Чтение онлайн

В Америке и Канаде этот номер шел с большим успехом, народ хохотал, трибуны взрывались аплодисментами. Поролоновый костюм — это то, что надо было американцам. «Секс-бомб» добавил мне популярности за океаном.

В России тоже приняли этот номер очень хорошо.

А вот скромные и воспитанные японцы во время моего выступления стыдливо опускали глаза. А если и хихикали, то потихонечку, прикрывшись ладошкой.

После того как номер «Секс-бомб» увидели во всем мире, другие фигуристы тоже начали экспериментировать с поролоном. Несколько спортсменов воспользовались этой идеей

и попытались сделать нечто похожее. Но их номера никто не знает, они не стали мировыми хитами. Потому что копия всегда хуже оригинала.

Как это ни странно, некоторые спортсмены до сих пор не могут смириться с тем, что есть такой фигурист — Евгений Плющенко. И когда я приезжаю за океан на соревнования или шоу, довольно часто пытаются меня задеть или вывести из себя.

Я выступаю на коммерческом турнире, в котором участвуют шесть лучших фигуристов мира. Идет тренировка на льду.

Стою у бортика. Мы с Алексеем Николаевичем обсуждаем мой номер.

Неожиданно ко мне подлетает один из участников турнира и задевает мой ботинок. Я решил, что это случайность.

Проходит некоторое время, я снова подъезжаю к Мишину. Спортсмен снова скользит мимо и снова меня задевает. А каток, между прочим, большой, и места хватает всем.

Я понимаю, что он хочет вывести меня из равновесия, но снова делаю вид, будто ничего не произошло.

— Женя, не обращай внимания! — Алексей Николаевич тоже заметил этого смельчака.

Катаюсь дальше. А этот спортсмен все никак не может угомониться. Он задевает меня плечом. Я — к бортику:

— Алексей Николаевич, я ведь и двинуть ему могу!

— Женя, ни в коем случае! Ты — чемпион, ты выше всего этого. Терпи.

Такие «покусывания» происходят постоянно. Причем талантливые спортсмены, те, кто уже чего-то добился, редко опускаются до подобного, как правило, они сосредоточены на тех задачах, которые перед ними стоят.

Чаще задирается молодежь. Это спортсмены моего возраста, но я вправе называть их начинающими, потому что начал показывать результаты в 13–14 лет, а они всего года три назад.

Не так давно на чемпионате Европы во время разминки в спортивном зале ко мне подбежало одно такое молодое дарование. Спортсмен махал руками, изображал, будто боксирует. Брови сдвинул, ноздри раздул — показывает, какой он сильный и непобедимый. Мы с Мишиным смотрели на него и смеялись.

Я понимаю, что это мальчишество. Молодые петушки, приезжая на серьезные соревнования, хотят там как-то закрепиться и начинают задираться. У меня подобные выпады вызывают только улыбку, свое геройство и силу надо доказывать во время катания, а не размахивая руками на разминке.

Я уже рассказывал, что когда-то у меня была мечта купить в Америке дом, жить там и тренироваться. Сейчас эта мечта улетучилась. Зато осталась другая: сняться в кино.

Несколько лет назад на меня вышли режиссер и продюсер из Голливуда и предложили с ними поработать. Предложение оказалось заманчивым, мне принесли сценарий, и я с удовольствием его прочел.

Это была мелодрама, типичный голливудский фильм, очень добрый, с хэппи-эндом. Я должен был сыграть главную роль — фигуриста. В еще совсем юного, но талантливого спортсмена влюбляется его одноклассница. Но она инвалид, не может ходить. Все свободное время они проводят вместе, он тренируется на открытом катке, а девочка приезжает на него посмотреть. В конце концов

врачи и любовь к фигуристу ставят ее на ноги, она выздоравливает. И тогда он — впервые в жизни — выводит ее на лед. Помогает зашнуровать ботинки. Они катаются вместе, выступают на соревнованиях и даже побеждают на чемпионате мира. Вот такая лирическая история, которая вряд ли возможна в жизни. Хотя почему и нет?

Ведь этот сценарий отдаленно напоминает историю олимпийских чемпионов Антона Сихарулидзе и Лены Бережной. Правда, кататься вместе они стали будучи почти взрослыми. Лена после тяжелейшей травмы, благодаря усилиям своих родных, вниманию Антона, снова встала на лед, и в результате они в паре стали чемпионами Олимпийских игр. Эту пару я считаю самой стильной, самой техничной и сексуальной.

Мою партнершу по фильму должна была играть голливудская актриса, скорее всего начинающая и еще не раскрученная. Но кандидатура тогда даже не обсуждалась, до этого мы просто не дошли.

Я практически уже согласился на эту роль, а режиссер и продюсер собрались ехать в Россию. Но тут оказалось, что из-за съемок мне пришлось бы отложить несколько соревнований. Кино — дело серьезное, это тяжелый труд, ему надо посвящать все свое время. А меня полностью захватило фигурное катание, и я не мог себе позволить на несколько месяцев расстаться с коньками. Пока такой возможности у меня просто нет. Но мечта сняться в кино остается. И, я думаю, когда-нибудь мне удастся это сделать, тем более что предложения поступают постоянно. Причем роли предлагают разные — это и герой, этакий мачо, и комедийные, смешные роли. Если говорить о моих собственных предпочтениях, то сам я больше всего люблю комедии и исторические фильмы.

После фигурного катания я обязательно рискну сняться в кино. Хочу попробовать себя в жизни в разных амплуа, и мне кажется, если плотно позаниматься актерским искусством, я сумел бы сыграть любую роль. Знаю: если мне что-то понравится, я доведу это дело до конца, сделаю все по максимуму. И у меня все получится.

Осталось два года до моей первой Олимпиады.

Во Франции проходит чемпионат мира.

2000 год, мне 18, и я приехал сюда только за победой. Сезон складывается идеально, я уже стал первым на чемпионатах России и Европы. У меня есть бронза и есть серебро на чемпионатах мира. Теперь мне необходимо во что бы то ни стало победить.

После короткой программы становлюсь вторым и понимаю, что у меня есть все шансы подняться на главную ступеньку пьедестала почета. Адреналин зашкаливает.

Ночью не могу заснуть, ворочаюсь в постели. Перед глазами мелькает одна и та же картина: заканчивается программа, я поднимаюсь на пьедестал почета и вот оно — золото! Засыпаю только под утро.

Следующий день. Произвольная программа. Мой выход. Захожу на четверной прыжок — и срываю его. Захожу на второй четверной — и снова срываю.

В голове только одна мысль: «У меня уже есть серебро и бронза, мне нужно только первое место». И ставлю перед собой задачу идти на третий четверной. И снова не получается!

И тут я понимаю, что все, это провал. Скорее всего, я не попаду даже в тройку. С такими мыслями, уже безо всякого адреналина, докатываю программу.

Тогда, на чемпионате мира-2000, я стал четвертым. На самую главную ступеньку пьедестала, где в собственных мыслях я видел только себя, поднялся мой главный соперник Алексей Ягудин.