Шрифт:
Чтобы изменить документ по умолчанию, отредактируйте файл "blank.fb2" вручную.
Тадер Орди
Дорога забытого знания
Как быть, если на винт твоей моторки намотало бороду водяного?
– Аркадий и Борис Стругацкие. Волны гасят ветер
Пролог
Меня переполняло торжество.
Нахальная
Все получилось, все было не зря. Остались последние шаги, необходимые меры предосторожности, и больше никогда в жизни не придется убегать, прятаться и лгать. У меня будет сила богов, я смогу дотянуться до неба, если захочу.
И почти ничего не было жаль, и я почти ничего не боялась.
У меня было три мечты -- о свободе, абсолютной и безграничной; о дороге, разнообразной и бесконечной; и о мести, беспощадной и окончательной. И я знала, что я исполню все, потому что мечты не так просто забыть.
Я свернула лист плотной тканевой бумаги, положила в бутылку и посмотрела в чистое голубое небо, не знающее людей, в котором парили непуганые птицы.
Часть первая: Реабилитация
Глава 0
В голове было восхитительно, до невесомости пусто. И только единственный вопрос бился в виски, всего четыре назойливых слова: "Что я не учла?"
Помнить свою первую мысль, знать точку отсчета - странно. Кажется, что это делает меня неправильной, в каком-то смысле менее человечной. Даже сейчас, когда я знаю достаточно фактов, чтобы мучительно хотеть забыть бескомпромиссный финал своей запутанной истории.
С другой стороны, многие факты всё еще скрыты завесой тайны. Остается лишь гадать по известным фрагментам. Думаю, оправдание бы нашлось, если бы довелось пройти весь путь заново в тех ботинках, что и в первый раз. А так, без истории, я кажусь себе гротескным персонажем из классической пьесы. Чистым злом.
В самый первый день было светло и безлюдно. Красноватый вечерний свет ложился на дощатый пол просторного коридора пыльными трапециями. Пахло сдобой - дрожжами и ванилью. Я сидела на грубой деревянной скамье, прислонившись к стене, и ждала чего-то.
Со скрипом отворилась дверь напротив, полная миловидная женщина негромко позвала:
– Кори, войдите, пожалуйста, - и деликатно уточнила.
– Кори - это вы.
Я встала. Ни тени узнавания, восхитительная пустота в голове сменилась множеством вопросов.
В просторном кабинете с бледно-зелеными стенами было прохладно. От огромных окон в стальных рамах веяло свежим влажным ветром. Вдоль стены стоял огромный стеллаж, заполненный книгами. Учебники, справочники, пособия по первой психологической помощи. "Своеобразное богатство, - мелькнуло в голове.
– Откуда?"
Женщина приветливо улыбнулась и сказала:
– Кори, вы находитесь в Реабилитационном центре города Нелоуджа. Вы понимаете, что это значит?
Я захлебнулась воздухом. Всё вдруг встало на свои места.
Я понимала.
Реабилитационный центр, большая
мрачная территория на окраине столицы, обнесенная высоким бетонным забором с несколькими проломами. Приемный покой, четыре производственных цеха и два общежития. Человек двести постоянных обитателей. Людей, которые однажды оказались на окраине города в состоянии беспамятства. Несчастных, которые не помнят своё прошлое - а никто на белом свете не помнит их.И теперь я здесь. В стандартном холщовом платье, босая и абсолютно забытая. Стёртая, как их называют в народе. Впрочем, почему "их"? Нас.
Так вот как это происходит. Оказывается, голова не совсем пуста. Я помню просторный приземистый город Нелоудж, готова поспорить, что на улице осень, а на книжной полке есть книги на едином и морэнском языках. И только про себя я не знаю ничего. Возраст, внешность, семья... Как же так?
– Присядьте, пожалуйста, - предложила женщина и придвинула на край стола пузырек. В воздухе повис острый запах нашатыря. Женщина оценивающе на меня смотрела и монотонно постукивала по крышке стола указательным пальцем правой руки. Будто замеряла время реакции.
Я села и хрипло произнесла:
– Я помню, что такое Реабилитационный центр.
– Отлично!
– обрадовалась женщина и, наконец, перестала стучать. Видимо, успокоилась, поведение в пределах нормы.
– А можете предположить какой сейчас год?
– Девятьсот четвертый от Нарисованного Знания, - на автомате ответила я.
– Чудесно! Вот видите. А месяц?
– Не знаю.
– Это нормально, - она что-то пометила в толстой записной книге.
– Закройте глаза и дотроньтесь пальцами до носа.
Я выполнила. Женщина удовлетворенно кивнула и подвинула в центр стола толстую восковую свечу:
– Зажгите, пожалуйста.
Ресурса хватало с избытком. Новой информации я сейчас получила предостаточно, хоть и безумно хотела, чтобы всё оказалось ошибкой.
Я посмотрела на фитиль и огонь загорелся.
Глава 1
Первый месяц пролетел, как во сне. Мне выделили комнату в элитном корпусе общежития - оказывается, при мне были найдены деньги, наследство из прошлой жизни. По существующим правилам десять процентов изъяли в пользу центра, а остальное пустили на оплату аренды. Хватило на целых пять лет. Мне было всё равно.
Я смотрела в зеркало на стройную брюнетку с высокими скулами и хотела обратиться к ней на "вы". Чужие люди были привычней своего отражения, городские легенды я знала лучше своего прошлого.
Со мной в комнате жила Эмми. Как выяснилось, она проснулась на двадцать один час раньше. В первый же вечер соседка, не задумываясь, изложила всю бесхитростную историю суточной жизни: у неё на лице веснушки; платье жмет в подмышках; вчера, вместе с ней пробудилась куча народа; на улице холодно. А я только слушала и кивала, тщетно пытаясь собрать цельную картину из разрозненных мыслей.
Нас обеих определили в цех по производству сувениров. Днём мы раскрашивали однообразных кукол, а вечерами играли в ассоциации с южной художницей, Зиэн, арендовавшей комнату в соседнем блоке. У художницы была смуглая кожа с зеленоватым отливом и множество вопросов.
Мы с Эмми садились на огромную кровать, заваленную черновиками, смятыми эскизами и утащенными с улиц афишами. Зиэн отворачивалась к столу, доставала карандаш и начинала очередной допрос.
– Ты получила новое знание. Откуда?