Дракон всегда прав
Шрифт:
Алекс остановился. Набрал в грудь воздух. Задержал. Выдохнул. Нагнулся. Сорвал травинку. Прикусил. Посмотрел на Машу.
– Понимаешь, Великий решил, что ты должна будешь снести яйцо…
– Прости, снести что? – Маша закашлялась. – Я тебе что, курица? И при чём здесь Великий? Надеюсь, ты не собираешься меня под него подкладывать?
– Мы все дети Великого, и он решает, кто ему подарит наследника. Его наследником был избран я. Я должен дать следующего наследника. Великий решил, что ты идеально подходишь, чтобы стать матерью маленькому дракончику. А когда тебя похитили, он решил, что раз я не смог сберечь
– Стоп, Алекс. Мы с тобой эту тему уже обсуждали. Я не собираюсь быть суррогатной матерью. Великий ошибся. Он выбрал не ту наседку. И откуда он знает про меня?
– Маша, дракон никогда не ошибается. Дракон всегда прав. Ему о тебе рассказал мой бескрылый. У них ментальная связь. Я и так всю неделю на курорте бескрылого сдерживал. Больше сдерживать не получится. Сегодня ночью ты станешь моей женщиной. Я не собираюсь ждать турнира. Ты моя!
Солнце почти опустилось за лес. Стаи мошкары сновали туда-сюда. Ворота замка закрывались.
Леся украдкой наблюдала за Алексом. Он шёл быстрым шагом. Казалось, что ещё чуть-чуть, и взмоет в воздух. Понять, что молодой человек счастлив, много не требовалось. Девушка завистливо вздохнула: «Вот ведь, повезло дурнушке».
Не успел Алекс зайти, как раскрылись ворота, и вкатил кортеж из трёх машин в сопровождении полицейских. На крыльцо вышла хозяйка. Она была великолепна в своём алом сари.
– Добро пожаловать, дорогие гости. У нас ещё не прибрано к турниру. Мы только-только закончили готовить комнаты.
Леся во все глаза смотрела, стараясь не упустить ни единой детали. На крыльцо вышли Алекс с Максом. Жмут руки приехавшим. Два блондина: один широкоплечий, другой костлявый. Драконы. За версту видать. Только они ходят с такими надменными выражениями на лицах. Алекс среди них как уголь на белом снегу. Третий приехавший какой-то странный: не поймёшь, какого цвета волосы – то ли чёрного, то ли белого. Он не дракон, но из их свиты. Этих тоже сразу видно. Слишком самоуверенные.
«Эх, Машка, счастливая, за неё на турнире биться будут самые завидные женихи. Да предложи мне десять яиц снести, я бы не раздумывая согласилась», – укол зависти больно пронзил сердце. Леся сразу прикинула, что на эти деньги, полученные от суррогатного материнства, она бы могла не только себе шикарную квартиру купить, но и обеспечить себя до старости.
Чтобы и дальше не расстраиваться, она побрела по саду. Тёплый влажный воздух поднимался над землёй. Исчезли огни дворца. Над головой расстелила своё покрывало волшебница-ночь. Девушка собралась идти обратно, как услышала, что кто-то плачет.
– Кто здесь? – крикнула она в темноту.
– Я, Маша, – раздался знакомый голос. – Леся, это ты?
Ветви раздвинулись, и на полянку вышла девушка. То ли кожа её светилась, то ли так падал лунный свет, но она, казалось, была соткана из лучей.
– Ты плачешь, Маша? – Леся обняла девушку. – Что случилось? Тебя обидел Макс?
– Нет, – Маша покачала головой. – Леся, мне страшно.
– Страшно? Отчего же, Маша? Чего ты боишься? У тебя теперь такая охрана: три дракона да два друга Алекса. Тебе ли бояться?
– Леся, меня будут разыгрывать, как… как карту или дорогую игрушку. Кто выиграет, тому должна буду снести
яйцо. Леся, ты представляешь?– Маша, ты своего счастья не представляешь. Это раньше женщины умирали, если скорлупа не растворялась. А теперь кесарево делают. Как только яйцо достигает размеров человеческого плода, делают кесарево. Чего бояться-то? Сколько ждали новости, когда Великий объявит конкурс на суррогатную наседку, а тебя избрали без всякого конкурса. Маша, ты же радоваться должна. Ты не просто должна будешь выносить, ты наследника будешь вынашивать. Тебя же озолотят.
– Леся, неужели ты не понимаешь? Они же потом заберут ребёнка! Когда у мамы малыши родились и мы узнали, что они сиамские близнецы – маме предлагали от них отказаться. Мы не смогли это сделать. Сколько бились за них, но не отказывались. Понимаешь? Как можно отдать своего ребёнка?
– Маша, ты не ребёнка родишь, а дракона. Ребёнком он станет, когда ему года три только исполнится. Понимаешь? Говорят, что раньше женщины с ума сходили, когда видели, кто рождался…
Маша тяжело вздохнула. Покачала головой.
– Леся, помоги мне. Я не хочу быть разыгранной. Я не хочу быть трофеем. Ты всё здесь знаешь. Есть ли выход? Как избежать? Может, Великого попросить?
Леся помолчала. Они медленно побрели во дворец. Над ними кружили белые драконы. Удрать не получится.
– Есть выход. Иди сейчас к Касыму, скажи, что хочешь продать себя на аукционе.
– Что?
– Что слышала. Проданную на аукционе нельзя выставить на турнир как трофей, если только не купит один из претендентов.
– Но…
– Никаких но. Сразу можешь оговорить: например, что продавать ниже такой-то цены нельзя, продавать в бордели нельзя, что хочешь, чтобы продали тому, кто в Хивернию отвезёт.
Они поднялись на крыльцо. Лесю уже искала хозяйка, чтобы та шла гостей развлекать. Маша осталась одна. Она направилась было к Касыму, но остановилась на полпути. Повернула обратно. Снова встала. Опять пошла к Касыму. Вновь вернулась назад. Так и топталась туда-сюда. И в качестве трофея не хотелось быть, и идти на аукцион боязно.
– Ты чего не у себя в комнате? Гости съезжаются. Увидят, заявят на аукцион. Сегодня ночью порядком человек сто должно прибыть, – услышала она голос Зары.
– Зара, мне надо с хозяином поговорить.
Зара хмыкнула: «Смотри, узнает твой. Намотает волосы на кулак».
– А ты не говори, он и не узнает, – огрызнулась Маша.
Касым с удивлением слушал девушку. Нет, не она первая, кто сам себя выставлял на аукцион.
– Понимаете, мне очень надо, – Маша старалась быть убедительной. – Мне домой надо. Маме моя помощь нужна. Меня Алекс отпустил, в аэропорту похитили. Мне сказали…
Она сбивалась, прыгала с пятого на десятое. Начинала. Прерывалась.
– Только это, я не в секс-рабыни. Я там могу по дому помочь, для чего ещё покупают? Нянькой могу быть. Меня дешевле двухсот нельзя продать. Малышей лечение столько стоит. А мне надо ещё с женихом рассчитаться. У меня же жених есть. Родители дос заключили. Он должен был из аэропорта забрать. А не забрал. Похитили, – выдохнула. – Касым, если вы не поможете, я не знаю, как мне быть…
Алекс был взбешён. Маши в её покоях не оказалось. Она не пришла и к нему. Оказывается, она заключила договор на продажу себя с аукциона.