Чтение онлайн

– Он когда-нибудь это с вами обсуждал?

Пандора невесело улыбнулась.

– Нет, Тео никогда ничего не обсуждал ни со мной, ни с Кассандрой, ни с Хелен. Моя семья совсем не была похожа на вашу. Мы как... – Она запнулась, задумавшись. – Ну, я как-то раз кое о чём прочитала...

– Расскажите мне, – мягко сказал Габриэль.

– В книге об астрономии говорилось, что на самом деле в большинстве созвездий звёзды не связаны между собой. Так только кажется. Они смотрят на нас так, будто они находятся близко друг от друга, но некоторые из них вообще существуют в другой части галактики. Так же и моя семья. Казалось,

мы принадлежим к одному семейству, но на самом деле были очень далеки друг от друга. За исключением меня и Кассандры, конечно.

– А леди Хелен?

– Она всегда была очень любящей и доброй, но жила в своём собственном мире. Вообще-то, теперь мы намного ближе. – Пандора замолчала, пристально глядя на него и раздумывая над тем, что она может часами пытаться описать свою семью и так и не передать о ней всей сути. То, как любовь родителей напоминала войну. Блистательную красоту её недосягаемой матери, которая часто пропадала в Лондоне. Характер отца, с его непредсказуемой смесью жестокости и равнодушия. Хелен, которая являлась им лишь изредка, словно странствующее привидение, и Тео с его редкими проявлениями ни к чему не обязывающей доброты.

– Вы вели очень уединённый образ жизни в Приорате Эверсби, – заметил Габриэль.

Пандора рассеянно кивнула.

– Я раньше фантазировала о том, что значит вращаться в обществе. Иметь сотни друзей, ходить повсюду и видеть разнообразные вещи. Но если вы прожили в уединении достаточно долго, оно становится частью вас. А когда вы пытаетесь изменить себя, это всё равно что смотреть на солнце. Долго вы это не выдержите.

– Всего лишь вопрос практики, – ласково сказал Габриэль.

Они разыграли первую партию, в которой Пандора одержала победу, и следующую, где она проиграла Габриэлю. Добродушно его поздравив, она спросила:

– Остановимся сейчас и засчитаем ничью?

Он приподнял брови.

– Победителя не будет?

– Я играю лучше, – любезно ответила ему Пандора. – Я пытаюсь избавить вас от неизбежного поражения.

Габриэль ухмыльнулся.

– Я настаиваю на третьем коне, – он пододвинул к ней колоду. – Ваша очередь сдавать. – Пока Пандора перетасовывала карты, он откинулся на спинку стула и отвлечённо её разглядывал. – Сделаем игру интереснее, заставив проигравшего расплатиться?

– Каким образом?

– Решать победителю.

Пандора прикусила нижнюю губу, обдумывая возможности и озорно улыбнулась.

– Вы действительно настолько плохо поёте, как говорили?

– Моё пение оскорбляет даже воздух.

– Тогда, если я выиграю, вы споёте "Боже, храни Королеву" посреди приёмного холла.

– Где будет раздаваться безжалостное эхо? – Габриэль в шутку кинул на неё встревоженный взгляд. – Боже. Я понятия не имел, насколько вы беспощадны.

– Пират, – с сожалением напомнила ему Пандора и начала сдавать.

Габриэль поднял свои карты.

– Я не собирался предлагать вам ничего сложного в случае вашего проигрыша, но теперь вижу, что придётся придумать что-то более суровое.

– Ни в чём себе не отказывайте, – весело отозвалась Пандора. – Я уже привыкла выглядеть глупо. Ничего из того, что вы предложите меня не затруднит сделать.

Но, как и следовало ожидать, это оказалось неправдой.

Габриэль медленно поднял глаза от карт, они были такими ясными, что её затылок начало покалывать.

–

Если я выиграю, – тихо сказал он, – вы встретитесь со мной здесь в полпервого ночи. Наедине.

Разнервничавшись, Пандора спросила:

– Для чего?

– У нас будет полуночное рандеву.

Она непонимающе на него посмотрела.

– Я подумал, что, возможно, вам захочется сходить на ваше собственное, – добавил он.

В её потрясённом разуме всплыли воспоминания о той ночи их первой встречи, когда они спорили из-за свидания Долли с мистером Хэйхёрстом. Кровь прилила к щекам Пандоры. Он был таким милым, она чувствовала себя с ним так комфортно, а теперь Габриэль сделал предложение, которое любая порядочная женщина сочтёт оскорбительным.

– Предполагается, что вы должны вести себя, как джентльмен, – резко прошептала она.

Габриэль попытался выглядеть раскаивающимся, но не преуспел в этом.

– У меня случаются промахи.

– Вы не можете думать, что я на это соглашусь.

К её раздражению, он посмотрел на Пандору, словно она была невинна, как только что снесённое яйцо.

– Я понимаю.

Её глаза сузились.

– Что вы понимаете?

– Вы боитесь.

– Я не боюсь! – Собрав в себе всё чувство собственного достоинства, она добавила: – Но я бы предпочла что-нибудь другое.

– Нет.

Её недоверчивый взгляд метнулся на него, в ней вспыхнул темперамент Рэвенелов, словно только что перемешанные угли.

– Я очень старалась вас невзлюбить, – мрачно сказала она. – Наконец-то, у меня это получилось.

– Если хотите, можете отказаться от игры, – безразлично проговорил Габриэль. – Но если решитесь сыграть и проиграете, то придётся вам сделать именно это. – Он сидел, откинувшись на стуле, и наблюдал за тем, как она изо всех сил пыталась взять себя в руки.

Зачем он бросал ей подобный вызов? И почему она колебалась?

Какой-то безумный порыв удержал её от отказа. Какая-то бессмыслица. Она сама себя не понимала. Пандору переполняли запутанные чувства: смесь ужаса и очарования. Посмотрев на Габриэля, она заметила, что, хотя он выглядел расслабленным, его взгляд оставался напряжённым и отмечал каждое изменение в её реакции. Каким-то образом он знал, что ей будет трудно ему отказать.

Комнату заполняли отголоски разговоров, музыки, смеха, звон чашек и блюдец, хрустальных графинов и бокалов, шелест карт за соседним столом, где играли в вист, тактичное бормотание слуг, джентльменов, заходящих обратно в помещение, выкурив сигару на балконе. Она находила практически невероятным то, что они и с Габриэлем обсуждали нечто настолько возмутительное посреди респектабельного семейного сбора.

Да. Ей было страшно. Они играли очень по-взрослому, с реальными рисками и последствиями.

Выглянув в панорамное окно, Пандора заметила, что на балконе стало пустынно и сумрачно, с соседнего мыса опускалась ночь.

– Мы можем выйти на минутку? – тихо спросила она.

Габриэль встал и помог ей подняться со стула.

Они вышли на крытый балкон, который тянулся по всей длине главной части дома, по бокам его обрамляли решётки и вьющиеся розы. По молчаливому согласию, они отошли, как можно дальше от окон семейной гостиной. Западный ветерок доносил звуки прибоя и крики странствующих морских птиц, развеивая последние отголоски едкого табачного дыма.