Чтение онлайн

ужасно исполосованной спиной.

– Бедный, - вздохнула Скирни, - уснул...

Алеста присела рядом и достала свои лекарства.

– А зачем она его заколдовала?

– Как зачем? Чтобы слушался. У него силища-то какая!

– Это правда. Такой, если захочет, всю охрану раскидает. .

– А толку-то?

– И это правда...

Для Алесты даже побег не имел никакого смысла. Она понимала, что если украдет

Сьюлли, они тут же за ненадобностью убьют Джаэко. Спасая одного сына, она теряла

второго.

– 212 -

Молчун и правда на боль не реагировал. Он даже не стонал, когда она обрабатывала

ему раны. Конечно, хорошо было иметь такого силача в приятелях, мало ли что! Но она

действовала все-таки из жалости.

На следующий день она пришла одна. Принесла миску с едой. Молчун сидел у огня и

собирал распавшуюся на прутики метлу, косматый, мощный. И жалкий, и грозный

одновременно.

– На, - она села рядом и протянула ему миску, - поешь.

Он тут же втянул ноздрями воздух, отложил метлу и начал есть. Рефлексы его были

просты. Потом он поел, насытился, увидел женщину и потянулся к ней. Алеста настолько

этого не ожидала, что визгнула и бросилась к двери.

– Ты что! Я... я.... я не за этим пришла! Не трогай меня!

Дворник от удивления застыл на месте, стоя на четвереньках.

– Ты... ты не так понял, - покраснела она, - меня нельзя трогать. Я не ваша, я

аппирка... и вообще, я замужем!

Он уставился на нее, как будто она сказала что-то невероятное. Алеста волновалась,

поэтому сама не понимала, что происходит, видела только, что ее слова возымели

действие.

– Да, - повторила она, - я замужем. Тебе, наверно, не понять, что это такое, ты вообще

слов не понимаешь... но у нас на Пьелле принято, чтобы у одной женщины был один

мужчина. Так бывает. Называется моногамия.

Она не могла уйти и бросить его в таком состоянии, но и приблизиться теперь

боялась. Все-таки в нем больше было от животного, чем от разумного существа, приручать

его следовало осторожно, жалеть тоже. Женщина пришла к нему ночью с миской еды, и он

решил по своей простоте, что ей что-то нужно от него.

Молчун сидел на земле, потрясенно глядя на нее из-под своих черных косм, как будто

женщины ни разу в жизни ему не отказывали, как будто это гром с ясного неба.

– Это у вас женщины все общие, - добавила она с досадой, - вы их даже не

спрашиваете...

– Говори, - вдруг медленно произнес он, - говори еще... я понимаю.

Самое невероятное было то, что говорила она по-аппирски, и он тоже.

– Ох...
– у Алесты даже колени подкосились, - ты понимаешь?! Ты... ты аппир?!

– Не знаю, не помню. Ничего не помню, - говорил он с трудом, как бы вспоминая

слова, - как странно...

– Милый ты мой...

Молчун сидел с потрясенным видом, как будто его только что разбудили от долгого

да еще и ударили при этом по голове. Она не менее потрясенно села рядом и погладила его

черные космы.

– Бедный мой, что они с тобой сделали!

– Не помню, - повторил он, мотая головой.

– Я все поняла! Все! Эти ублюдки используют аппиров для связи. Тебя, наверно,

похитили еще в раннем детстве, как моих детей.

– Не знаю.

– У тебя был брат? Или сестра?

Молчун даже застонал, напрягая память.

– Брат, кажется, был.

– Вот видишь! Какой ужас...

Ей было тем страшнее, что такая же участь ждала ее детей. Теперь она видела это на

живом примере. Их замучат до потери памяти, а потом превратят в бессловесных

животных, тупо подметающих хозяйские дворы, если они, конечно, не умрут раньше.

Сьюлли уже начал заикаться.

– А слуги придумали легенду, что тебя заколдовала какая-то злодейка, - с досадой

сказала она, - но уж лучше бы это было так.

– Не помню, - снова помотал головой Молчун.

– Бедный, - повторила она, - а как тебя зовут, помнишь?

– 213 -

– Ничего не помню.

– А Пьеллу помнишь?

– Пьеллу?

– Это наша планета.

– Знакомое название.

– Еще бы! Ты же аппир!

Молчун только пожал огромными плечами.

– Ты даже не похож на них, - добавила Алеста, - они все мелкие, с узкой костью, а ты

вон какой могучий. И глаза у тебя светлые. Ну-ка посмотри на меня.

Она убрала его космы с лица. Глаза у него были ясно-голубые, как будто детские, лицо

при этом суровое и обветренное, совсем немолодое и явно аппирское.

– Сколько тебе лет, Молчун?

– Не помню. Наверно, много.

– И ты все время подметаешь тут дворы?

– Нет. Я работал на каменоломне. Очень долго.

– На каменоломне?!

– Да. Потом стал задыхаться от пыли, и меня продали.

– А убежать ты не пробовал?

– Куда?

– Мало ли куда?! Это мне бежать некуда, у меня дети, я слабая женщина. А ты такой

сильный!

– Не помню. Может, и пробовал.

– Знаешь что, - предложила она, - ты молчи и слушай. А я расскажу тебе о Пьелле.

Хорошо?

Он молча кивнул.

– Ну так слушай. На Пьелле живут аппиры....

**************************************************

**********************

**********

Леций с трудом смотрел в зеленые глаза сына.

– Ну прости меня, Эд! Я был уверен, что она вернулась! Мне и в голову не пришло...

– А должно было придти! - рявкнул сын во всей злостью, - все очевидно, если

задуматься! Но тебе даже лень было о ней подумать! Кто она тебе! Но мне-то она жена,

понимаешь? Я ее люблю!

– Эд, мы все были уверены, что это ошибка, что им нужна Сандра.