Чтение онлайн

Маришка кивнула и грустно улыбнулась.

– Ну, и что же вас привело к нам? Жалование не устраивает? – с участием спросила она.

– Жалование всегда всех не устраивает, – произнесла Маришка. – Но я здесь не поэтому… Дело в том, что мне нужна новая работа…

– А… Чем же вас эта не устраивает? Начальство придирается?

– Нет, меня всё устраивает, но… Я хочу уехать. Мне необходимо место в другом городе или… В общем, там, где я смогу жить и работать.

– А-а, – протянула секретарь. – Это нужно в кадровую контору или прямо к главе…

– Вы подождите немного, я постараюсь узнать, есть ли что-нибудь для вас.

– Очень

– Пока не за что, – девушка ободряюще улыбнулась и вышла.

Отсутствовала она долго, поэтому Маришка села и постаралась унять волнение. Получалось плохо. Она то и дело бросала взгляды на часы и следила за стрелками.

Вскоре секретарь вернулась и с сожалением пожала плечами. Маришка тяжело вздохнула и, прощаясь, понуро встала. Около входной двери её едва не сбил какой-то высокий незнакомец в тёмном дорогом костюме.

– Простите, пани, – сказал он на лейманском языке.

Учительница механически ответила ему и попыталась обойти.

– Пани, вы из Леймании? – мужчина вдруг остановил её.

– Нет, – Маришка отрицательно покачала головой. – Просто знаю этот язык и всё.

Секунд пятнадцать он пристально смотрел на неё, а затем спросил:

– Не сочтите за назойливость, но не могли бы вы немного рассказать о себе и своих способностях к языкам. Кто вы?

– Я учительница, – Маришка говорила на одной ноте, так как была расстроена и хотела поскорее покинуть стены этого заведения. – Обучаю детей младшего возраста, в том числе и двум языкам, но не лейманскому. В нашем городе он не востребован.

– Учительница, – удовлетворённо произнёс господин в чёрном. – Лейманский вы знаете хорошо, значит, и остальные языки тоже.

– Говорят, что неплохо.

Ничего не понимающая секретарь стояла рядом и недоумённо разглядывала беседующих.

– Вы замужем?

– Нет, – машинально ответила Маришка и опешила.

– Извините, вашим семейным положением я поинтересовался потому, что хочу предложить вам работу.

При слове «работа» девушка встрепенулась и с надеждой посмотрела на лейманца.

– Вижу, что заинтересовал. Я часто бываю в вашем городе по делам, поэтому меня попросили подыскать учителя, родившегося здесь и хорошо говорящего на лейманском. Кажется поручение нехитрое, однако долгое время мне это не удавалось. Предлагаю вам отправиться в Лейманию на работу в очень значимой школе. Вам будет предоставлено место жительства и хорошее жалование.

Маришка пришла в смятение. С одной стороны – разве не этого она хотела? Уехать и как можно скорее. А с другой стороны – Леймания. Это так далеко. И, в общем, она очень мало знала об этой стране – только то, что там живут маги, в существование которых до конца не верила.

– А у меня есть время подумать? – спросила, с надеждой глядя на собеседника.

– Нет, – твёрдо сказал он. – Думайте сейчас. Отправляться нужно сегодня вечером.

– Я… Я согласна, – выдала она робко, сделав глубокий вдох.

– Вот и прекрасно. Приглашаю вас к главе подписать необходимые документы.

Покидая отдел быстрым шагом, Маришка ещё не до конца осознавала, что теперь её жизнь круто изменится.

Цветана заметила дочь из окна и выбежала отворять дверь.

– Где ты была? – сердито спросила она. – Собирайся, мы идем к пану Ольховскому.

Девушка проигнорировала реплику и быстро направилась в спальню, на ходу хватая саквояж.

Цветана последовала

– Ты что это задумала? – спросила она с подозрением.

– Я уезжаю, мама, – прямо ответила Маришка.

– Что?!

– Я у-ез-жаю в Лей-ма-ни-ю, – по слогам произнесла дочь.

– В какую Лейманию? Что ты несёшь? Ты с ума сошла, – Цветана подбежала к кровати и опрокинула саквояж на пол.

По-прежнему не обращая внимания на мать, девушка быстро и аккуратно сложила в чемодан свой гардероб и, придавив коленом, плотно закрыла крышу.

– Мне предложили хорошее место и достойное жалование. Я уезжаю прямо сегодня. Прошу, не устраивай сцен. Давай попрощаемся как нормальные люди. По прибытию на место я напишу тебе и расскажу, как устроилась.

Поняв, что дочь не шутит, Цветана побагровела и, широко открыв глаза, заорала:

– Ты плохо меня слышишь?! Тогда я скажу громче! Ты никуда не поедешь! Останешься дома и выйдешь замуж за пана Ольховского!!! Я запрещаю тебе даже думать о каких-то поездках!

Услышав рык матери, Маришка побледнела и задрожала, но выстояла и, запинаясь, ответила:

– Ты не можешь мне запрещать, мама. Я совершеннолетняя и могу делать, что хочу. Прошу, прекрати скандалить.

С этими словами она схватила тяжёлый чемодан и направилась к двери. Цветана быстро отрезала ей путь и толкнула на кровать. Не ожидая атаки, девушка отлетела к стене и ударилась головой. Её скромные пожитки рассыпались по всей спальне. Прийти в себя она не успела. Цветана выскочила из спальни и закрыла дверь. Шокированная Маришка услышала, как мать придвигает что-то с другой стороны. Держась за затылок, она соскользнула с постели и подбежала к двери, толкнув её.

– Открой, мама, что ты делаешь?

– Запираю умалишённую дочь.

– Из нас двоих умалишённая – ты! – крикнула Маришка.

На этот раз Цветана не ответила, а через две минуты девушка услышала скрежет оконных ставней. Мать тщательно закрывала их.

– Мама, перестань, мама, прошу тебя! Я всё равно уеду! – закричала Маришка, стуча ладонями по стеклам.

– Думать забудь! – прозвучал громкий ответ. – Посидишь пока взаперти, а я приведу сюда пана Ольховского. Пусть женится на тебе немедленно! Ничего! Ты же мне потом ещё спасибо скажешь!

Не в силах спорить, Маришка схватилась за ноющий затылок и медленно села на пол.

Прошло несколько минут, прежде чем она снова смогла соображать.

– Вот это да. Мама побила меня, поставила, нет, забросила в угол и сказала, что я нехорошо поступаю. Вот это да! Раньше такого не было… Всё когда-нибудь случается в первый раз.

Пробормотав это себе под нос, Маришка нагнулась и стала собирать разбросанные по комнате вещи. На этот раз она сложила их не так аккуратно, поэтому пухлый чемодан не закрывался. Пришлось снова всё вытаскивать и укладывать снова. Наконец вещи были собраны. Девушка подошла к двери и с силой дёрнула за ручку, а потом налегла плечом. Старые дубовые доски не поддавались. Сдвинув брови, она оглядела комнату и остановилась на окне. Через мгновение рамы были открыты, но ставни снаружи наглухо замуровывали выход, и учительница напрасно трясла их, что есть мочи. Они не поддавались. Маришка закусила губу, снова оглянулась по сторонам, и, вспомнив что-то, открыла свою тумбочку, достав оттуда небольшие ножницы. Схватив их, она вернулась к окну и просунула лезвие в щель между ставней.