Драконы средней полосы
Шрифт:
– И вы никуда… за город не ездили?
– Мы тогда – нет. Он меня превращаться в парке поздно вечером учил. Вообще это довольно стрёмно было, я всё боялся, что нас увидят. Ну, в итоге увидели, только не нас, а мы. Там неподалёку с полянкой, где мы упражнялись, какая-то парочка решила… ну, того, как бы помягче сказать… – Леший опять начал краснеть и смущаться. – Ну мы их и спугнули. Блин, тогда смешно было, а сейчас думаю – какая глупость.
– А как вы их спугнули? Прям драконами показались?
– Не, ну ты чего! Когда драконы превращаются, человеческий глаз их увидеть не может. Не знаю,
– И только ради этого ты меня тащишь к чёрту на рога? Чтобы никого не напугать нашим внезапным исчезновением? Или появлением? Да народу пофиг!
– Это тебе только так кажется. Ну да ладно. Просто сейчас доверься мне.
***
Подъезжая к «Буддийскому дворику», Ната заметила у входа до боли знакомую фигурку в пёстрой мешковатой одежде.
Кару, кто же ещё. Стоит, стену подпирает, разговаривает по телефону.
Ната махнула зазывале, одетому в шафрановые одежды буддийского монаха, и тот бросился убирать оранжевый конус с хозяйского парковочного места.
– Нет, нет. Я не пойду с вами в магазин тканей. Я в этом не понимаю ни хвоста. Выбирайте сами. Сами, в рамках разумного. Здравствуй, Госпожа! – Кару нажала кнопку отбоя на побитой жизнью раскладушке.
– Здравствуй, Кару! – Ната указала на вход в ресторан. Зазывала в шафрановых одеждах с поклоном распахнул перед ними дверь. Входя, Кару хитро улыбнулась и подмигнула ему.
«Здесь явно что-то было», – подумала Ната. – «Похоже, кто-то не прошёл фейс-контроль».
Хостесс, стоявшая на входе, едва увидев Нату, вытянулась, выпрямила спину и улыбнулась ещё шире обычного.
– ВИП-зал свободен?
– Да, Наталья Борисовна!
– Мы будем там. Пришлёшь минут через пятнадцать Ахмета? – сказала Ната и решительным шагом направилась на другой конец ресторана. Кару с невозмутимым видом шла следом.
ВИП-залом называлась маленькая комнатка без окон, с длинным столом, плазменным телевизором справа и огромным светящимся аквариумом слева.
– Располагайся! Поговорим здесь без чужих глаз и ушей. – Ната села за стол спиной к телевизору, и на лицо ей упали синие отблески от аквариума.
– Благодарю, Госпожа! – ответила Кару, садясь напротив.
– Ты написала мне, что Танори велела тебе о чём-то со мной поговорить.
– Да, Госпожа, – сказала Кару с выражением ангельской безмятежности на лице. – Во-первых, она просила передать, что Мэльир сейчас в добром здравии, его жизни ничего не угрожает… Вот только шрамы могут остаться надолго…
При этих словах Ната вздрогнула, будто её дёрнуло током, но уже в следующую секунду взяла себя в руки.
– Я рада, что Мэльир здоров, но не понимаю, зачем ты говоришь мне об этом…
– Во-вторых, – как ни в чём ни бывало продолжила Кару, – Танори просила передать, что ты должна решить, что тебе дороже – власть или жизнь Альорда. Сохранить и то, и другое тебе не удастся.
– Я всё ещё не понимаю, о чём ты!..
– Когда Мэльир сегодня рано утром приехал
к нам, выглядел он очень паршиво. Чёрная сильно потрепала его. Ему повезло, что она пока ещё слишком неопытна и не знает всех своих сил. Ну, и с учеником ему повезло. Так что пока всё обошлось малой кровью. Только вот… Мэльир сказал, что это ты велела ему напасть на Чёрную. Сказала, что об этом его попросила Танори…– Да что ты такое несёшь? – Ната вскочила из-за стола, но Кару оставалась всё такой же спокойной. – Что это за бред?
– Не гневайся, Госпожа! Я – всего лишь посредница, передаю тебе слова Танори. А что делать с ними, ты решишь сама.
Ната снова села.
– Так вот… Сейчас Мэльир ужасно подавлен случившимся и не верит, что ты обманула его и кинула беззащитным в лапы Чёрной. Но, возможно, вскоре он успокоится. И потребует созвать Суд Семи, чтобы разобраться с тем, что случилось, раз и навсегда.
– Замечательно! И это всё, что просила передать мне Танори?
– Нет. Ещё не всё. Она просила передать, что, если ты оставишь Альорда его судьбе, мы постараемся убедить Мэльира не созывать Суд. И все останутся при своём.
– Но… Альорд…
– Пока ещё его судьба не определена. Пока всё может измениться само по себе, если не пытаться переломить судьбе хребет. – Голос Кару стал грустным. – Альорд – славный парень. Я всегда любила его… Как друга любила, конечно. И мне очень жаль, что всё это происходит с ним, а не с другим драконом.
– И поэтому надо просто сложить лапки и ждать, когда Чёрная сожрёт сначала его, а потом и всех нас по одиночке, потому что никто не решился дать ей отпор? Этой стрёмной девчонке в куртке с чужого плеча? Да?
– Иногда наблюдать за тем, что происходит, и делать выводы, полезнее, чем кидаться в гущу событий, очертя голову. Мы пока не знаем даже имени Чёрной, не знаем, чего от неё ждать.
Раздался настойчивый стук, дверь приоткрылась и в ВИП-зал заглянул официант. На груди его красовался бейджик с именем Ахмет.
***
– Он знает? – спросила Кару, когда дверь закрылась.
– Нет, конечно. – Ната положила ногу на ногу и откинулась на спинку стула. – Да и зачем? Лишних колец у нас всё равно больше нет.
– Ты знаешь наше мнение на этот счёт. Они должны узнать. После проверки, естественно.
– Это ваши сектантские дела. Меня они не интересуют, пока не мешают нашей общине жить.
Кару подняла одну бровь:
– Не собираешься же ты…
– Именно! Собираюсь.
Дверь открылась, Ахмет поставил на стол чёрный чугунный чайник и пару крохотных пиал для чая и молча удалился. Кару напоследок окинула его оценивающим взглядом.
– Если бы ты хоть немного интересовалась нашими ничтожными сектантскими делами, моя Госпожа… Впрочем, я уже предлагала тебе однажды прийти к нам в гости. И моё приглашение до сих пор в силе.
– Кару, хватит паясничать! Выражайся яснее.
– Да куда яснее? То, что ты задумала, – страшная глупость. Ты решила скормить Чёрной этого бедолагу вместо Альорда, потому что решила, что иначе Чёрная оторвёт твоему любимому самцу голову.
Ната передёрнула плечами.
– Ты сама только что сказала, что любишь Альорда. Как друга. И теперь так говоришь о нём.