Чтение онлайн

Это было ему только на руку, меньше будет вопросов, почему он не ходит на завод, а занимается не понятной шабашкой, о которой даже и слова вымолвить не может. Николай подошёл к шкафу, собираясь взять вещи, но мелькнувшая мысль - 'а зачем', его остановила. Он развернулся и вышел из квартиры, закрыл дверь и направился к дому Марфы Игнатьевны. Всё происходило как в тумане. Адрес заказчицы он вчера только мельком прочёл, но уже знал наизусть, да и мало того, шел куда нужно, как будто перед глазами карту нарисовали. Странно конечно, он раньше за собой такие вещи не замечал. Хотя в десантуре им и твердили, что десантник

должен замечать каждую мелочь, но до запоминания адресов с одного прочтения да ещё и мельком... Это было достижение. Хотя может во всём виновато напряжение вчерашнего дня. Но, чёрт возьми, кто же всё-таки натрепался этой женщине о его проблемах?

Пройдя мимо 15-го училища по Чабанова и выйдя на развилку с улицей Вагулевского, он поднялся по ступенькам к дорожке проходящей мимо нужного ему дома. Высокий трёхметровый деревянный зелёный забор, с прибитой, колючей проволокой по верхнему краю, с железной калиткой и звонком. Николай протянул руку к звонку и...

Его пробил холодный озноб и всего затрясло, будто на улице сейчас был не тёплый весенний день, а морозная январская стужа.

Не успел он нажать на звонок, как калитка отворилась и перед ним предстала улыбающаяся Марфа Игнатьевна.

– Николай, - обрадовалась она.
– Ну, заходи, заходи. Я рада, что ты не опоздал, а то мне надо уходить по делам. Когда закончишь работать, можешь идти домой, меня не жди. Захлопнешь за собой дверь и всё. Пойдём, я тебе покажу что делать. Всё что нужно для работы, ты найдёшь в доме.

И женщина отошла в сторону, пропуская Николая во двор. И всё...

Дальше был провал в памяти. Николай очнулся, вечером, когда оказался за калиткой на улице. Он попытался припомнить, что же он делал в доме Марфы Игнатьевны, но так ничего и не мог вытянуть из своих воспоминаний, как отрезало. В них были только страх и ужас от увиденного в доме, ничего конкретного, одни первобытные эмоции. Он подёргал калитку, решив вернуться, но замок защёлкнулся, а лезть через забор... Ещё слишком светло, да и хозяйка может вернуться с минуты на минуту. Может её дождаться и поговорить?

Так, размышляя, Николай только сейчас заметил, что он ушёл уже далеко от дома Марфы Игнатьевны. Странно. Как это он умудрился уйти так далеко и не заметить этого. Вот это задумался. Ну, тогда ладно. Возвращаться незачем, завтра утром и поговорю с ней об этом. Но что же так его могло напугать?

Дискотека, проходящая в широком холле, на втором этаже Лендворца, была в самом разгаре. Музыка гремела то быстро, то медленно, мелькающая цветомузыка, стоящие и танцующие, тут и там компашки парней и девушек.

Подвыпившие Митяй и ещё один парень из банды Крыкова, пытались подкатить к стайке смеющихся девчонок, но все попытки оканчивались неудачей. Девчонки, тоже не очень трезвые, отшивали их своими шуточками, видимо не зная с кем, имеют дело. Митяй уже скрипел от злости зубами - это же надо, эти шкорки его ни во что не ставят. Он уже собрался одной из них, самой колкой на язычок, отпустить увесистую затрещину, когда его в бок пихнул дружок:

– Митяй, глянь! Это та баба с моста, которая Крыкова положила.

– Где?
– Митяй повернулся в указанном направлении, начисто позабыв о девчонке, и увидел стоящую возле лестницы вчерашнюю знакомую. Теперь она была одета в тёмно-серый брючный

костюм. Под приталенным коротким пиджаком, белая блузка. На голове чёрная фетровая шляпа. И всё это дополняли красные туфли на высоком каблуке и красные кожаные перчатки. Её светлые шелковистые волосы были рассыпаны по плечам, и колыхались в такт её движениям. Осмотрев холл из под полей своей шляпы, она остановила взгляд на обалдевших от её вида, дружках Крыкова. Затем медленно, изящно покачивая своими бёдрами, она подошла к Митяю и, прильнув почти вплотную своими алыми губами к его уху, тихо и нежно прошептала:

– Я, кажется, тебя завожу? Как насчёт жарких поцелуев и всего остального?
– Её слова пересыпались игривыми смешками, которые казалось не подобали женщине в таком возрасте.

И она нежно укусила его за мочку уха. У Митяя от такого обращения к нему, по всему телу побежали мурашки, и он застонал в предвкушении обещанного наслаждения. Это было нечто лучшее, по сравнению с тем, что могли дать эти девчонки едва вышедшие из школьного возраста.

– Куда идти, - прохрипел он осипшим голосом.

– Здесь не далеко, - нежно проведя по его щеке рукой в перчатке и улыбнувшись белозубой улыбкой, она развернулась, и начала не спеша спускаться по ступеням на первый этаж. Митяй сглотнул и беспрекословно последовал за ней. Но прежде чем скрыться из виду, женщина обернулась и, посмотрев через плечо своего спутника, нежно улыбнулась его дружку, и чуть приоткрыв рот, провела кончиком языка по алым губам. Парень, дождавшись, когда женщина и сопровождавший её Митяй скроются из виду, сунул сжавшиеся кулаки в карманы куртки и, нахмурившись, направился за ними.

Уже проходя мимо 15го училища, Митяй заметил, оглянувшись назад, что за ними следует не спеша его дружок. Он было дёрнулся в его сторону, что бы послать того куда подальше, но женщина шедшая чуть впереди него быстро схватила его под локоть и притянув к себе, тихо прошептала на ухо:

– Не стоит переживать. Всё само собой образуется, когда мы придём ко мне.

Митяй опять обомлел, от её завораживающего шёпота, и на ватных ногах последовал за своей спутницей.

– Ну, вот мы и пришли. Погоди минутку, я только отопру калитку, - и женщина, оставив Митяя, подошла к калитке в высоком заборе, и стала возиться с ключами.

Во мраке ночи мелькнула тень, к Митяю подбежал преследовавший их, парень, и схватив того за грудки, тихо прохрипел дыша ему перегаром в лицо:

– Слышь, Митяй, вали отсюда! Это моя...

Больше ничего он сказать не успел - в руке у Митяя щёлкнула выкидуха и острое жало, три раза подряд воткнулось в его живот. Дружок Митяя, хрипя и захлёбываясь, хлынувшей из горла кровью, сполз, цепляясь за одежду, к ногам, стоящего перед ним убийцы.

– Как мило, - раздался за спиной Митяя сладкий голосок его спутницы, - Обожаю жестоких мужчин.

Женщина подошла к повернувшемуся к ней и улыбающемуся безумной улыбкой Митяю, всё также продолжавшему держать в своей руке окровавленный нож. Затем она, подняв обе руки, стала нежно гладить парня по волосам, прижавшись к нему своим телом. Митяй закрыл от нахлынувшей эйфории глаза в ожидании жаркого поцелуя...

Резкий поворот головы и хруст шейных позвонков. Митяй мёртвым упал перед зловеще улыбающейся женщиной.