Джагарнак. Часть 1
Шрифт:
Дигран немного отстал от своего спутника: ему явно не нравилась навязанная роль. Тяжелый взгляд великана не обещал Чжарре ничего хорошего. «Я еще доберусь до твоей глотки, как только освобожу Тариэля» — читалось в этом взгляде. Для бывшего координатора не было секретом, о чем думал Дигран, но он не оглядывался, демонстрируя то ли крепость нервов, то ли уверенность в своих силах.
Как только посетители сели за стол, слуга отвесил торопливый поклон, пряча серые глаза, и выскользнул из-за ширмы. Чжарра тут же нагнулся к Диграну и сказал всего одно слово:
— Приготовься.
В ответ Дигран зло блеснул глазами и
В том месте, где они оказались, царила непроглядная тьма. По крайней мере, так казалось в первые мгновения. Чжарра прекрасно видел в темноте, так что от него не укрылось движение Диграна: великан молниеносным движением извлек двуствольный пистолет.
— Не делай глупостей! — злым шепотом предостерег его Чжарра. — Эта штука тебе здесь не поможет.
Дигран скрипнул зубами и направил оружие на голос непрошеного командира.
— Я тебя предупредил, — пожал плечами Чжарра. — Хозяевам вряд ли понравится такое поведение.
Тем временем глаза Диграна привыкли к темноте (немного быстрее, чем это полагалось человеку), и он стал различать детали обстановки. Впрочем, этих самых деталей было не слишком много: голые стены, стол, стулья и невозмутимый демон в человеческом обличье. Затем Дигран обнаружил, что в низком потолке есть несколько небольших отверстий. Что-то там чувствовалось… Дыхание? Взгляд? Дигран поднял пистолет и направил его на одну из темных дыр. В тот же момент яркий свет залил тесное помещение, заставив человека болезненно сощурится. Рука Диграна непроизвольно дернулась, и он едва удержался от выстрела.
— А ну брось свою игрушку, — негромкий голос шел со всех сторон, казалось, что разговаривают сами стены. — С оружием сюда не ходят.
Дигран вновь перевел ствол на Чжарру. Демон пожал плечами и промолчал. Человек помедлил и нарочито медленно положил пистолет на стол, обвел глазами тесную каморку. Источника света не было видно: казалось, что светится сам воздух. Со всех сторон был только голый камень, без каких-либо деталей. Даже та стена, за которой должен был находиться зал трактира, ничем не отличалась от других: ни одна щелочка не пересекала гладкую серую поверхность.
— Всё оружие на стол, — приказал тот же голос.
Дигран нехотя подчинился. Пара ножей, десяток метательных звездочек, удавка, кастет, отравленные иглы и духовая трубочка покинули места постоянной дислокации и украсили щербатую столешницу.
— Я же сказал — ВСЁ оружие, — холодно повторил голос. — Колдовские штучки тоже.
Похоже, что неизвестный наблюдатель хорошо чувствовал магию. Дигран не спеша вынул из уха жемчужную серьгу и добавил ее к остальной коллекции убийственных штучек. Что это был за талисман? А боги его знают. Спросите у немого великана сами… как-нибудь при случае.
…в тот же миг все эти предметы исчезли со стола, словно их и не было. Только легкое движение воздуха свидетельствовало о некоем действии, произведенном неизвестным колдуном.
Некоторое время ничего не происходило, затем голос произнес:
— Вы можете войти.
В тот же миг одна из стен дрогнула и с тихим шелестом, словно клинок, покидающий ножны,
ушла в сторону. Открылась обширная комната, обставленная мебелью из черного дерева. Центральное место занимал массивный стол, за которым восседал некий субъект с внушительным носом и пронзительными серыми глазками.Дигран издал негромкий смешок: неужели здесь всех подбирают по цвету глаз? По крайней мере эта несвоевременная мысль несколько разрядила нервное напряжение, в котором великан пребывал последнее время.
Чжарра и Дигран одновременно встали, подошли к столу хозяина и опустились в низкие мягкие кресла, поджидающие посетителей.
Сероглазый мельком глянул на Чжарру, а вот его спутника рассматривал гораздо внимательнее. Дигран чувствовал себя очень и очень неуютно. Нехорошее предчувствие пробудилось в душе молчаливого великана: он был уверен, что никогда не видел этого человека, а вот незнакомец, похоже, знал его. Наконец Мазрак (или как там его на самом деле?) прекратил изучать физиономию Диграна и обратился к его спутнику:
— С чем пожаловал, Гаржун Ришшад?
Голос хозяина совершенно не соответствовал его внешности: богатый и сочный баритон подходил для певца или священнослужителя, но никак не авторитета криминального сообщества. Голос напоминал о жареном молочном ухрюке и о молодом виноградном вине, что так легко пьется и так же легко кружит голову. Он напоминал о песнях, которые сами просятся наружу у захмелевших мужчин. Но звучали в этом голосе и металлические нотки, напоминая, что за заурядной внешностью может скрываться не простой любитель выпить и закусить, а опасный и умный зверь, готовый разорвать вас в клочья, если это будет необходимо.
— Да вот, решил навестить старого друга, — усмехнулся тот, кого назвали Гаржуном Ришшадом. — Жаль, что его нет дома.
— Господина Барбака действительно нет дома, — подтвердил Мазрак. — Но вряд ли он считает тебя старым другом. Друзья всегда выполняют свои обязательства. Друзья не находят себе новых компаньонов и не забывают старых товарищей.
— Я хотел извиниться перед Барбаком за некоторые маленькие недоразумения, возникшие между нами в прошлом, и принес кое-что в подтверждение искренности моих намерений.
С этими словами Чжарра, он Гаржун Ришшад (быть может, у него есть и другие имена?) полез во внутренний карман баата. Дигран ощутил какое-то движение позади себя, насторожился, чуть повернул голову. Из затененных углов комнаты бесшумно выступили две темные фигуры: вороненая сталь хищно нацелилась на подозрительных гостей. Держались охранники профессионально: пока до них доберешься, тебя раз восемь убьют и закопают. Впрочем, учитывая недавний фокус с перемещающимся столиком, закопать неугодных могли и другими способами. Дигран был почти уверен, что под ногой или под рукой у Мазрака имеется кнопка, которая приводит в действие защитный механизм.
Однако, охрана у здешнего хозяина слишком уж хороша…
Чжарра извлек на свет нечто искристое, играющее всеми цветами радуги и положил это на стол перед Мазраком. Хозяин удивлено вскинул брови, но брать в руки и рассматривать удивительную вещь не стал.
— Сорок камешков по четыре карата и восемь — по восемь, — пояснил Чжарра. — Я думаю, что это поможет преодолеть недопонимание между нами.
Мазрак оторвал взгляд от бриллиантового чуда, уставился на Чжарру непроницаемыми серыми глазами.