Чтение онлайн

Я сделала несколько шагов вперёд. Лис дернулся за мной, но понял и остановился.

Я шла к Северному Лорду.

Он стоял неподвижно, а выпущенная им на свободу магия набирала силу, и, кружа вокруг в устрашающем вихре, с воем билась о скалы, уже круша покрытые снегом острые вершины.

— Дар.

Я знала, он слышит.

Темная сила обступила меня, и, осторожно припадая, влилась в жилы знакомым потоком, растекаясь по телу жидкой лавой, мгновенно согревая до кончиков пальцев и даря спокойствие и защиту.

— Дар.

Он поднял голову, черные глаза смотрели в упор и я видела в них бездну…

— Дар…

Он

вдруг оказался рядом.

Но не обнял, не прижал к себе, как обычно. Протянул руку.

— Сегодня ты станешь моей, Алесия.

Я хотела что-то сказать, но с губ не сорвалось и звука. Его взгляд обжигал, окутывал холодным пламенем. И я просто подняла руку, вкладывая дрожащие пальцы в его ледяную ладонь.

Звёзды были такими огромными, что, казалось, их запросто можно потрогать рукой. Ночь вступила в самую глухую пору, вьюга улеглась, кристально чистый воздух звенел тихой колыбельной, а притихший ветер лениво перебирал ветви вековых сосен в поисках пристанища до утра.

Ночь ревниво хранила свои тайны, жадно ловя прерывистые, полные сладкой муки и нежности, звуки. За толстыми стенами, на самом верху Южной башни, прятались шёпотки, бархатистой лаской и страстью тревожащие едва занимающуюся зарю. В звенящем морозном воздухе чудились хриплые крики и прерывающиеся стонами мерные звуки, тут же тающие в глубине алькова, и навеки остающиеся жгучим секретом случайно коснувшегося стен башни, ветра.

Соль сидела на самом верху Южной башни на выступе бойницы и казалась уродливым черным пятном на светлых стенах Серого замка. Но вот она вдруг приняла свой истинный облик, прислушалась, слегка склонив голову, жуткое лицо озарилось победной улыбкой.

— Наконец-то, — прошептала нежить, и, ликуя, сорвалась с выступа к земле, — свершилось, — шептала она, с жадностью вдыхая колючий ледяной воздух и делая круг за кругом над спящим, спокойным как никогда, Антари.

Дарион Тиор

Сегодня, спустя три месяца после вартана, приехали родители Алесии. Они отказались от портала и путешествовали на вирах, потому что дорога с Юга на Север стала гораздо безопаснее. Оказалось, что вентури Алесии, Рей, с большим гастрономическим интересом относится к ристам и их поголовье сильно уменьшилось, когда глисс решил, что любит охотиться на белых саблезубых пушистиков. Правда Алесия отпускала его только с Филом, который тоже был не прочь развеяться, неожиданно найдя общий язык с тварью из Пустошей.

Вокруг местности, где обитали фесталы, аиры поставили силовой барьер, и туда теперь даже случайно попасть невозможно. Сами аиры стараются демонстрировать дружелюбие к путникам, хоть часто это пугает несчастных до икоты.

Каял Мрачный все-таки достучался до Листы и она больше не падает в обморок от его присутствия. Он даже приходил к нам на ужин пару раз. Если через два года, когда Листе исполнится девятнадцать, они смогут найти общий язык, сила Каяла вернется, я сам ее развяжу.

Я встряхнул головой, отгоняя воспоминания. Не время. Родители Алесии уже в замке, и я… Я не мог признаться даже себе, что боюсь встречи с ними. Ведь брат Алесии, Генри, погиб по моей вине. Но отступать поздно, и сегодня мы встретимся за ужином.

Я подошёл к зеркалу, провел рукой по его бликующей поверхности

и комната Алесии появилась на стекле, как будто я заглянул туда через окно.

Мама Алесии была худощавой невысокой женщиной с немного усталым лицом. Отец, коренастый и крепкий, наоборот, казался полным сил и энергии и лучился радостью. Младшая сестренка Алесии, Ксю, садилась то рядом с Листой, то прыгала на колени к Алесии, забавно прижимаясь щекой к ее плечу.

— Дочка, — отец Алесии накрыл ее руку своей, — ты говорила, все наладилось, ты… у тебя…

Я видел, что он мучительно подбирает слова.

— Я счастлива, папа, — просто сказала Алесия и я замер, впившись взглядом в ее лицо, — счастлива. Правда.

— Но, девочка моя, — мама Алесии обняла ее за плечи, — ты… лерта. Ты так не хотела…

— Мама, — Алесия встала, мягко отстранила Ксю и подошла к окну, — это ничего не значит. Дар проклят, он не может на мне жениться. Не может жениться, — она вдруг повернулась и лучисто улыбнулась родителям, — на любимой женщине. Но это не значит, что мы не можем быть вместе, понимаете? Проклятье дает ему невероятную силу, власть даже над нежитью. Я думаю, его мачеха крупно просчиталась, проклиная его. И знаете? Император лично обещал мне, что наши дети унаследуют титул, они не будут бастардами! Так чего мне еще желать?

— Мы рады за тебя, дочка, — просто сказал отец Алесии, улыбаясь, — и гордимся тобой. А как тебе Север?

— Север?

Алесия снова улыбнулась, такой полной тепла улыбкой, что мне вдруг захотелось схватить ее на руки и кружить, кружить пока ее смех не заполнит светом все улицы Антари.

— Север, — Алесия погладила по голове маленькую Ксю, — я больше не представляю себе жизни где-то еще. Я всегда буду помнить и любить родной Кирт, но Антари… Антари его город. И значит это мой дом.

Мама Алесии подошла к ней и положила руку на плечо, разворачивая к себе.

— Ты… Ты любишь его?

— Люблю.

Она не запнулась ни на секунду, и вдруг подняла голову, посмотрев мне прямо в глаза. Я понял, она тоже меня видит.

— Люблю!

Выкрикнула, и сорвалась с места, выскочив из комнаты рыжей молнией.

И я вдруг понял, что тоже несусь по коридору, навстречу ей.

Через секунду я подхватил ее на руки, прижал к себе свою драгоценность и шагнул на терассу, закрывая за собой дверь.

— Соскучилась, — шепнула моя радость и уткнулась носом мне в шею, с шумом втягивая воздух, — очень.

— Мы виделись час назад, — я тихо рассмеялся, прижимая ее к себе крепче.

— Целый час!

Алесия фыркнула, а я опустил голову, ища самые сладкие в мире губы, и, пленяя их, выдохнул то, что моя единственная слышала от меня сотни раз на дню: — люблю тебя, слышишь… как же я тебя люблю!

А она смеялась, повторяя за мной эхом и тянулась, как к источнику, к моим губам.

Хмурое небо грозило дождём, а я все бежала быстрее ветра. Первые капли ударили по спине и дыхание перехватило. Я остановилась, пытаясь понять, куда бежать дальше, но вдруг тихий родной голос полоснул по сердцу и я медленно, не веря своим ушам, обернулась.

— Стой, Алесия. Не беги. Больше нет необходимости. Ты уже пришла.

— Генри… Генри! Это ты…

— Я.

Улыбаясь, брат протянул ко мне руку, коснулся и дождь тотчас прекратился, стало тепло и тихо.