Дух трудолюбия 2
Шрифт:
Его высокопревосходительство вгляделся в отражение своего лица в зеркале, которое появилось после завершения связи с одним из его агентов во дворце, и со злостью стукнул кулаком в стену: -Ч-черт! Ну почему же именно сегодня?
И побежал обратно.
Возвращаясь обратно, ему встретился с десяток бегущих к бальному залу полностью вооруженных гвардейцев Семеновского полка, которые, как они сообщили, были посланы для личной защиты Императора и его семьи. Некоторые из них уже успели побывать в бою с катайцами, были легко ранены и "красовались" в порванном парадном обмундировании, что никак не мешало им выполнять свою задачу.
Начальник
Веселая заводная музыка оборвалась , издав напоследок несколько жалобных скрипичных звуков. Это от неожиданности случившегося вторжения дворцовые музыканты резко прекратили играть. Михаил Георгиевич выскочил в центр зала и успокаивая, начавшую было роптать от неудовольствия, почтенную публику, произнес:
– Ваше величество! Гости! Всё! Бал окончен! Во дворце катайцы! Наши гвардейцы ведут бой! Мы эвакуируемся. Всем надлежит идти в сторону Северного выхода. Присутствующие здесь гвардейцы же обеспечат вашу безопасность и гости, я надеюсь, из офицеров, помогут в этом!
И словно в подтверждение его слов, глухая пальба и хлопки стали слышны лучше, словно подталкивая еще сомневающихся гостей и фрейлин побыстрее покинуть дворец. Сделав важное сообщение, мужчина обратился к Императору:
– Ваше величество! Вы наш главный командующий, решать вам. Но в целях вашей же безопасности тоже рекомендую вам и семье немедля покинуть дворец. Настаиваю! Опасно!
– Мне очень хотелось знать, как такое могло произойти, но нет. Разбираться будем позже. Так! Выделить охрану. Алике, Саша, Лиза, девочки. Покиньте бал первыми.- его величество, пусть и потемнев лицом, пытался справиться со своим гневом.
– Э нет, Мика, без тебя я никуда не пойду.
– Пц! Вот женщины! Александра, тогда присмотри за детьми. Я весьма на тебя надеюсь.
– Да papan, не волнуйся -успокаивая отца, девушка уже взволнованно завертелась, принимаясь собирать, строить рядком малолетних отпрысков их семьи и вести их за собой. Прихватив с собой трех вооруженных гвардейцев. Вместе с ними, чуть погодя, к выходу потянулись и первые гости. Остальные несколько мялись, предпочтя идти под охраной.
– Я остаюсь с вами! Ваши предложения по обороне!
– Мой государь, не нужно лишнего геройства. Оставьте офицерам и гвардейцам их работу. Вам нужно уходить первым.
– Не надо решать за меня, Михаил Георгиевич. Я и сам в состоянии. Нужно организовать оборону дворца. Иначе, что обо мне подумают в народе. Так, дайте мне парострел.
– он потребовал оружие у стоящего рядом гвардейца.
– Мой государь, не нужно. Не дай бог, одумайтесь, подумайте о Тартарии, об армии, народе нашем...
– Господин Фон-Коттен, вы забываетесь-взревел разозленный император.
Вбежала двойка ранее отправленных солдат с несколькими товарищами, которые деловито закрыв входные двери в зал, принялись что-то лепить на них. Один из них, освободившись, подбежал к начальству:
– Никого не нашли, Михал Георгич! Только уходить надо. Наши там не справляются. Катайцы знай себе силой давят. Вон из портала второй-то бронеход вышагивает. Ставим растяжки амулетные на двери, чтоб задержать, но гады чем-то, ажно играючи, враз с них защиту сносят. Государь, надобно поспешить, они тут с минуты на минуту будут!
– Идите, прошу вас, государь! А мне еще в свой кабинет надо. Надобно снять с дворца купольную защиту и вызвать подмогу.
Разгневанный его величество мрачно кивнул главе своей охраны, все же соглашаясь с его словами. И под охраной пятерых оставшихся гвардейцев собрался на выход, пытаясь догнать ранее ушедших детей, увлекая за собой оставшуюся с ним супругу, стоящих неподалеку родственников, придворных и гостей. Действующие офицеры из приглашенных на бал гостей принялись просить у оставшихся с ним гвардейцев запасное оружие, одновременно уточняя реальное состояние дел.
На груди Михаила Георгиевича вновь затрясся камень связи, когда толпа людей уже выходила в направлении эвакуации. Чертыхнувшись, мужчина увидев в практически пустом бальном зале маленькое конвексное зеркало, побежал к нему, на ходу нажимая камень.
– Что там у вас?
– Ваше высокопревосходительство. ЧП. Бомбисты в городе.
– Что? Какие ещё бомбисты? Кто такие?
– Не знаем, вашвысокопревосходительство. Пытаемся установить.
– Не тяни! Быстрее!
– Некие лица на нескольких паровиках совершили в одно время дерзкий налет на полицейские околотки в городе. Пользуясь необычайно мощными, возможно магическими бомбами, они, пробив защитный контур, разрушили сами здания вместе с находящимися в них людьми. Ими подброшена бомба в центральный телеграф, воздухоплавательный городской порт и железнодорожный вокзал. С мест агенты сообщают, что очень много жертв. Дежурные пожарные и наличные санитарные силы не справляются. Народ напуган, в городе паника.
– Гвардеец, дай свой парострел!
– Вашвысочество, не отдам.
– Гвардеец, да как ты смеешь?
– Дык ежли я вам его отдам, вашвысочество, как вас защищать буду? Унтер с меня самолично голову снимет. Да и потом, вашвысочество, вам в платьице-то вашем воевать-то ведь несподручно будет. А вдруг там вам упасть понадобится или спрыгнуть?
Рядом идущие гвардейцы засмеялись было, но тут же спрятали свои улыбки. Девушка, представив себе эту занимательную картину, покраснела, надулась и буркнула в ответ:
– Пф! Вот будь со мной мои любимые парострелы...и не смейтесь, я на курсах общества вольной стрельбы...с пятнадцати метров в яблочко... всё смеетесь... я и с дирижабля из пушки по мишеням палила...иэх! Не верите мне!?
– девушка горестно вздохнула.
Мужики на это заявление вновь беззлобно рассмеялись, не в силах сдержать лезущие на лица улыбки, а лейб-гвардеец, у которого она просила оружие, произнес:
– То-то и оно. Оставьте, вашвысочество, нам делать нашу работу.
– И зачем я на этот бал была согласная, эвон, что получилось. Кабы не я...- девушка промолчала.