Чтение онлайн

Вот только мне, похоже, придется драпать туда, не доучившись.

И что я буду там делать? Побираться? Могу, конечно, пойти по стопам тёти и ковыряться в земле, да только не факт, что мне её кто-то даст.

Твою Касю за ногу!

Я же до сих пор понятия не имею, как они там живут — не верить же драконьему вранью про дикие племена. Но если раньше, мне неоткуда было почерпнуть правдивую информацию, то теперь я знаю, кто её может добыть.

Я снова развернула письмо и, пока не началось занятие, быстро набросала ещё парочку вопросов другу. Даже если сам он знает об Архипелаге

мало, то его отец наверняка неплохо изучил местные нравы.

Вроде всё.

Реми так и не удосужился подойти ко мне, и даже не смотрел в мою сторону. Засранец мелкий! Но я не гордая.

Прихватив письмо и сумку, я тихо обошла аудиторию и постучала друга по плечу. Он даже вздрогнул, когда обернулся и увидел, что это именно я. Аккуратно подсунула послание под тетрадь, криво ухмыльнулась на его затравленный взгляд.

Ну точно, с кем-то зажимался на большой переменке, паршивец.

Рядом с тетрадью выложила несчастный, провонявший мне всю сумку пирожок.

— Поправляйся, друже, — я хмыкнула, и поймала себя на том, что абсолютно не злюсь на изменщика. Мне только смешно. И это плохо, наверное. Жаль, что я тебя не люблю, Реми. А может — хвала Крылатым.

Я прошла вперёд к столу Таниты, которая снова куда-то ускакала, как только прозвенел звонок, и сунула ей в ящичек второй пирожок.

— Я не дам тебе помереть с голоду, подруга, — пробормотала я сквозь зубы.

Ох, а ведь меня очень злит мысль, что Танита могла быть не свидетелем интрижки Реми, а её, хм, участницей. Злит куда больше, чем сама интрижка. Всё же Тани стала первой девчонкой, которой я доверилась. Почти полностью.

Что ж, похоже, в нашем мире нельзя доверять не только драконам.

Вернулась Тани снова прямо перед магистром Ларинье, но встретив мой взгляд, не отвернулась как Реми, а помахала мне ручкой, сияя улыбкой. Я улыбнулась в ответ, и подруга слегка померкла. Что такое? У меня что-то с лицом?

При преподавателе о пирожке я промолчала, но он заявил о себе сам. Запахом, ага. Открыв ящик стола, Танита покосилась на меня, и я тоже сделала ручкой, мол, всё правильно, мой презент, угощайся.

Дальше я внимания на Реми с подругой не обращала, началось занятие. Магистр Ларинье* оказался чудным рассказчиком, и все мы увлеченно слушали о том, как он выращивал из чугуна алмазы при почти комнатной температуре. О том, как изменяются свойства веществ при высоком давлении. В частности, как аномально насыщаются водородом металлы. При этом они теряют объем, их кристаллическая решётка ломается, отчего холодный металл становится пластичным и даже течёт. Как консервируется при этом колоссальная энергия.

*Отсыл к геологу В.Н.Ларину и его Гипотезе изначально гидридной Земли.

Особенно меня потрясло то, что из таких насыщенных водородом и относительно холодных металлов состоит ядро Земли. Оказывается, лава, извергаемая вулканами, значительно горячее его самого. Всё потому, что водород из металлов, составляющих ядро, постепенно высвобождается,

а вместе с ним высвобождается запасенная энергия, разогревая магму. Но самое страшное — металл возвращает свой объем, из-за чего ядро постепенно расширяется, раздувая саму планету.

— Это происходит очень медленно, но иногда в силу различных факторов процесс сей скачкообразно ускоряется. Твёрдая окисленная кора планеты, не обладая пластичностью, трескается, выгибается, создавая складки-горы, оживают спавшие вулканы…

— Так появился Аррганский разлом тысячу лет назад? — воскликнула я.

— Не только он, мой друг, — магистр согласно покивал. — Но нашему материку в те времена повезло больше, чем соседнему. Там вскрылся не один такой разлом. Все вы слышали об их Базальтовой Плеши. По сравнению с ней Аррганская равнина — яблоко на фоне дерева. Лава вырывалась из недр планеты, заливая собой огромные территории.

Я вспомнила слова Корвина о нестабильности планеты, и волоски на руках встали дыбом от страшной догадки:

— И катастрофический скачок может повториться?

— Может.

— Почему? Когда? — загомонили все наперебой.

— Может через миллион лет, — магистр Ларинье светло улыбнулся, и мы облегченно выдохнули. Рано. — А может завтра, — закончил физик, зловеще сверкнув очками.

Мы все потрясенно умолкли.

Вот тебе и басни о Конце света.

— Но мы же пережили ту катастрофу, — произнес Реми. — Переживем и другую.

— Пережили. Увы не все. И тогда нам на помощь пришли драконы, способные вбирать лишний водород и перераспределять энергию.

Я покосилась на Реми — друг недоверчиво щурился. В драконов-спасителей он не верил. Я и сама в них не верила.

— И как же они это делали? — скрыть скепсис в голосе другу не удалось. Я оглянулась, желая его осадить, мол, опасно это выказывать своё недоверие официальной истории, но споткнулась взглядом о выражение лица Таниты.

Прищуренные глаза, раздувшиеся ноздри, сжатые в нитку губы.

Через миг в соседнем ряду немного позади меня хлопала ресничками милая куколка Тани. Но гримаса её злости словно отпечаталась у меня на сетчатке.

Крылатые. Она мне напомнила мою няню Тин в моменты, когда она особенно яростно ненавидела драконов. Пришлось даже тряхнуть головой и проморгаться, чтобы избавится от навязчивой и жутковатой картинки из моего детства.

— Как драконы это делали, — продолжал тем временем магистр, — мы сегодня, к сожалению, не представляем. Боюсь, и сами драконы утратили это знание, как и возможность менять ипостась. Но это одна из причин, почему так важно, чтобы они снова могли обращаться.

Конечно, я знакома с официальной версией тех катастрофических событий, по которой мир спасли драконы. И даже о том, что без них он может погибнуть в будущем, я тоже где-то слышала. Но прежде, при упоминании спасителей-драконов я понимающе хмыкала, мол говорите-говорите, я-то понимаю, что это ложь.

Даже читая письмо Корвина, который тоже писал об этом, я кривилась в скептической ухмылке, не допуская его слова в своё видение мира, не позволяя себе усомниться по-настоящему в том, во что верила с детства.