Единственная для эшра
Шрифт:
На одном из надгробий было устроено что-то вроде стола, на котором стояли пластмассовые стаканчики, красновато поблёскивающие в свете свечей. Мне даже думать не хотелось, что в них находится, но волей неволей мысль о крови посещала моё запуганное сознание. Вот я и посмотрю насколько мой суженный цивилизованный хищник. Но Роман с преспокойным видом вытащил, словно из воздуха бутылку колы и предложил нам с Аланом. Алан охотно согласился, а я отказалась: ночи всё ещё были холодные, и пить шипучку совершенно не хотелось. Поразительно, а ведь подобную картинку я как-то нарисовала Марте, когда она
Через какое-то время к нам и, правда, присоединились готы, которые смотрели на нас как на божеств. Правда меня быстро вычислили и отнесли либо к ученикам, либо к еде. С приходом людей вечеринка оживилась, и вампиры стали откровенно прикалываться над фанатеющими готами. Большинство девчонок стало приставать к вампирам с просьбой их хотя бы покусать, но желательно конечно обратить. А я поражалась, с какой лёгкостью они отказываются от столь привлекательного предложения. А одна настырная девица привязалась к Алану, то и дело эротично перед ним извиваясь. М-да, она даже не видит разницы между Аланом и вампирами!
– О, несравненный, возьми меня в свои служанки! Я буду делать все, что ты пожелаешь! Прошу испей моей крови! – завывала несчастная, извиваясь в экстазе.
Алан культурно покашливал в кулак, чуть не срываясь на смех. Роман же периодически откровенно смеялся, не обращая внимания на недоумённые взгляды поклонников. Смеясь, он естественно демонстрировал свои не маленькие клыки, отчего некоторые впечатлительные готички падали в обморок.
Между тем, эта нахалка уже стала буквально висеть на моём женихе! В другой момент я может, и чувствовала себя «не удел», но сейчас единственным моим желанием было повыдергать этой стерве все её чёрные космы! И я, недолго думая, с силой отпихнула рьяную поклонницу от Алана, встав перед ним. Естественно, девахе подобное отношение не понравилось, и она решила выяснить отношения.
– Ты кто такая ваще! – взвизгнула нахалка, уперев руки в бока и демонстративно выпятив немаленькую грудь, которую можно было неплохо рассмотреть в глубоком декольте.
– Не смей больш-ш-ше приближаться к моему парню, – прошипела я, гневно блестя глазами.
– Что?! Да ты посмотри на себя, что он мог в тебе найти! Ни рожи – ни кожи! Он тебя себе на ужин приберёг, а ты уже возомнила о себе! – и эта стерва истерически рассмеялась.
Но я не собиралась терпеть оскорбления и устраивать сражение за парня, тем более, я была на него обижена. Поэтому я лишь пожала плечами.
– А это пусть он сам и решит, – заявила я и отправилась прочь.
– Рина, поджди! – окликнул меня Алан и пошёл за мной.
– Господин, куда же ты, я гораздо лучше неё! – обиженно донеслось ему вслед.
– Рина, ну прости меня, пожалуйста. Ромка обещал, что готов сегодня не будет и обманул! Рина, постой же! – извиняющимся тоном принялся уговаривать меня Алан, догнав меня секунды за две и перегородив мне путь.
– А неплохо вы тут развлекались! – не могла не съехидничать я, – Что же ты покинул столь рьяную поклонницу? Я тебя господином называть не буду!
– И, слава богу! – с явным облегчением воскликнул он.
– Вот только не говори, что все эти дурочки доживут до утра, – с сомнением протянула
я, приподнимая бровь.– Доживут, не волнуйся! Возможно, самые настойчивые отделаются укусом, но живыми и разочарованными уйдут все, – предвкушающее улыбнулся мой персональный недовампир.
– Надеюсь, мы к ним не вернёмся? – решила уточнить я.
– Конечно, там нам делать нечего. Пойдём ко мне домой, а? – И Алан умилительно приподнял брови над жалостливо и просяще смотрящими на меня зелёными глазами.
Перед таким оружием массового поражения я, естественно, устоять не могла:
– Конечно, пойдём, куда же я ещё денусь. Не на улице же до утра бродить!
– И только поэтому? – немного разочарованно спросил Алан.
– Да, я на тебя обиделась. Так что на поцелуи даже не рассчитывай! – И я демонстративно сложила руки на груди.
– За что?! – искренне удивился он.
– За сегодняшний вечер. – Развернувшись, я потопала к тому месту, откуда мы сюда попали, не собираясь более ему ничего объяснять.
***
Давненько я не была у Алана в гостях, поэтому, попивая горячий чай, сидя у него на кухне, вспоминала всё, что со мной здесь приключилось. Да, недурно мы покуралесили. Поскорее бы уже выйти за него замуж и переехать к нему, а то сил больше нет у тётки жить и её нравоучения выслушивать! Но ждать осталось ещё как минимум месяц. Даже Алан пока ещё сам не знает точную дату.
– В какие дали улетела? – неожиданно спросил Алан.
– Я просто вспоминала, что со мной происходило в твоей квартире, и сама себе поражаюсь.
– Это чему же? – приподнял брови Алан.
– Ну, не знаю, своему поведению, всё-таки ты можешь вывести меня из себя.
– Правда, и чем? – Алан придвинулся ко мне поближе, заглянув в глаза, буквально гипнотизируя.
– Вот этим! – взвизгнула я и постаралась отодвинуться, но я и так сидела довольно близко к стене, так что мой манёвр не удался. Естественно без поцелуя не обошлось, хорошо, что Алан быстро взял себя в руки и отодвинулся. Потому что ещё минута, и я за себя бы не отвечала. Боже, о чём я думаю! Краска мгновенно прилила к лицу, и мне стало нестерпимо жарко.
– Знаешь, нам уже пора подавать заявление в ЗАГС, там ведь целый месяц ждать надо… – задумчиво произнёс он.
–Да? А я совсем забыла про это, – вздохнула я.
– А потом мы должны ещё обвенчаться, – напомнил мне Алан.
– А, почему, кстати, нам необходимо венчаться? – Этот момент меня сразу удивил.
– Ну, так как мы из другого мира, то негоже нам в чужом не соблюдать местных традиций. Лучше Бога не злить. Да и души так будут крепче связаны и церемония красивая, – принялся перечислять Алан.
– Но сейчас это как-то не обязательно, – стушевалась я.
– Тебе не хочется венчаться? А как же белая фата, красивая церемония? – завалил меня вопросами удивлённый Алан.
– Да, нет… Просто, меня удивляет, что для вас это важнее чем для людей. А ты получается тоже крещёный в православии? Но имя Алан вроде европейское… Значит, ты крещён другим именем, да? А каким?
– Да, у меня есть православное имя, просто оно ещё более непривычное на слух чем моё обычное, – и Алан на меня так посмотрел, будто говорить его ему не хотелось.