Чтение онлайн

И только вечером, когда я устало плюхнулась на стул перед небольшим полированным зеркалом из тонкой серебряной пластины, смогла выдохнуть.

Госпожа Энрика Габассо оказалась не менее деятельной, чем мадам Бернар! Даже, возможно, в несколько раз энергичнее. И ещё в процессе общения у меня закралось подозрение, что эти две женщины как-то связаны между собой, не просто дружескими узами, но и родственными. И не только потому, что были похожи внешне, но и обладали одинаковыми чертами характера. Загадка, которую отчего-то хотелось разгадать, может, когда-нибудь, я и узнаю правду.

Выдохнув, вгляделась в

своё отражение. На меня посмотрела я и одновременно совсем другая девушка. Разве что глаза остались такими же синими, как океан.

Волосы приобрели черничный оттенок, мадам Габассо укоротила их на две ладони, буквально чуть ниже плеч. Брови стали шире, благодаря конскому волосу и клею из рыбьих костей, который на рынке раздобыла Энрика. Пришлось повозиться, прежде чем удалось наклеить каждый волосок на положенное ему место, но результат однозначно того стоил! Всё же брови – важная часть внешности любой женщины. Был вариант выщипать до тонкой ниточки он проще и быстрее, но я решила поступить иначе, мы ведь не ищем лёгких путей. Завтра утром я наложу макияж, так, чтобы стать более румяной в щеках, добавлю немного теней на веки, и бойкая кухарка готова штурмовать дом благородного маркиза!

От этой мысли пробило на нервный смех и я, откинувшись на кровать тихо захихикала. Что же, осталось прожить оставшиеся четыре месяца в согласии с собой и не светиться лишний раз. И найти возможность подпольно зарабатывать деньги. А их мне понадобится очень много! Я хочу быть во всеоружии, когда встречусь с Луизой и её прихвостнями в следующий раз!

Дом маркиза ла Эрвье внушал уважение: здание из светло-серого камня в два этажа с широкими крыльями и шикарнейшим парком перед ним вводил меня в недоумение – он ведь там живёт один! Но статус и привычки, заложенные с рождения, предполагали неумеренный аппетит и любовь ко всему масштабному.

Я, поправив простую тёмную лёгкую шляпку, прошла к кованым даже на вид тяжёлым воротам. Путь мне преградил усатый дяденька-привратник.

– Доброго дня, мисс, – оценив мою одежду, быстро сориентировался мужчина, – вы по какому-то вопросу? Или к кому-то конкретно?

– Да, мне назначена встреча с господином Шейни, – кивнула я, вежливо улыбнувшись. – Я ваша новая кухарка.

– Ах, да! Точно, меня вчерась предупредили, что придёт повариха, но я не думал, что она будет настолько молодой! – и лихо подкрутил ус кверху, но тот тут же опять вяло повис.

– Благодарю, – ответила я, стараясь быть как можно спокойнее и не рассмеяться, глядя, как охранник выкатил грудь колесом, пытаясь произвести на меня впечатление. Сейчас меня бы даже родная мать не узнала: грудь на два размера больше, брови широкие, впечатляющие, щёки румяные, налитые, красота! На свою плотную сорочку я пришила кармашки, в которые засунула смятую мягкую ткань, чтобы стать пышнее формами. И теперь перед охранником стояла пышногрудая красотка, вот он и распушил павлиний хвост. Мужчина действовал наверняка, с дальним прицелом: если он вдруг мне понравится, так я, как кухарка, стану кормить его вкуснее и не пожалею добавки.

– Мисс…

– Дженни Шармон, – представилась я.

– Мисс Шармон, а меня звать Поль, – и ещё раз потрогал свои тараканьи усищи, – прошу, проходите, по дороге прямо, не

сворачивая, до главного входа, там в дверь постучите, вас встретит дворецкий, такой чопорный и словно неживой мистер Берау, вот ему всё обскажете что надо, он отведёт вас к господину Шейни.

Ещё раз поблагодарив мужчину, прошла в ворота, которые для меня услужливо приоткрыл улыбающийся Поль. Переложив свой потяжелевший саквояж из одной руки в другую, потопала в указанном направлении, с любопытством осматриваясь.

В парке ходили люди, двое из них точно были садовниками, поскольку усердно подстригали и так идеальной формы кусты, несколько человек, наверное, являлись дворниками – мели чистые дорожки. Снова имитация бурной деятельности во всей своей красе. Вот зачем столько нахлебников держать? Мне этого не понять, но, кажется, привыкнуть к такому положению вещей всё же придётся. Хотя, если быть честным, и в моём родном мире такого хватало: те же офисные работники, гоняющие чаи все трудовые часы и перекладывающие бумажки из одной стопки в другую.

Крутила головой и радовалась такой обильной зелени вокруг, как же хорошо жить в мире без машин! Душа поёт, сердце радуется! Чисто, красиво, люди живут в согласии с природой, по большей части тут, конечно, топили камины и жгли костры, но всё это не в таких масштабах, как если бы стояли станции и заводы что-то производящие. Ручной труд пока не заменили машины, продукты вкусные, натуральные, животных не пичкают разными таблетками, овощи не поливают всякими пестицидами и иными химикатами, способствующие росту и плодовитости растений.

Я задумалась, но стук копыт всё же уловила и успела вовремя отскочить к обочине, но, как это в последнее время у меня бывает, нога наткнулась на кочку, ступню подвернуло и я, вскрикнув от неожиданности, взметнув руки вверх, полетела в одну сторону, а саквояж в другую.

Встреча с землёй была не такой и неприятной, просто обидной, ну вот как так-то? Новое место работы, а я валяюсь сызнова где-то в траве и изучаю облака, лениво плывущие по синему небу.

– Мадам! – надо мной склонилось лицо молодого мужчины.

– Да? – буднично поинтересовалась я.

– С вами всё в порядке? Вы не ушиблись? Позвольте помочь вам подняться? – незнакомец галантно протянул ко мне руку, и я тут же ухватилась за крепкую ухоженную ладонь. – Прошу прощения, что напугал вас, мисс.

– Я сама виновата, – покачала головой, отряхивая подол платья от налипших травинок. – Не беспокойтесь, ушибов нет, со мной всё в порядке.

– Тогда успешно вам достигнуть особняка, – губы парня едва заметно дрогнули в улыбке, а я, наконец-то смогла тщательнее рассмотреть неожиданного собеседника.

Красивый блондин с глубокими серыми глазами, среднего роста, с поджарой фигурой: широкоплечий с узкими бёдрами и длинными, сильными ногами.

– Ваш саквояж, – мужчина успел поднять мой многострадальный, потрепанный, знавший лучшие времена, чемоданчик и галантно протянул его мне. При этом его глаза не отрывались от моих внушительных соболиных бровей. И ещё он нет-нет, но скользил взором по моей не менее пышной груди. Ахаха! Вот этого эффекта я и добивалась, чтобы, когда на меня кто-то смотрит, собеседник не видел главного, чтобы его внимание было полностью сосредоточено вот на этих специально"выпяченных" достоинствах.