Дотянуться до счастья
Шрифт:
Задумавшись, Альт слегка споткнулся, сбившись с ритма. Он тотчас восстановил потерянный темп. Дыхание, пульс по-прежнему ровные. Сердце работает как часы. Для Альта такие нагрузки обычное дело. Для него эти ежедневные сто кругов не более чем разминка. Раз в месяц он устраивает марафон в четыреста кругов, — вот тогда другое дело. После марафона он всегда падает без сил. Какие уж там дыхание и пульс. Он никогда не понимал стайеров — бегунов на длинные дистанции. Сам Альт по природе спринтер, и длительные нагрузки даются ему с трудом. Но сто кругов другое дело. Это дело святое. Ежедневный допинг, без которого Альту трудно обходиться. Если Альт в силу каких-то причин не тренировался хотя бы неделю, он чувствовал себя словно не в своей тарелке. Всё у него валилось из рук. Всё не клеилось. Альт становился мрачным. Но стоило возобновиться занятиям, как бодрость духа тотчас же возвращалась к нему.
Внезапно брякнул и тут же затих звонок, и Альт, постепенно сбавляя темп, стал останавливаться. Он пробежал ещё целый круг, прежде чем окончательно прекратил бег.
Звонок исходил из небольшого электронного аппарата, собранного собственноручно самим Альтом. Тяга конструировать всяческие радиоэлектронные штуковины проявилась у него ещё в школе, где-то в классе седьмом. Как-то однажды Альт увидел в магазине радиотоваров конструктор по сборке портативного приёмника. Идея собрать приёмник выглядела весьма заманчиво. Его можно было слушать ночью, когда все заснут, забравшись под одеяло. Можно было таскать с собой в школу. В инструкции по сборке приёмника говорилось, что любой, даже неподготовленный радиолюбитель может справиться со сборкой, и приёмник начинает работать сразу же без предварительных настроек и подбора параметров. Альт не был радиолюбителем, но тем ни менее, выклянчив у матери денег, купил радиоконструктор. Он два дня, запёршись в своей комнате, сосредоточенно паял, лудил различные проводки, транзисторы и иную радиомелочь. К концу второго дня приёмник был готов, но к величайшему разочарованию Альта не заработал. Всё было собрано в точности по инструкции. Точь в точь. Но приёмник не работал. Тогда ещё Альт не знал, что точное соблюдение инструкций и иных правил ещё не гарантирует положительного результата. Об этом он стал догадываться лишь спустя годы. А тогда он разочарованно крутил малёнькую блестящую коробочку и не знал что делать. Впрочем, он не знал, что делать всего пять минут. Решения Альт принимал всегда быстро и следовал им всю последующую жизнь. На следующий день он купил второй точно такой же радиоконструктор. Второй раз сборка приёмника заняла у Альта всего день. И второй раз приёмник не заработал. Лишь пятый купленный конструктор дал положительное потомство. Приемник, собранный из его недр работал великолепно. Альт долгое время не расставался с ним, ни днём, ни ночью. Ничего не может быть приятней вещи сделанной собственными руками.
Звонок означал, что сто кругов закончились. В приборе, собранном Альтом, стоял датчик, при пересечении луча которого срабатывал счётчик, и на табло высвечивался результат. Сейчас на табло светилась цифра сто, а это значило, что пробежка закончена и следует приступать к разминке.
Сегодня разминку Альт решил провести в укороченном варианте. Цальс с утра оставил на автоответчике сообщение с просьбой позвонить ему в семь вечера, и поэтому стоило поторопиться.
Альту не нравилось что-либо менять в устоявшемся порядке. По своей природе он был не только одиночкой, но и ещё консерватором. Он, к примеру, терпеть не мог, когда в ход его тренировки кто-то вмешивался. По этой же причине Роберт посылал сообщения на пейджер во время тренировки лишь в случае крайней необходимости. Такое случалось лишь несколько раз, и каждый раз это крайне не нравилось Альту. Но Цальс другое дело. Он зря звонить не станет. Вероятно, есть какая-то работёнка.
Работы у Альта не было уже давно, и он был бы не прочь заняться каким-нибудь делом. И дело было даже не в том, что деньги у Альта подходили к концу. Скорее всего, Альт подсознательно жаждал острых ощущений. Периодический приток адреналина ему был жизненно необходим. Без этого он начинал хандрить, на него нападала апатия. И лишь острые ощущения возвращали его к жизни. К тому же деньги сейчас Альту тоже бы не помешали. Роберт в последнее время скушал все его сбережения, и приходилось экономить, а настоящей работы как назло не попадалось. Если, конечно, не считать того последнего заказа. Но его можно было не считать или почти не считать. Ни по деньгам, ни по сложности он не стоил Альту ничего.
Как всегда то задание подогнал Цальс. Попросил постараться для одной своей знакомой. Напуганная женщина умоляла оградить её сына от посягательств местной шпаны. Шпана не давала проходу её чаду и уже несколько раз пыталась его избить. В милицию идти сын знакомой Цальса категорически отказался. Пришлось нанимать Альта, и тот как всегда мастерски справился с делом. Альт, вычислив подвал, где обыкновенно собирались хулиганы, обижавшие любимое чадо цальсовой знакомой, провёл там небольшую воспитательную работу. В результате несколько сломанных рёбер, пара выбитых челюстей, да десяток великовозрастных пацанов наложили в штаны так, что ни о каком преследовании сына знакомой Цальса уже не помышляли до конца своей жизни.
Разминку Альт решил сегодня сократить. «Полчаса хватит», — подумал он и, проделав несколько дыхательных упражнений, перебрался к гимнастическим снарядам. Отжавшись с сотню раз на кулаках и немного «покачав» пресс, стал разминать мышцы корпуса. Двигаясь по кругу, делал различные уклоны, повороты, наклоны. Размявшись таким образом, потратил несколько минут на растяжку ног. Подойдя к перилам, прикреплённым к стене на уровне груди, поочерёдно закидывая на них ноги, стал дотягиваться руками до кончиков пальцев ног. Почувствовав, что размялся уже достаточно, и все мышцы эластичны и упруги, Альт перебрался в центр зала и, с разбега запрыгнув на батут, стал отрабатывать удары ногами в прыжках.
Проделав разминку, Альт перебрался к манекенам
и принялся методически наносить удары. Сначала удары рук. Бить руками Альт любил. Конечно удар ногой сильнее, сокрушительней. Но ногой никогда не ударить так быстро, так резко, как рукой. Движения рук Альта практически неуловимы. Их нельзя разглядеть. Он всё более и более повышает темп. Удары с дальней дистанции, со средней и, наконец, почти в упор с ближней.Альт так увлёкся, что, не рассчитав удар, разнёс вдребезги несчастный манекен. Манекен был из дуба и пятый разбитый за последний месяц. Альт с сожалением посмотрел на сломанный снаряд и, отметив про себя, что необходимо придумать из какого материала заказать новую партию манекенов, перешёл к другому тренажёру. Закончив с отработкой давно изученных и доведённых до совершенства ударов, он приступил к отшлифовке нового. Альт уже целый месяц возился с ударом, и это начинало давать положительные результаты. Он давно хотел заняться этим ударом. Удар кулаком в голову противника с разворотом. Достаточно медленный он, тем не менее, при хорошей сноровке давал впечатляющий результат. Кулак словно праща со свистом описывал круги, и Альт не позавидовал тому, кто окажется у него на пути. Удар всё лучше и лучше получался. Темп всё нарастал и нарастал. Движения всё убыстрялись и убыстрялись, пока не переросли в один сплошной бешеный круг. Уже трудно различить, где рука, а где иная часть тела Альта. В самом апофеозе этого вращения Альт резко остановился.
«Всё, на сегодня достаточно. Хорошего понемногу. Осталось лишь на практике испробовать удар в действии», — подумал он и перебрался к снарядам, предназначенным для отработки ударов ногами.
Глухие, методичные удары ногами о макивару ещё около часа сотрясали воздух бывшего цеха. Альт вкладывал в них всю силу. Благо макивары представляли собой бетонные столбы. Голый бетон и ничего более. При всей мощи своих ударов даже Альт не мог поколебать их прочности. В эти удары он вкладывал всю свою ярость, всю силу. Удар следовал за ударом, и Альт начал наконец-то впервые за всё время тренировки уставать. Проделав последнюю серию ударов ногами, он закончил тренировку. Пять минут дыхательных упражнений, и Альт подошёл к стене. На стене прикреплён электрощиток. Альт открыл его и набрал код на пульте, вмонтированном внутри щитка. Часть стены рядом с Альтом отъехала в сторону, и он зашёл внутрь. Стена тотчас встала на место, и зажёгся свет.
Это был тир Альта. О его существовании не подозревала ни одна живая душа. Исключая Роберта, если конечно его можно было назвать живой душой. Сторож Митрич наведывался, конечно же, в спортзал. Дивился, наверное, зачем одному человеку такое громадное помещение, зачем выбрасывать бешенные деньги на ветер, платить ему и за аренду («ладно бы заводик там какой-нибудь открыл, к примеру, по производству подпольной водочки, оно бы было понятней, и люди заняты, и деньжата капают. Всё дело, а так одно баловство»), но Альту впрямую ничего не говорил. И потому что платил Альт исправно и деньги немалые в наше время, всеобщих невыплат и задержек. И потому что уважал Альта. За внешность его. За хорошие манеры, вежливость. Опять же на дорогой машине ездит, видно не бедный человек, состоятельный. И к нему Митричу, человеку неприметному, относится хорошо. Но о существовании тира Митрич даже не подозревал.
Тир был также необходим Альту, как и спортзал. Уметь хорошо стрелять и всегда поддерживать это умение на высоком уровне было жизненно необходимо Альту. В силу специфики его работы.
Оружие Альт не любил, предпочитая пистолету свои кулаки. Не любил, но пользоваться мог мастерски. Потому что понимал, что не всегда можно выиграть, лишь полагаясь на своё умение рукопашного боя. Как в том случае с бандой «Отмороженных». Тогда Альт сгоряча сунулся в самое пекло к бандитам, не рассчитав своих сил, и едва не поплатился за это. Когда тебе противостоит полдюжины хорошо вооружённых и хорошо подготовленных противников, с голыми руками одолеть их бывает трудновато. «Отмороженных» Альт тогда всё же перебил, получив при этом пулю в мякоть левой руки, и на всю жизнь твёрдо решил — огневая подготовка это номер один. С тех пор прошло немало времени. Альт поменял уже несколько городов, но в каждом, обустраиваясь, обязательно заводил кроме спортзала и тир. И проводил в этом тире времени не меньше, чем в спортивном зале.
Оборудовал свой тир Альт всегда всем необходимым по высшему классу. И хорошей подборкой стрелкового оружия, как отечественного, так и зарубежного. И автоматизированной системой передвижных мишеней, появляющихся в совершенно непредсказуемых местах, управляемых при помощи компьютера. Звукоизоляция в тире была отличная, так что никто там наверху и не подозревал, что внизу в этот момент идёт настоящий бой. Бой против внезапно возникающих в самых неожиданных местах, словно тени в царстве мёртвых, передвижных мишеней. Калейдоскоп мишеней так быстро сменял друг друга, что казалось — человек не в состоянии поразить их все. Но как бы быстро и в каких бы местах не возникали мишени, Альт был обязан попасть в них до того как прозвучит звонок, означающий, что у его мнимого противника было достаточно времени, чтобы выстрелить в Альта. Это бы означало, что там наверху в реальной жизни Альт мог быть убит. А этого Альт никак не мог допустить. Потому что это была бы не только его смерть, это значило бы, что он не выполнил поставленной перед ним задачи. Это означало, что тех наверху, кого надо было спасти, уже никто не спасёт. А это было Альту тяжелее осознавать, чем свою мнимую смерть. Впрочем, этот зловещий звонок звенел не часто — за всё время не более трёх раз. Альт хорошо знал своё дело.