Чтение онлайн

Я хочу стать хлебом единым, чтобы мною не жил ни один человек. Точней, ни одна девочка, потому что за мужиков можно не беспокоиться. Они и жизнь — гений и злодейство — вещи несовместные. Есть. В смысле, отсутствие предположено. Как считала Любительница Делать Журналы. И я опять не прав, потому что для нее это соломинка. Она говорит, что в очень большой беде, каковая беда, говорит, существенно посерьезней моей, заключающейся в том, что я всем — никто. Спрашиваю, ты больше не любишь меня, и она, конечно, имеет все основания сказать, что ей, мол, как-то не до того. Тоже говорила, пойдем на каток, но по-другому отвечала на то, что я не умею: «Посмотришь, как я красиво катаюсь». Любовь и голуби.

Хочется

кого-нибудь от чего-нибудь уберечь, но те девушки, которых я люблю, все поголовно в такой колоссальной беде, из которой я не знаю, кто может их вытащить. Я не могу точно. Я сам в беде. Меня только одно спасти может. Какая-нибудь девочка, беда которой была бы мне впору, и которая хотела бы быть спасенной именно мной.

Но найти себе девочку с подходящей бедой — дело для меня непосильное. Эта гипотетическая, подходящая мне по размерам девочкина беда — это же почти самое великое и самое большое-большое Счастие счастий. А на хера козе баян? То есть ваш покорный слуга. Не надобен. Счастье — штука самодостаточная.

Да и вообще я все себе вру. И всем. И люблю всех. И азм есмь Лариса, и Света, и Ира, и Катя, и хуй знает, только ни кто. Компьютер я. Не трогайте мои файлы. Руки по швам все! Не трогайте меня никто никогда! Верните мне мою девственность, сволочи!!!

Все беды всегда от непослушания. Почитайте внимательно сказки! Те же «Лебеди-гуси», то же «Горе-Злосчастие», тот же «Жихарка» — все об одном. О беде, проистекшей от непослушания более мудрым и опытным.

Но вот беда! Счастье и всякая прочая Благость тоже всегда наиболее результативны, если игнорируется мнение многоопытного большинства. Как же тогда отличать? Видимо, никак. Видимо, это одно и то же.

Барахтается горе в жестяном ведре, норовит через край. Слепо тычется носом во стену. Результат — ноль. Плоская кровь. А кто, спрашивается, не устал? Вчера ещё только Капля говорила Любови: «Не суй свой похотливый нос, дура, в сферы бессознательного! Утонешь, как кисонька, дура! Никакой Артемон не спасет. Мальвина ты, Мальвина и есть. Дура и больше ничего. Не суйся, куда не надо! Я, Капля, и постарше тебя буду и помудрей. Слушай меня… А не слушайся, так и тычься, как горе, слепо во стену ребра; чужими руками жар разгребай!..»

А детям, вообще, не слушаться — есть нормальное соборное уложение. Они, пробелы, дети слов. Дыры дыр, как Любовь, прямо! Они и сами-то почти дУпла, жупелы международного напряжения, горнила мировых гипотетических войн. Куда ж вы лезете-то, беспокойные дети эпохи?! Куда же вы прете-то, а? Там же гибель вам токмо, несмотря на всю чудесность канонического пейзажа романтиков, согласно г-ну Юрию Манну. Неосторожность — это и есть беда первая.

Волшебства-то там, в дупле генеалогических старых древ, конечно, хотя бы и отбавляй, но пеняй на себя! У тебя ведь такие руки, что сбежали даже злюки. Пеняй на себя сам! А то развелось Самолётов, всё норовят женщину во всем обвинить. А сами-то что? Где мужественность? Где приличествующие крылья? Всё б всем на шАру летать, да чтоб по возвращению было ещё кого обвинить. ПошлО всё!!!

Синектоха — сука! Оксиморон — пидараз! Метафора — проститня! Гипербола — жирная жаба! Дактиль — птеродактиль, бля!

Волшебная страна — есть галерея моих персонажей. Это я — волшебная страна. После меня, хоть волшебный потоп. Хоть прямо в золоте все утонут,

но утонут, как пить дать. Да им уж и не до питья будет. Что называется, пей — не хочу. Вот и не хотите. Вот и не ходите туда. Шиза какая-то под хвостом у меня вскочила. Вдруг я, как мой бывший пудель, воспетый в моём же рассказе «Песенка», в каковых недрах он, пудель, был в песенку из песёньки превращен, а по жизни, спустя полтора года был усыплен моими родственниками за рак кожи. То есть Господь, его, пуделькин, за рак кожи его наказал. Казнил вечным сном, блядь!

В этой галерее множество трогательных женщин. Там есть и Ларисы, и Светы, и Иры, и Насти, и Кати (кать там, кстати, вообще до хуя, если уж с самого детства смотреть), и все они там заведомые; все они старше реальных своих прототипов. Какой-то кошмар.

Там, в галерее, ещё играет ебанутый импровизационный ансамбль, прямо, как я вчера с Ваней и с юношей Костей, который, как все сакфонисты, любит играть один. Что за глупость? Зачем тогда людей звать? Нужен тебе аккомпанемент, забей тогда все в секвенсер и тренди себе на своей волшебной «дуде». Извините, конечно. Первое впечатление, что называется.

А экспонаты там уж ни в какие ворота. Кроме прочего все они есть еда. Все они есть даже не еда, а вино. Их натурально можно бухАть. И вообще дупло генеалогического древа девятнадцатой главы — есть вход в галерею моего юношеского бухла.

Ну что, пробелы? Раз уж пришли, непослушные вы цыплята, так уже дегустрируйте! Я бы вас попросил…

#1. Урожай 1991-го года. Лето, я восемнадцатилетний мудак, я женат. У меня ощущение, что я все знаю, что Сократ и я — одно и то же лицо. Мир — есть моя супружеская постель.

…Нелепо, неимеяничегообщегослюдьми, мечтатьобихблагодарностизавеликолепноедоказательствособственнойобособленности, воплощенноевТворении*Многиепишуттак, будтохрустальнаяпирамидакультурырассыпаласьнамиллиардыосколков; талантливыеюношиподмузыкусферслагаютизбитогохрусталяпричудливыеорнаменты*Иныежеуверенностроятновыепирамиды*Унихполучаетсяполучаетсяпохоже, нотолькоизобычногобутылочногостекла*Нашмирпарадоксаленизначально, ибокогдачеловечествояснопоймет, чтосчастливо, оноумрет*Ялюблюдевочку, котораясталамоейженой*Язнаю, чтовсе, очембыянеписалкогдалибопотом, меркнетибудетмеркнутьпередтемистроками, которыепосвященыэтому…

# 2. Урожай 1991-го года. Октябрь. Я по-прежнему женат. Я студент второго курса филологического факультета Московского Педагогического Государственного Университета имени В. И. Ленина. Я — дневник. Моя жена — студентка второго курса филологического факультета Московского Государственного Университета имени Михаила Васильевича Ломоносова. Она — вечерница.

…Женщиныбольшевсегоненавидятвмужчинахглупость*Это, право, неспроста*Мужчиныже, какправило, считаютсвоюглупостьсамымсокровеннымиценнымвсвоейдуше*Радипостиженияглубиннойсутисобственнойглупостиониобычноговорятженам: «Ложисьспать, яещепоработаю.»*Нунеглупостьли?..

# 3. Урожай 1991-года. Ноябрь. Запоздалый листопад, блядь. Я много пизжу со своими сокурсниками: Ильей Гавронским, Димой Широковым, Лёликом Журавлевым и т. п. Я женат. Я люблю ее. Но я почти не сомневаюсь, что рано или поздно она меня бросит.

…I)Щенкумесяцачетыре*ОнбежитпосадуМандельштамаипознаетмир…II)ЕслиГосподь, заметив, чтоясумилением, наблюдаюзащенком, которомунавидмесяцачетыре, икоторыйбежитпосадуМандельшатма, познаваямир, спроситменя, согласенлиябольшеникогданичегонеписать, есливсещенкибудутсчастливы, исчастьенепокинетихдажетогда, когдаонистанутвзрослымисобаками, тоясоглашусь…III)ЕслиГосподь, которыйпреждеиспытывалменященячьимсчастьем, скажет, оставьэтуженщину, имирбудетспасен, яскажу, дапустьсебепогибнет!..