Двуединый. Книга 2
Шрифт:
— Итак, сын. — Начал он, глядя мне в глаза. — Я допускаю, что ты имел веские причины поступить так, как поступил. И сейчас хочу их услышать.
— Хорошо. — Я задумчиво побарабанил пальцами по столешнице. — Во-первых, мне не слишком понятно, как управлять женщинами. Тем более, имеющими более высокий социальный статус. А давать возможность Ла Лидии крутить собой я не намерен. Во-вторых, мне нравится Сильвия.
— И поэтому ты хочешь отказаться от свадьбы и родства с императорской семьей? — Отец дернул щекой, демонстрируя свое неудовольствие.
— Отказаться? Ни в коем случае. Я всего лишь демонстрирую, кто будет главным в нашей
— Считаешь себя настолько могущественным, чтобы диктовать условия главе государства?
— Считаю себя достаточно независимым, чтобы не жениться по первому его слову.
— Мальчишка! — Отец как-то умудрился рявкнуть, не повышая голоса. — Играешь в свои дурацкие игры, в то время как семья взяла на себя целый ряд обязательств, связанных с твоей свадьбой.
— А я просил? — Мой голос был полной противоположностью отцовского — спокойный и холодный. — Земли Риттершанцы отдают без вашей помощи. О свадьбе с Ла Лидией я разговаривал лично с Давидом. Какое мне дело до обязательств, которые вы сами взвалили на себя, да еще и не ставя меня в известность?
— Все это делалось ради твоего будущего.
— Какая удобная позиция. Можно делать какие угодно глупости, а, попав в неудобное положение, обвинить Абеля. Так как все делалось ради его будущего. Я готов отвечать только за те обязательства, которые взял на себя сам.
— Не припоминаю, чтобы во время нашей последней встречи ты возражал против свадьбы.
— Против свадьбы я и сейчас не возражаю. А вот против всего остального…
— Более поздних претензий от тебя тоже не поступало.
— Я должен сообщать тебе лично о каждой мелочи? Неужели семья перестала поставлять информацию? Ты не знаешь, что я не в восторге от попыток Ивейны ограничить мой круг общения? Не в курсе того, каких людей подбирает бабушка Клара и что они творят в моем доме? Ни разу не слышал о том, как я каждую неделю пытаюсь донести до матери, что не нуждаюсь в нанятых ее людях? Про дядю Теодора, так и не выславшего мне регламент свадьбы, уже даже упоминать не стоит — слишком мелко.
— Насколько мне известно, регламент тебе высылался.
— Ты имеешь в виду инструкцию с аналогичным названием, в которой расписано, где я должен находиться в каждый момент времени? Она да, высылалась. А настоящий регламент свадьбы нет, несмотря на мою просьбу. Зато я получил прекрасное письмо от дяди Теодора, в котором говорится, что полный регламент слишком длинный и сложный, так что мне не стоит забивать им себе голову. Тебе это письмецо подарить на память?
— Не надо. — Мне показалось или отец действительно скрипнул зубами? — Я все услышал. Но хочу напомнить, что ты пока еще часть семьи. И за каждый твой поступок придется отвечать, в том числе, и семье.
— Я всегда готов отвечать за свои поступки. Но именно за свои. Если у Давида или императора будут вопросы по поводу моей женитьбы — добро пожаловать. Насчет данных вами в обход меня обещаний — разбирайтесь сами.
— Ты понимаешь, что это значит, сын? Если нам не удастся договориться с императором, то я буду вынужден изгнать тебя из семьи. Ради сохранения лица.
— Да пожалуйста. Я бы прокричал что-то вроде "Й-е-е-х-у-у! Наконец то они от меня отстанут!", но подобное выражение эмоций не соответствует моменту. — Я сумел сохранить голос таким же равнодушно-холодным, как и раньше. На самом деле, именно сейчас лишение фамилии
меня категорически не устраивало, так как я небезосновательно полагал, что Соколу наследник Гнецев значительно нужнее простого курсанта Абеля. Пусть даже и невероятно перспективного.— Мне кажется, ты не осознаешь серьезности ситуации.
— А мне кажется, что ты упорно отказываешь своему сыну в праве считаться разумным. Все я осознаю.
— Да? Даже то, что тебе в одиночку придется противостоять Риттершанцам, желающим отомстить за оскорбление одной из них?
— У меня есть несколько вариантов решения своих проблем. Но для начала озвучу самый простой. Сразу после изгнания я смиренно попрошу императора принять меня в семью. Как думаешь, ему пригодится безродный Ла, владеющий рудниками Вельской области? Так что, пап, ты уж постарайся замять нынешний скандальчик. Потеря и рудников и наследника, тем более такая, не пойдет на пользу семейной репутации.
— Мы обсудим вопрос твоей принадлежности к фамилии Гнец позже. После переговоров с императором.
Глава 20
Ла Марианна Гнец
Женщина вышла из спальни, позевывая на ходу. Ее муж сидел на том же самом месте, что и накануне вечером. И судя по тому, что открытая на середине книга была совсем не той, которую она видела в его руках в последний раз, спать юноша не ложился. Хотя Мари и приглашала. Ну как, приглашала? Намекнула, что двуспальная кровать достаточно широка, и для нетребовательного мужчины может найтись немного места — на краешке. Не пошел. Дуется.
— Доброе утро. — Женщина уселась напротив мужа.
— Угу, — отозвался тот, не отрываясь от чтения.
— Неужели книга настолько интереснее молодой жены? — поддела его Мари.
— Угу.
Судя по немного изменившемуся тону, вопрос он расслышал и понял. Просто решил попытаться задеть ее. Но взрослая женщина лишь хмыкнула в ответ на детский выпад.
— Не спал? — Она резко сменила тему.
— Нет.
— Почему?
— Здесь всего одна спальня. А делить с тобой постель ниже моего достоинства.
— Диван вроде никто на ночь не убирал. — Марианна чуть качнула головой, указывая на упомянутый предмет мебели.
— Здесь снует слишком много слуг. Не собираюсь давать им повод считать меня изгнанным из постели супруги.
— Беспокоишься о своем моральном облике?
— Хотя бы один из нас должен о нем беспокоиться.
Марианна снова хмыкнула. Растет мальчик. Уже огрызается, а всего три месяца назад только глазками хлопал и зубками скрипел.
— Лучше бы побеспокоился об облике физическом. Мешки под глазами не красят будущую элиту вооруженных сил империи.
— У меня нет мешков под глазами.
— Ты уверен? — ласково спросила Мари. — В зеркало давно смотрелся?
— Вечером, — хмуро буркнул Крис. — Но убеждаться в твоей неправоте не побегу. Я достаточно спал вчера перед вылетом, чтобы бессонная ночь не могла сказаться на моем внешнем виде.
— Ты спишь днем? — Женщина приподняла правую бровь. — А почему не ночью? Может, мне тоже стоит начинать беспокоиться о твоем моральном облике?
— Не приписывай мне своих слабостей. Я всего лишь заранее предположил, что здесь будет только одна спальня. — Кристофер наконец оторвал взгляд от книги и посмотрел на жену. — Ты хочешь от меня чего-то конкретного или просто больше не над кем насмехаться?