Экспансия. Том 2
Шрифт:
Штурмовая группа состояла из сотни лучших бойцов моей личной гвардии, все ветераны, прошедшие огонь, воду и медные трубы этого безумного мира. Во главе я сам, весь такой красивый, рядом Мэри, бледная, но с горящими яростью глазами, и Мрак, который, казалось, стал ещё больше и мрачнее. Всё развлечение только нам, пока остальные занимаются рутиной, давая возможность нам без проблем зайти и выйти.
— Ну что, пойдём в гости к папочке? — спросил в общий канал. — Надеюсь, он приготовил для нас чай с печеньками.
— Скорее, чай с полонием, — буркнула Мэри.
Мы
— Мне это не нравится, — прошептала Мэри, её рука легла на рукоять ствола.
— Мне тоже, — согласился с ней. — Чувствуете?
— Следы присутствия, — констатировал Мрак, ковырнув слизь кончиком своего ножа. — Хренова туча химер была здесь, значит, все сюрпризы в самом конце. Астарий решил уйти, громко хлопнув дверью.
— Двигаемся к тронному залу.
Мы двинулись вперёд, ощетинившись стволами. Мои гвардейцы, разделившись на две группы, шли вдоль стен, проверяя каждый угол.
— Командир, датчики движения сходят с ума, — доложил командир авангарда. — Цели повсюду. В стенах, под полом, над нами.
— Вижу, — ответил ему, глядя на свой тактический планшет. Вся схема дворца на нём кишела красными точками, которые двигались, перетекали, сливались и разделялись. — Он превратил дворец в улей.
— Влад, смотри! — Мэри ткнула пальцем в стену.
Слизь на стене начала собираться в сгустки, формируя уродливые, искажённые лица. Они открывали рты в беззвучном крике, их глаза, полные муки, смотрели на нас. Я узнал в одном из них лицо старого барона, парламентёра Удо.
— Психологическая атака, — констатировал я, чувствуя, как по спине пробежал холодок. — Играет на нервах, не обращайте внимания, это просто картинки.
Но сказать проще, чем сделать. Чем ближе мы подходили к тронному залу, тем изощреннее становились галлюцинации. Мы слышали плач детей, женские крики, голоса наших павших товарищей, зовущие на помощь. Тишина сменилась какофонией призрачных звуков, которая сводила с ума.
— Держать строй! — рявкнул я, видя, как один из молодых бойцов вздрогнул и повернулся на крик. — Это иллюзия! Всё это грёбаная иллюзия!
Наконец, мы вышли к тронному залу. Огромные, двустворчатые двери из чёрного дерева были плотно закрыты.
— Ну, не будем заставлять его величество скучать, — я кивнул сапёрам. — Вскрывайте, можно без нежностей.
Сапёр установил на двери небольшой заряд.
— Всем отойти. Подрыв через пять…
Массивные двери тронного зала просто сложились внутрь, будто их вдавили невидимым кулаком.
— Заходим, — мой голос в общем канале прозвучал ровно, хотя всё внутри кричало об опасности. — Контроль секторов.
Мои гвардейцы, как хорошо отлаженный механизм, тут же начали вливаться в зал. Первая пятёрка со штурмовыми щитами создала
плацдарм, за ними вторая, третья… Я вошёл одним из последних, рядом со мной, прикрывая друг друга, двигались Мэри и Мрак.Тронный зал был огромен, высоченные сводчатые потолки терялись где-то во тьме, стены, увешанные боевыми знамёнами поверженных врагов Лирии, казались живыми, тени на них плясали, создавая уродливые образы. Но всё внимание было приковано к центру зала.
Там, на возвышении из чёрного обсидиана, стоял трон. Я его едва узнал, от прежнего лощёного аристократа не осталось и следа. Его тело раздулось, стало ассиметричным, одна рука была нормальной, человеческой, а вторая превратилась в гротескную клешню. Кожа приобрела мертвенно-бледный оттенок, а сквозь неё просвечивали тёмные, пульсирующие вены. Лицо было искажено, глаза горели лихорадочным, ядовито-зелёным огнём. Астарий был похож на свои собственные неудачные эксперименты.
— Однако, как похорошел наш мальчик, — пробормотала Мери себе под нос, вскидывая револьвер.
Вокруг трона, неподвижные, как статуи, стояли его телохранители. Двенадцать преторианцев, как их называла разведка… Они были похожи на тех, с кем Мэри рубилась в подвале, но крупнее, мощнее и… законченнее. В их облике не было той кустарщины, которую мы видели раньше. Это были совершенные машины для убийства, идеальное сочетание органики и технологии Пауков.
— Пришли, — голос Астария был уже не человеческим. — Пришли, мухи, на свет моей новой зари. Я ждал вас.
Он медленно поднял свою человеческую руку и указал на меня.
— Ты, — пророкотал он. — Ты пришёл, чтобы украсть моё будущее, но ты опоздал. Будущее уже здесь!
Он раскинул руки, насколько ему позволяли новые габариты.
— Вы видите перед собой не человека! Человек слаб, он подвержен сомнениям, страху, боли! Вы видите следующую ступень эволюции! Венец творения! Я бог этого нового мира! Мои дети, — он кивнул на преторианцев, — они не знают ни страха, ни усталости, ни жалости! Идеальные подданные!
— Ага, — кивнул ему. — Мы это уже проходили. Если честно, немного скучновато, я ожидал большего от того, кто покорил столько земель за короткий срок.
— Скучно?! — взревел Астарий, и по залу прокатилась звуковая волна, от которой задрожали стены. — Ты, примитивное существо, смеешь говорить о скуке, глядя в лицо божеству?! Я предлагаю вам последний шанс! Склоните колени! Присягните мне на верность, и я сделаю вас частью моего нового мира! Дарую вам силу, о которой вы и не мечтали! Вы станете моими апостолами!
Его пафосная речь меня утомила. Я пришёл сюда не на лекцию по трансгуманизму, а чтобы вырвать сердце этому идиоту.
Выстрел моего револьвера прозвучал в гробовой тишине зала оглушительно. Тяжёлая пуля устремилась прямо в лоб Астарию. Но за долю секунды до попадания перед лицом Астария вспыхнул и замерцал шестиугольник силового поля. Пуля ударилась в него с глухим стуком, сплющилась и безвредно упала на пол.
Астарий даже не моргнул, просто смотрел на меня, и на его обезображенном лице медленно расплывалась ухмылка.