Эхо разрушенных судеб...
Шрифт:
– Нет! – вырвался он из хватки и указал на побитого Славу, который сполз по стене и сидел на корточках, - Без него не уеду!
– Да, что происходит? – прикрикнула тётя Зина, обнимая плачущую дочь за плечи, - Ты что, как с цепи сорвался, Егор? Я всегда считала тебя уравновешенным и спокойным, но то, что ты вытворил сегодня, меня просто поразило!
– Ты плохо его знаешь, - не к месту хохотнул Илья, но тут же замолчал под строгим материнским взглядом.
Слава вскинул на Егора окровавленное лицо и с ненавистью посмотрел прямо ему в глаза.
Романчук сделал шаг к нему, не замечая, как все вокруг напряглись.
– Ты…, - задыхаясь,
Оглушающая тишина была ответом на его слова, а Ершов опустил глаза вниз.
– Ты сказал, что я удивлюсь, когда узнаю, кто ещё был готов ради тебя на всё, - продолжил Егор, сжимая кулаки и сдерживая подступающую ярость, - ты был прав, я удивлён.
– Егорыч, ты что несёшь? – встал перед ним Илья, закрывая собой Славу.
– У тебя совсем крыша поехала с твоей сестрой! – закричала, притихшая было Яна, - Ты для этого сюда вернулся?! Чтобы разрушить нашу жизнь?! Сначала заставил папу рассказать, о его участии в её исчезновении! Ты хоть представляешь, какого было маме узнать это?! Она до сих почти не говорит с ним! А теперь ты пытаешься обвинить моего мужа в изнасиловании?!
Егор стоял, опустив голову вниз и чувствуя, как всё тело сковывает холодом.
– Ради удовлетворения собственных амбиций и тупой жажды мести, ты разрушаешь всё вокруг! Оставь нас в покое! До твоего появления мы все были счастливы, - отчаянный выкрик полный ненависти стал контрольным выстрелом прямо в грудь.
Сердце Егора едва не разорвалось от боли. Почему Яна, которая так отчаянно сейчас борется за своего мужа-мудака, считает, что крах его семьи – это ничего незначащий пустяк? Он всего лишь хотел знать правду о своей семье, почему она обвиняет его во всех бедах? В чём он виноват? Почему вся ненависть достаётся ему? Неужели его сестра и его семья не заслуживают справедливости?
– Замолчи, - в это время мрачно бросил Илья в сторону сестры, - ты ни разу в своей жизни не разобралась ни в одной ситуации, что натворил твой муж. Только с пеной у рта доказывала, что он не причём. А он каждый раз был причём. Только ты на это закрывала глаза. И нас заставляла. Но я больше не буду этого делать. Хватит. И я верю Егору, что твой ненаглядный муженёк как-то в этом замешан.
Яна с ненавистью глянула на обоих братьев и встала с крыльца, чтобы подойти к мужу. Но тот, увидев её приближение, вскочил и выставил вперёд руки.
– Нет, не приближайся! – твёрдо сказал он, отступая, - Всё кончено, Ян. Мне не нужна больше твоя жалость и любовь.
Яна резко дёрнулась и затормозила, будто её с размаха ударили по лицу.
– Слав, не надо так, - прошептала она, вытирая слёзы, - у нас всё наладится. Я люблю тебя…
– А я тебя нет! – воскликнул он и отвернулся.
– Яна, пожалуйста, - подошла к ней тётя Зина и, обняв, развернула её к крыльцу, - нельзя столько нервничать, ты можешь навредить ребёнку.
Упоминание о ребёнке подействовало на женщину отрезвляюще, и она покорно под руку с матерью снова поднялась по ступенькам, но в дом заходить не стала, а присела на стульчик, который поднесла ей тётя Зина.
– Я не уйду, пока не услышу всей правды, - спокойно произнесла Яна, вытирая последние слезинки со щёк.
Тогда в разговор вступил Илья, повернувшись к Егору:
– Егорыч, с чего ты взял, что Славка изнасиловал Марусю?
Егор выдохнул, чувствуя, как холод из груди отступает. Он не мог передать своей радости от того, что брат на его стороне,
и что он верит ему.– Эту записку написал Славик Марусе в день, когда её изнасиловали, - наконец сказал он, доставая из кармана блокнот и записку и протягивая их Илье, - приглашал встретиться на старой ферме, где всё и произошло.
– Почему решил, что это он? – спросил Илья, внимательно вглядываясь в слова на старом тетрадном листе.
– Посмотри в блокнот. Он выпал из сейфа, когда Слава ружьё доставал. Это охотничьи заметки. Почерк один в один, - с этими словами Егор забрал записку из рук брата и подошёл ближе к Ершову, сунув ту ему прямо в лицо.
Хитрюк едва слышно выругался, а Слава молчал, только глаза расширились на мгновение.
– Узнаёшь свой почерк, Славик? – обратился к нему Егор, - По глазам вижу, узнаёшь. Только не могу понять, почему подписался буквой «М»?
– Потому, что Мурза, - послышался тихий слабый голос Яны.
– Мурза? – в один голос переспросили братья, повернувшись к женщине.
– Его так в молодости называли, - пояснила Яна, с вызовом глядя на мужа, - его предки были татарскими князями, вот оттуда и пошло это прозвище. Он им раньше гордился.
– Откуда ты это знаешь? – недоумённо спросил Слава, трогая пальцами разбитую губу.
Яна невесело усмехнулась:
– Когда любишь человека с пятнадцати лет, то ещё и не такое о нём узнаешь, чтобы впечатлить. Но почему ты всем запретил себя так называть? Ведь раньше с гордостью отзывался на Мурзу, а потом орал на любого, кто посмел упомянуть это прозвище.
Слава молчал, опустив голову вниз, а потом глубоко вздохнул, словно решаясь на что-то, и выпалил:
– Потому, что она любила меня так называть. А после неё не мог слышать, что кто-то так ко мне обращается.
– Кто – она? – обомлев, спросил Егор, хотя уже знал ответ.
– Машка, - подтвердил его догадки Слава, вскинув на него глаза.
Романчук вцепился себе в волосы и отошёл в сторону, приглушённо выругавшись. Он не понимал, как справляться с тем, что происходит. Хотелось просто взвыть в голос, чтобы напряжение и боль, что скручивало все его органы, хоть немного отпустило.
– Я не насиловал её, - послышался тихий Славин голос, - я любил её и никогда бы не причинил ей вреда.
– Врёшь, - прошипел Егор, обернувшись, - ты написал записку, и её изнасиловали в тот же день и в том же месте. Как ты это объяснишь?
– Не знаю! – закричал Слава и опустился на корточки, опираясь спиной на стену дома, - Да, мы были вместе возле старой фермы, но когда собирались уходить, она сказала, что пока я не разберусь со своей невестой, нас не должны видеть вместе. Поэтому я ушёл первый. Но тогда с ней всё было в порядке. Я только на следующий день узнал, что её изнасиловали…
– Что-то мне нехорошо, - послышался слабый голос Яны.
Мужчины обернулись к крыльцу и увидели, как она опасно покачивается на маленьком стульчике. Тётя Зина попыталась удержать дочь, но едва не упала вместе с ней. Илья и Егор метнулись к крыльцу. Егор оказался быстрее, поэтому первым успел подхватить, теряющую сознание, сестру на руки.
****
Через час, когда Яну увезли на «скорой» во дворе остались только Егор и Илья со Славой. Все трое молчали.