Джонни Депп. Биография
Шрифт:
Куда интереснее любых изобретений сам Вилли Вонка – элегантный, но весьма негостеприимный хозяин. Он не способен думать ни о чем, кроме сладостей – за одним исключением, когда он неожиданно вспоминает о чем-то, что произошло давным-давно и о чем он не хочет говорить. Вонка много лет не выходил из фабрики. Кто он на самом деле и почему посвятил свою жизнь изготовлению сладостей, Чарли остается лишь догадываться.
«Чарли и шоколадная фабрика» понравилась и критикам, и зрителям. Фильм вышел в июле 2005 года.
А тем временем остальные дети демонстрируют свою испорченность. Они настолько поглощены собой, что не способны оценить всю роскошь изобретений Вонки. Один за другим
Когда остается один маленький Чарли, Вилли Вонка раскрывает свой последний секрет – главным призом служат ключи от всей фабрики. Вонка давно не видел собственной семьи, и теперь он понимает, что настало время найти наследника своей сладкой империи, того, кому он может доверить дело своей жизни. Поэтому-то он и придумал этот конкурс, чтобы найти совершенно особенного ребенка. Не ожидал он только одного – того, что его акт безмерной щедрости может принести ему еще более бесценный подарок.
«Чарли и шоколадная фабрика» понравилась и критикам и зрителям. Фильм вышел в июле 2005 года. Кирк Ханикатт из Hollywood Reporter писал, что это «причудливое, волшебное, таинственное путешествие по самой большой шоколадной фабрике мира. Так и чувствуешь восхитительный вкус твердого темного шоколада, который медленно плавится во рту. Какой великолепный подарок от Тима Бертона, который после нескольких неудач предстал перед нами в полном блеске, и его любимого актера Джонни Деппа – истинного воплощения всех необычных задумок режиссера».
«Работа с Тимом – это словно возвращение домой, – говорил он. – Это как разговор на родном языке, который объединяет все твои поступки и мысли», – Джонни Депп.
Джонни не мог не согласиться. «Работа с Тимом – это словно возвращение домой, – говорил он. – Это как разговор на родном языке, который объединяет все твои поступки и мысли. Жить в такой среде очень комфортно». Однако, признается Джонни, и ему не чужды мысли о маленькой мести. Бертон порой позволял себе небольшие проделки, за которые актеру хотелось отплатить. «Если бы можно было вернуться в прошлое, я бы устроил ему кое-что из того, что он устраивал мне. В „Сонной Лощине“, когда камера выключалась, он размазывал кровь по моему лицу и хихикал, как ребенок. У нас было две лошади, и они таскали меня туда-сюда. У них постоянно пучило животы из-за кормежки, а мне приходилось все это терпеть».
Но, как бы то ни было, продолжает актер, «играя любого персонажа, нужно вносить в образ собственное видение. И об этом нужно помнить. Очень полезно порой бывает понять собственную незначительность. Если говорить о Вонке, то Бертону крупно повезло в том, что у него была книга, а не только сценарий. Книга во многом помогла понять характер этого персонажа. Потом я смог обсудить все с Тимом. Мы говорили о наших детских воспоминаниях, о ведущих детских передач и об их странной манере разговаривать с детьми. Когда я читаю сценарий, в моей голове возникают разные образы и идеи, и я всегда все записываю. Прическу я придумал сразу, но увидеть и услышать Вонку смог спустя довольно долгое время. Я строил этого парня кирпичик за кирпичиком. Даже когда мы приступили к съемкам, я почувствовал себя настоящим Вилли Вонкой лишь дней через десять».
«Я проверял голос своего героя на собственной дочери, и ей он вроде бы понравился, поэтому я смело использовал его в фильме. Мои дети смотрели „Чарли и шоколадную фабрику“, и это заставило меня нервничать по-настоящему. Я ужасно боялся, что они захотят домой и скажут: „Нет, папа, не сейчас. Может быть, в другой раз“. Но, вернувшись домой, они буквально сыпали цитатами из фильма».
Поскольку «Чарли» предназначался для детей, Джонни
не боялся использовать те же приемы, что и во время игр со своей шестилетней дочкой Лили Роуз и трехлетним сыном Джеком. А что может быть лучше? «Я проверял голос своего героя на собственной дочери, и ей он вроде бы понравился, поэтому я смело использовал его в фильме. Мои дети смотрели „Чарли и шоколадную фабрику“, и это заставило меня нервничать по-настоящему. Я ужасно боялся, что они захотят домой и скажут: „Нет, папа, не сейчас. Может быть, в другой раз“. Но, вернувшись домой, они буквально сыпали цитатами из фильма».Впрочем, вряд ли дети с тем же удовольствием сыпали бы цитатами из следующего совместного проекта Джонни и Бертона. В свое время Бертон увлекался искусством анимации. И его шедевр «Кошмар перед Рождеством» 1993 года имел огромный успех. Теперь он решил повторить этот опыт и снять «Труп невесты».
«Что мне нравится в кукольной анимации, так это то, что она абсолютно осязаема, – говорит Бертон. – Есть что-то волшебное в возможности физически трогать и перемещать героев в реально существующем мире. Это все равно, что снимать обычный фильм – если делать все на фоне голубого экрана, то создается ощущение погружения в воображаемый кукольный мир.
После "Кошмара перед Рождеством" мне хотелось сделать еще что-нибудь подобное. Мне очень нравится кукольная анимация. Это особая форма искусства. Мой друг Джо Ранфт предложил мне небольшой рассказик, пару абзацев из старой сказки. Я подумал, что это идеально подходит для кукольной анимации. Это было как кастинг, – выбор варианта съемок, который наилучшим образом соответствует материалу. И сочетание получилось удачным».
В свое время Бертон увлекался искусством анимации. И его шедевр «Кошмар перед Рождеством» 1993 года имел огромный успех. Теперь он решил повторить этот опыт и снять «Труп невесты».
Продюсер Элисон Эббейт с самого начала была в восторге от этой идеи. «Это просто замечательно! – говорит она. – Это не та история, которую все видели уже сто раз. Такое мог сделать только Тим Бертон – настолько мрачен юмор и настолько необычны персонажи. А в сценарии мне больше всего понравилось то, что это невероятно прекрасная история». И это правда.
В маленьком мрачном викторианском городке собираются пожениться два застенчивых молодых человека – впрочем, они еще ни разу не встречались. Высокомерные, холодные богачи Нелл и Уильям ван Дорт всегда мечтали войти в высшее общество. Но одного богатства для этого недостаточно. Нужно еще и аристократическое происхождение.
Настоящим старинным аристократам Мэделин и Финису Эверглотам, прямым потомкам герцога Эверглота (о чем они с удовольствием рассказывают каждому, кто соглашается слушать), аристократизма не занимать, но наличных явно не хватает. Фамильное состояние давно растрачено, и теперь у них осталось только имя и социальное положение – и, как выясняется, еще дочь Виктория. Хотя родители никогда не считали ее особо «ценным имуществом», она может оказаться тем средством, которое позволит им снова обрести материальное благополучие: ведь у ван Дортов есть холостой сын, Виктор.
В «Трупе невесты» любопытно то, что Джонни и Бертон работали над мультфильмом одновременно со съемками «Чарли и шоколадной фабрики». Отснявшись с утра в роли Вонки, Джонни бежал на студию звукозаписи и озвучивал Виктора. При этом на обсуждение любых вопросов с Бертоном у него было не более пятнадцати минут.
Эверглоты готовы смирить свое высокомерие и выдать Викторию за сына ужасных ван Дортов – хоть они и нувориши. Сделка заключена, и обе семьи пребывают в восторге от предстоящего бракосочетания… за исключением жениха и невесты. Но все знают, что брак вовсе необязательно связан с любовью – достаточно лишь спросить Мэделин и Финиса.