Души в клочья
Шрифт:
У меня же душа была не на месте. Высшие — маги. Заживление любых ран для них — элементарное дело. Как так вышло, что принц, будучи раненным, не активировал регенерацию? И что вообще произошло там, у границы?
— А теперь все собрались в главном приёмном зале. Обсуждают успех поездки нашего принца и что-то там, связанное с перемирием с Фракией.
Я услышала щебетание служанки.
— Я иду туда. — Я поднялась с места и хотела уже выйти в коридор, но, бросив мимолётный взгляд на себя в зеркало, остолбенела.
На шее до сих пор виднелись уже заживающие синяки. Те,
Наспех накинула первый попавшийся под руку платок и заторопилась вниз по лестнице. Сердце колотилось как ненормальное. Живой. Мой сказочник.
Двери в зал были открыты, поэтому я как можно незаметнее проскользнула внутрь. Стараясь ничем не выдать своего присутствия, спряталась за одной из колонн и стала рассматривать присутствующих. А народа здесь было много: правитель с супругой восседали на небольшом пьедестале в дальнем конце зала, целая толпа придворных-диалов и даже несколько дам, Филипп и… братья-дикейцы.
Стоило мне увидеть Люция, как сердце пропустило удар. Выглядел он и правда неважно: бледный, под глазами синяки, из-под камзола виднеются бинты, стоит неуверенно, но взгляд решительный. Будто ищет кого-то среди присутствующих.
«Стоит ли надеяться, что меня?» — промелькнула шальная мысль, но я тут же отогнала её прочь.
Свекровь сидела ни жива ни мертва. То и дело поджимала губы, будто очень злилась на что-то, и переводила взгляд с сына на Люция и обратно. Супруг тоже не выглядел счастливым и по виду напоминал каменное изваяние. Сложно было угадать, о чём он думал.
— Должен признать, что, когда вы предложили свою помощь, я был очень рад, но особых надежд не питал. Теперь же, имея на руках договор о мирном сосуществовании от Фракии сроком на двадцать лет, я стал иначе смотреть на менталистов. Люций… — обратился правитель к наследному принцу Дикеи. — Спасибо тебе, мой мальчик. Проси что угодно. Если это в моих силах, я непременно исполню твоё желание.
Алмор-старший не без усилий поклонился Его Величеству.
— Благодарю. У меня действительно есть просьба, но она личного характера, поэтому озвучить её я хотел бы вам лично при закрытых дверях. — Голос его был слабым, и я плохо слышала, что он сказал дальше.
Нужно подойти поближе. Меня словно магнитом тянуло к диалу. К тому, на кого я даже смотреть не имела права, после того что натворила. Мало того что чужая жена, так ещё и использовала его в своих целях, убедив, что этого никогда не было.
— Ладно, личное позже. Но я уже сейчас хотел бы что-то тебе подарить. Ты не женат, а Ипервория славится своими красавицами. Как только поправишься, выбирай любую себе в наложницы. А там, кто ж его знает, может, и в жёны её возьмёшь. И тебе услада, и нам радость получить дополнительную связь с Дикеей.
Я незаметно подошла поближе, чтобы лучше слышать, о чём идёт речь. Сказанное правителем неприятно кольнуло слух.
— Ваше Величество, премного благодарен, но в моём теперешнем состоянии никакая красавица мне не… — начал Люций, но, найдя меня взглядом,
словно остолбенел, а затем продолжил на выдохе: — Нужна. — Он потряс головой, будто прогоняя наваждение, и продолжил: — Не отказался бы от небольшого запаса берита, чтобы восполнить резерв. Всё, что израсходую, верну вдвойне, можете быть уверены.— Супруг, принц пострадал, отстаивая интересы нашей страны. Мы должны, по крайней мере, как следует о нём позаботиться, — подала голос моя свекровь. Она явно что-то задумала, по лицу было видно, что предложила женщина это не по доброте душевной. — Пусть одна из придворных девушек обработает его раны, пока регенерация не сработает как следует.
Я успела с облегчением выдохнуть. Ничего сложного или компрометирующего в этом не было. Подумаешь, сменить бинты и обработать раны. Любая служанка справилась бы.
— Отнесёмся к этому со всей серьёзностью. Предлагаю отправить принцессу. Разве это не докажет нашего расположения к тем, кто так нас выручил?
После этих слов Фипилл заметно напрягся и хотел уже ответить матери, но его перебил Люций.
— Не стоит, мне не впервой. Справлюсь и сам. Зачем благородной даме марать руки?
— Воля твоя, но моё предложение в силе до самого твоего отъезда. Подумай хорошенько. А теперь… — Свёкор обратился к остальным присутствующим. — Давайте праздновать. Ни в чём себе не отказывайте, дамы и господа. Мы же с вашего позволения ненадолго вас покинем.
Только сейчас я заметила, что в зале накрыли небольшой фуршет, и теперь слуги предлагали министрам и их дамам закуски и напитки. Правитель поднялся со своего места и, подав руку супруге, вышел из зала. Филипп, что всё это время молча стоял возле трона отца, в два шага оказался рядом со мной.
— Радуйся, жена, — процедил он сквозь зубы. — Конфликт разрешён. Все счастливы. — Мужчина кинул полный ненависти взгляд на дикейцев, отчего Дуэйн чуть ли не ощерился в ответ. — Дай-ка гляну на то, что мешает мне провести с тобой очередную ночь.
Муж настолько быстро сорвал с моей шеи платок, что я даже возразить не успела. Филипп по-хозяйски задрал мой подбородок, рассматривая синяки на шее, довольно ухмыляясь.
Если до этого Люций выглядел нездорово, то теперь и вовсе стал мертвенно-бледен, но с места не сдвинулся. Только желваки заходили, свидетельствуя о том, что увиденное ему не понравилось. Его младший брат сделал шаг вперёд и положил дикейцу руку на плечо, будто успокаивая или… останавливая от необдуманного поступка?
— И почему на вас, смертных, всё так долго заживает? — досадовал супруг, надавливая на один из следов своей несдержанности. — Я же велел служанке принести тебе мазь. Если у нее не хватает ума втереть её тебе, я сделаю это сам. — Последнее было сказано мне на ухо с явным намёком на большее, нежели просто помощь в исцелении.
Филипп поднял мою руку и, оставив на этот раз довольно галантный поцелуй на тыльной стороне ладони, быстро вышел из зала. Я же потёрла запястье, которое всё ещё болело, и только затем вспомнила, что дикейцы всё ещё здесь и делать этого у них на глазах не стоило.