Душные бандиты
Шрифт:
— А где же? — оглянулся Алексеев. — У меня часов нет, станций тоже, похоже на то, не предвидится…
— А вы туда, туда загляните! — подсказала Мария Даниловна, кивая в сторону кабины машиниста. — Только — тсс! — Она прижала палец к губам, затем, отвернувшись, принялась за работу.
«Хм… Странно…» — покачал головой Алексеев и неуверенно направился вперед. По мере приближения слышалось все более громкое тиканье. «Ага! — обрадовался он. — Не знаю, как насчет машиниста, а часы-то там точно есть!» Он распахнул на себя дверь…
…Огромный крокодил, развернувшись, смотрел прямо ему
Застрявший в горле крокодила большой круглый будильник вдруг резко и громко зазвонил… Алексеев вздрогнул вновь — крокодил, захлопнув рот, уже встал и надвигался на опера, возвышаясь огромной махиной своего тела… Петруха хотел было бежать, осознав, что ничего иного ему и не остается, но с противоположной стороны к нему двигалась Сухова, угрожающе размахивая обеими выломанными металлическими палками…
— Нужно всегда быть в хорошей форме! — качая головой, злобно усмехнулась Мария Даниловна. — Вот вы, Петечка, разве в хорошей форме?
Алексеев задумался и в недоумении окинул себя взглядом. Обнаружил он удивительные вещи: мало того, что был он в штатском, это было бы еще полбеды, — одет он был отчего-то в короткий купальный халат и резиновые тапочки. Почувствовав себя более чем неуютно, он растерянно переступил голыми, несколько нестройными и чуть мохнатыми ногами, ощущая, что зверски замерзает…
— Вот видите, молодой человек! — торжествующе продолжала добивать его пожилая женщина. — Ай-ай-ай! Фи! Какой дурной вкус! Вот, взгляните на меня — я всегда в хорошей форме, хотя даже не догадываюсь об этом! А не догадываться — это и есть лучшая форма!
Слегка повернув голову, Петруха заметил, что крокодил, уверенно кивавший в течение всей этой тирады, принялся медленно распахивать широкую пасть…
— А оттуда, улыбаясь, вылезает Бармалей! Сюрприз, сюрприз! — весело закричал выпрыгнувший из недр крокодила Бармалей с лицом инспектора Маркина.
— На абордаж! Все на одного! — размахивая наганом и кривой саблей, воззвал Маркин, и кольцо врагов вокруг Алексеева начало сужаться… Он метался, будто затравленный зверь… Все громче звонил будильник, не переставая оглушительно тикать…
Карман халата неожиданно стал тяжелеть… Петруха сунул в него руку и, к великой своей радости, обнаружил там оружие.
Оперуполномоченный Алексеев выхватил пистолет… Бух!!! Бах!!!..
…Он открыл глаза. Телефон заливался трелями. Потянувшись к аппарату, опер заметил валяющийся на полу будильник…
— Алло! — рявкнул он.
— Мужик, ты че? А Маринка где?
— Какая еще Маринка? — сердитый спросонья, гаркнул он.
— Обыкновенная! Гы! А то не знаешь! Ну позови, не будь падлой! И че ты у ней ваще делаешь?
Петруха бросил трубку, разозлившись на такое дурацкое начало дня. Было уже достаточно поздно, о чем можно было узнать, взглянув на бодро тикающий на полу
будильник, давно свое отзвонивший.Опер вздохнул и полез в шкаф за припасенной бутылкой кагора.
— Вот так-то, Мария Даниловна, — покачал головой Петруха, выпив принесенного им вина. — И что-то вы там еще говорили… Много всего, я уж точно и не припомню… И вообще, действие — почище Спилберга! А крюк этот ну просто врезался в память намертво!.. Как лихо вы им трясли! Н-да… Еле ведь ушел… Или не ушел? Уже не сообразить… Чем же все кончилось?.. Вам налить?
— Спасибо, Петруша, я попозже… Как-то, знаете ли, с утра… Не в моих правилах… — Мария Даниловна сидела за столом в своей комнате, подперев голову рукой с самыми прозаическими пальцами, и кивала в продолжение всей истории.
— Что же за чертовщина с этими снами! — воскликнул опер, вновь наполнив себе рюмку. — Бред полный! А вот засядет в голову и мурыжит потом целый день…
— Ну наконец-то! — обрадовалась Сухова. — А я вам что говорила? А вы все не верили! Нет, сновидения игнорировать нельзя! Это скрытая информация, она нам не зря посылается! Важно только научиться читать ее! Просто мы пока неспособны…
— Да какая информация! — отмахнулся Петруха. — Ну что, по-вашему, может означать крокодил, проглотивший часы? Что у человечества не осталось времени, поскольку движется угроза с Востока? Или с Юга — оттуда, где крокодилы живут?
— А что, не исключено, — хозяйка, задумавшись, почесала голову.
— Да ладно! — поморщился опер. — Ничего это не означает, кроме того, что я иногда племянникам книжки читаю, Питера Пэна, к примеру! Или то, что вы на меня бросились, будто черепашка-ниндзя, размахивая палками! Прикажете ждать от вас подвоха?
— Приказать не прикажу, — потупилась Мария Даниловна, — но, знаете ли, я теперь как-то странно себя все время чувствую… Не то к психиатру пора обращаться, не то к гадалке… Я вон даже газетки отложила, схожу, быть может, к колдуну какому-нибудь…
— Что вы! — ужаснулся Алексеев. — Ни в коем случае! Это же вы себе только навредите! Все эти экстрасенсы, маги — они же бесовской силой могущественны!
— Ну, не знаю, — позволила себе не согласиться пенсионерка Сухова. — Это ваша субъективная точка зрения. Я вот почти уверена, что меня сглазили! Сами посудите, на полчаса, можно сказать, домой заглянула, то да се захватить, лампочку опять же… А Семеновна на меня уставилась — чуть дырку глазами в спине не просверлила! Сглазила, не иначе! А мне-то какие сны снятся! Еще почище ваших! С ума можно сойти! — невесело закончила она, вдруг сообразив, что последнее восклицание гораздо ближе к реальности, чем ей бы того хотелось…
— Хрен с ними, со снами, извините за выражение! — промолвил опер, опустошив и снова наполнив небольшую рюмку.
— Нет уж, позвольте! — возмутилась собеседница. — Вы мне свой сон рассказали — теперь так просто не отделаетесь, придется и мой выслушать! Как же иначе?
— Ну давайте, — согласился Петруха и приготовился скучать.
— Ну, в общем… Вам как, все сны последних дней или только сегодняшний?
— Сегодняшний! — в ужасе вскричал Петруха и демонстративно посмотрел на часы.