Его строптивая малышка
Шрифт:
– Она могла пробить твою защиту? Я имею в виду, может, она гениальный хакер? – если сейчас окажется, что эта красотка еще и семи пядей во лбу, я ее сожгу. Нечего ей делать возле Староверова!
Так-с. Вика, возьми себя в руки. Ты еще не определилась, бежать от Данила или к нему, а уже дергаешься из-за каждой женщины в его окружении.
Данил же, немного подумав, отвечает:
– Не знал, что она вообще интересуется кодированием. Не похоже на нее, но ее мог натаскать брат. Леня в своей области весьма крут.
– Ты думаешь, Шамкова могла это сделать?
– Лариса
По глазам Староверова вижу, как крутятся винтики в его голове, прямо сейчас он просчитывает разные варианты.
– Брат мог использовать Ларису вслепую? – строить версии довольно интересно, когда ты не варишься в собственном соку, и данных у тебя больше чем на чайную ложку. Пока Данил готов мне что-то рассказывать, надо пользоваться.
– Леня – очень специфический парень, но делить нам нечего. Шамков уходил по собственному желанию. Ему все осточертело, и он захотел сменить сферу деятельности. Мы не ссорились, если ты об этом. Но, как ты уже поняла, я не очень доверчив. И пока у нас не будет доказательств обратного, его персону я тоже сбрасывать со счетов не хочу. Да и задачка со многими неизвестными всегда заманчивей.
Тут, блин, надо предателя искать, возможно, спасать компанию, а ему надо, чтоб расследование посложнее вышло!
– Сбрасывать точно не стоит, – ворчу я. – Шамков же один из соавторов сомнительного проекта.
Данил хмыкает и поднимается с места. Делает круг по номеру и предлагает:
– Для чистоты эксперимента стоит тебе, например, как моему доверенному лицу, попросить продублировать материалы у Лени напрямую. И сравнить с тем, что у нас есть. Тогда будет понятно, это проект так сделан говенно, или снова подлог, и эта работает наша крыса.
– Так и сделаю, – принимаю задачу к исполнению. Честно говоря, во мне тоже просыпается азарт охотника. То ли Староверов меня заразил, то ли я и впрямь такая же как он. – Колодцев тоже выглядит подозрительным, но меркнет на фоне Шамковой. Я бы тоже начала с нее.
Снова смотрю на фото Ларисы, открытое на ноутбуке. Взгляд зацепляет всплывшее в правом нижнем углу уведомление о полученном письме от Ви.
Точно. Я же у нее спрашивала про Колодцева. Как вовремя.
Открываю письмо и быстро пробегаю его глазами.
– Что там у тебя? – спрашивает Данил. – У тебя забавное выражение лица. Что тебя так поразило?
Глава 40. Аргументы и факты
Ви пишет, что тип на фотографии действительно в ее вкусе, но Грег лучше. И она не уверена, но вроде кого-то похожего на него Ви видела на фотографиях отчима.
«Ну помнишь, мама еще просила тебя отнести в печать фотки с какого-то вечера, куда они ходили с Андреем Владимировичем? Ты еще упиралась, что сейчас никто фотографии не печатает, а все смотрят на компьютере».
Что-то припоминаю. Мне тогда и лень было,
и почему-то злила мамина страсть к своим фото. Наверно, это у нее тоска по модельному прошлому. Однако, мама умеет настоять на своем, и в фотопечать я таки сходила. Правда, готовые снимки я забирала еще недели две. И еще неделю таскала в рюкзаке.До сих не пойму, ведь именно меня просила, а не Виолетту, которая сделала бы без вопросов.
Фотографий было много, и пухлая стопка плотных глянцевых листов прорвала картонный конверт. Когда я доставала его из рюкзака, фотки разлетелись по всему ковру, и мы с Виолеттой их собирали. Она первая начала их рассматривать, я подтянулась на ее забавные комментарии.
Да. Был снимок или два. Так точно сейчас уже и не вспомнишь, но вроде похож…
Ах да, я же для того, чтобы распечатать фотки, сбрасывала их себе на гугл-диск.
– Вика? Что там?
Ага, не нравится чего-то не знать?
– Подожди, – отмахиваюсь, сама удивляясь тому, с какой легкостью я себе это позволяю по отношению к боссу. Хотя, после того, что между нами произошло тридцать минут назад, дистанция между нами совсем сократилась.
Лезу на диск и проверяю свою догадку. Повезло, что я ленивая. Папка с теми фотками еще не удалена. Быстро пролистнув снимки, где мама позирует, я нахожу те самые.
Выбираю ту, где отчим разговаривает с официантом за спиной мамы, сидящей за столиком лицом к объективу. Она приветливо улыбается, и в целом я понимаю, почему она захотела фотку напечатать. Мама здесь хороша.
С ней за столиком еще двое: женщина, чье лицо не видно, потому что она отвернулась, и ближе к маме, в полупрофиль, сидит еще мужчина.
Что ж. Очень похож. Стрижка выглядит немного отросшей, щеки темнее от щетины, пожалуй, вот и все отличия.
Получился Колодцев на фото хорошо. Еще и свет интересно так падает. Поэтому-то я его и запомнила.
Данил, застегивающий манжеты, не выдерживает игнора с моей стороны и нависает надо мной.
– Ты меня троллишь, что ли? – изумляется он.
Я так-то не специально играла на его любопытстве, но из вредности тянет показать язык. Еле сдерживаюсь.
Поворачиваю к нему ноут, предлагая посмотреть на фото.
– Колодцев. И что? Где это?
– Не знаю, где, но знаю, с кем. Женщина в центре – моя мать, а за ней, видишь мужчину в синем пиджаке, повернувшегося спиной, мой отчим. Новые факты к размышлению, так сказать.
Староверов сощурившись разглядывает всех запечатленных.
– Давно фото сделано?
– Месяца четыре назад. Точнее не скажу.
Не утерпев я ехидно уточняю:
– Что? Задачка становится интереснее? Ты же любишь, ну, когда со многими неизвестными.
Данил в задумчивости переводит взгляд на меня и неожиданно щелкает меня по носу. В прямом смысле слова.
– Не зазнавайся.
Да твою ж мать! Что за выходки? Его поведение вообще можно предсказать или хотя бы систематизировать?
– Вика, – голос Данила врывается в мое мысленное ворчание и попытку составить список из его нелогичных поступков. – Тебе стоит поторопиться со сборами. Иначе мы опоздаем.