволяй себя тронуть слезам и рыданиям женским —
690 Это у них ремесло, плод упражнений для глаз:
Много уловок встает войной на влюбленное сердце,
Так отовсюду валы бьют о приморский утес.
Не открывай же причин, по которым ты хочешь разрыва,
Не изливай свою боль, молча ее схорони,
695 Не излагай, почему она пред тобой виновата, —
Всюду найдется ответ, хуже придется тебе ж.
Неодолим, кто молчит, а кто принимается спорить —
Тот приготовься принять полный ответ на словах.
Я не хочу похищать, как Улисс, разящие стрелы, [299]
700 Я не посмею гасить факел в холодной воде,
Из-за меня не ослабнет струна священного лука.
Не укоротится взмах крыльев, одетых в багрец,
Что моя песня? Разумный совет. Внимайте совету!
299
…похищать… стрелы… — О том, как Одиссей, вернувшийся домой, хитростью получил свой лук для расправы с женихами, рассказывается в «Одиссее», XXI.
Будь ко мне милостив, Феб, как и доселе бывал!
705 Феб предо мной, звенит его лук, звенит его лира,
В знаменье видится бог: истинно, Феб предо мной.
Я говорю, амиклейскую шерсть из красильного чана [300]
С пурпуром тирским сравни — сам устыдишься, сравнив.
Так и свою с остальными поставь красавицу рядом —
710 И устыдишься, что мог выбрать такую из всех.
300
Амиклейская шерсть. — В Амиклах близ Спарты был центр выделки лаконского пурпура, который, однако, не мог соперничать с финикийским.
Двое богинь во всей красоте предстали Парису,
Но при Венере втроем выцвела их красота.
Сравнивай вид и сравнивай нрав и все их уменье,
Лишь бы здраво судить не помешала любовь.
715 Мелочь добавить хочу, однако подобная мелочь
Часто полезна была многим и мне самому.
Не перечитывай писем, где почерк любезной подруги!
Старое тронет письмо самый незыблемый дух.
Все их сложи — против воли сложи! — в горящее пламя,
720 «Вот погребальный костер страсти несчастной моей!»
Фестия дочь головнею сожгла далекого сына [301] —
Ты ль поколеблешься сжечь строки солгавшей любви?
Если возможно, сожги заодно восковые таблички:
Истинной гибелью воск для Лаодамии был. [302]
725 Часто наводят тоску места, где вы были, где спали;
Этих свидетельских мест тоже избегнуть умей.
301
Дочь Фестия — Алфея, мать Мелеагра.
302
Имеется в виду восковое изображение Протесилая, упоминаемое и в «Героидах», XIII, 155.