Дух некроманта
Шрифт:
Почему-то Лигрет об этом задумалась только после слов Елеазара. Если она попадёт в заложники, то не только стражники, но и Иларон будет вынужден опустить оружие. В таком случае Лигрет только всё испортит, и даст воришке все шансы уйти.
– Ну же, лови меня. – Спокойно продолжил говорить Елеазар, приблизившись почти вплотную к Лигрет.
– Вот чёрт. – Злобно крикнула Лигрет, и что есть силы побежала подальше от Елеазара.
– Да уж…– Спокойно развернулся обратно Елеазар. – Больная голова рукам покоя не даёт.
И всё же, до прихода стражников оставались считанные секунды, что не давало времени
– Это уже становится интересным…– Подумал Елеазар, подобрав большое золотое кольцо. – И почему эта чёртова сова меня преследует?
Удивиться Елеазар не успел, через несколько мгновений он услышал как вместе с криками Лигрет, стражники торопливо поднимались в опочивальню главмагистра, поэтому пришлось оставить лишние мысли напотом. Когда через десяток секунд стражники наконец добрались до комнаты, от присутствия Елеазара остались лишь разбросанные бумаги, и кошка, прицепленная к перилам балкона.
– Доложи об этом главмагистру. – Скомандовал старший стражник. – Похоже, мы узнали их истинную цель.
– Есть. – Ответил другой стражник, и тут же побежал исполнять приказ.
Севастьян, логово пауков.
Какие бы благие цели некромант не преследовал, если у него нет яркой надежды, нет света в душе, то и управлять тьмой он не сможет. Более того: без этой опоры, некромант и сам не заметит, как постепенно начнёт превращаться в чудовище.
– И всё же, старик. – Ненавязчиво спросил Севастьян. – Как можно незаметить превращение в чудовище?
– Очень просто… Многих неопытных некромантов пришлось умертвить из-за этого… При частом использовании тёмном энергии, вскоре ты перестаёшь испытывать любые хорошие эмоции, они словно меркнут, превращая жизнь в чёрно-белое полотно. В нашей касте, только единицы некромантов выдерживали жизнь без эмоций, остальным же, она начинала казаться медленно-убивающим ядом, который оставляет за собой лишь пустоту в душе. От такого существования, половина сходят с ума, а другая половина становится абсолютно бесчувственными, чем, в итоге, частенько пользуется тьма.
– То-есть, при постоянном использовании тёмной энергии, ты неизбежно перестанешь быть человеком?
– Нет, неизбежно померкнут лишь эмоции, остальное зависит от некроманта. Если его характер твёрд, если у него есть убеждения или желания, которыми он не поступиться несмотря ни на что, то даже будучи абсолютно бессчуственным – он останется человеком. Единственное отличие в том, что впредь, его человечность будет заключена в убеждениях, а не в грусти, радости, или чувстве доброты.
– Интересная мысль… Даже ничего не чувствуя, можно остаться человеком… Хм. – Задумчиво проговорил Елеазар.
– Основа наших эмоций заключена в разуме, в осознании. Сама суть сострадания – это понимание что чувствует другой человек. Именно понимание, а не что-то иное.
– Ладно, я всё понял старик. Давай
убираться из этой комнаты, уже воротит от её вида.– Запомни кое-что ещё. В отличие от некроманта, тебе нужно уберегать не только разум, но и тело. А теперь идём, для новичка ты хорошо справился.
Есть три вещи, которые некромант должен избегать любыми способами: ненависть, месть, и злоба. Эти три порока способны превратить в монстра даже обычного человека, однако только не некроманта, он так легко не отделается. Для тьмы подобные чувства даже не уязвимость, и не способ завладеть разумом, это самая настоящая еда, которой становится душа некроманта.
– Не волнуйся старик, я помню обещание. – Открывая дверь, проговорил Севастьян.
– Это что, одолжение? – Неожиданно серьёзно ответил Метвил. – Не поддаваться ненависти в твоих же интересах. Ты и в самых страшных кошмарах не сможешь увидеть, что делают с некромантами три порока, о которых я тебе поведал.
Стоило открыть дверь, как пауки тут же побежали на Севастьяна, словно так и ждали пока жертва отчается и выйдет сама. На этот раз даже огня рядом не было, отчего хищники совсем озверели. Без капли страха они бросились на Севастьяна, но тот лишь спокойно поднял ладонь, и вокруг мгновенно закружился тёмный вихрь, чернее – чем даже сама пещера где обитали хищники. За несколько секунд, от первых «рядов» пауков остались лишь кучки праха, а те что уцелели, почувствовав энергию смерти, тут же забились в самые дальние уголки пещеры.
– Какая опасная сила… Неужели то же будет с человеком? – Задумчиво спросил Севастьян.
– Энергия смерти чем-то смахивает на огонь, только плоть не выгорает, а отмирает, превращаясь в пыль. Если интересно… Человек превратится в такую кучку примерно за секунд пятнадцать. Конечно же, за исключением потомков клана божественной руки, и королевских потомков. Им потребуется около минуты.
– У других каст такие же ужасающие возможности?
– Нет. У касты защитников ещё более ужасающие способности, намного. – Со странным прискорбием проговорил Метвил, но затем резко сменил тему. – Ладно, закончим разговоры, пора посмотреть что стало с моей кастой.
– Сначала я хочу найти тела своих согильдийцев.
– Зачем их искать? – Тут же проговорил Метвил. – Разве своим новым глазом, ты не видишь энергию смерти?
– Да, точно… Ещё не привык. – Вспомнил Севастьян.
Пауки не унесли тела далеко, но обглодали их до самых костей, так, что даже Севастьяну было не по силам их различить. И пусть он собственными глазами видел как они умерли, пусть, прямо сейчас, их останки лежали у ног, Севастьян всё ровно не мог поверить в произошедшее. Эта правда, была слишком ужасающей, чтобы так просто её принять.
– Как мне отплатить за их жертву…– Опустил голову Севастьян. – Я чувствую себя виноватым лишь за то что стою перед ними… Живой…
– Лучший способ отдать долг – это воспользоваться шансом, и жить. Им точно не станет лучше, если ты покончишь с собой из-за чувства вины.
– Ты прав Метвил… Единственный способ им отплатить, это своей жизнью доказать что их жертва была не напрасна.
– Тебе нужно упокоить их тела... – Начал Метвил, но его тут же перебили.
– Я знаю. Пусть спят спокойно. – Прикоснувшись к останкам, напоследок произнёс Севастьян.