Долг воина
Шрифт:
— Честные слуги, которым разрешено выходить, наверняка пошли бы через главные ворота? — Собственные подозрения Темара возросли.
— Прокляни их Даст, — зло выругался Райшед. — Может, это ерунда, но иногда воры пользуются наплывом гостей в праздник. Я пойду обратно и скажу Нейру, чтобы проверял всех выходящих. Ты иди к конюшням и скажи дежурному, чтобы перестал считать ворон. Вели закрыть ворота.
Темару не надо было повторять дважды. Он легко побежал по затененной дорожке, по старой привычке удерживая на бедре меч.
Конюшенный двор выходил на узкую дорогу, огибавшую резиденцию. Главное строение было низким и широким, и когда юноша пробегал
Темар подбежал к часовому, который сидел в уютном местечке у ворот.
— Ты… кто-нибудь проходил за последние несколько минут?
Часовой встал навытяжку.
— Нет, эсквайр, никто.
Юноша никогда его прежде не видел, но этот присягнувший встретил Д'Алсеннена с должной учтивостью. Райшед был прав.
— Избранный Татель подозревает, что в парке воры, — коротко сказал Темар. — Закрой ворота и никого не пропускай без чьего-нибудь поручительства.
Часовой немедленно дунул три раза в свисток, висевший у него на шее. Из нового здания выбежали четверо присягнувших.
— Райшед говорит, в саду крысы, — объяснил часовой. — Вы двое, идите туда. Иффа, поднимай казармы.
Оставшийся помог ему закрыть тяжелые ворота.
— В чем дело? — крикнул кто-то со стены над их головами.
— Райшед видел воришек в парке, — откликнулся часовой.
— Здесь, наверху, никого не было. — Но голос уже уходил в темноту, где деревья, растущие с той стороны, свешивали над стеной черные тени.
— Вам лучше уйти в резиденцию, эсквайр, там безопаснее, — слегка извиняющимся тоном посоветовал часовой. — Кажется, дамы проводят музыкальный вечер?
Темар кивнул, но не ответил. В конце концов, у него с собой меч, и он умеет им пользоваться, чего не скажешь об этих модных дворянах, которые прячутся в доме. Снова раздались пронзительные свисты, одни — высоко на стенах, другие — где-то неподалеку: часовые отвечали трелям из сторожки.
Глухо забухали тяжелые сапоги, и стражник в мундире резко остановился перед юношей.
— Назовитесь! А, эсквайр, прошу прощения, но разве вы не должны быть в доме?
— Где Райшед? — Темар призвал всю властность своего деда.
— Вон там, идет проверять кухонный двор, — немедленно ответил стражник.
— Я ему помогу.
Юноша свернул на дорожку, которая, как он надеялся, приведет его куда нужно. В темноте эти кусты просто сбивают с толку, зло подумал эсквайр. Свет упал поперек дорожки, когда распахнулись ставни на одном из верхних окон. Любопытные лица выглянули в ночь, и клавесин замолчал, но через минуту вновь заиграл свою беззаботную мелодию.
Темар пытался сориентироваться, придерживая меч за рукоять. Если это новый, западный фасад, значит, кухни с другой стороны дома, где теперь комнаты для слуг, а в его время это был, вероятно, огромный зал. Он обошел низкую стену, огибавшую кухонный двор, и двое мужчин с Райшедом одновременно наставили на
него клинки.— Д'Алсеннен! — назвался Темар, когда к нему вернулось дыхание.
— Что-нибудь видел? — спросил Райшед.
Юноша покачал головой.
— Но конюшенные ворота закрыты, и люди на стенах уже настороже. И не говори, что мне следует сидеть в безопасности за дверями. — Он упреждающе взглянул на Райшеда. — У меня две здоровые руки, а у тебя только одна.
Воин усмехнулся.
— Тогда следи за моей спиной. — Он взвесил в здоровой руке одолженную дубинку. — Вы двое, выверните этот двор наизнанку. Мы возьмем травяной сад.
Когда те двое начали досконально обыскивать все углы и щели, Райшед повел Темара через арку, украшенную розовой гирляндой, в огороженный садик. По его кивку юноша направился к дальней стороне, следуя по узкой дорожке между низкими бордюрами из лаванды, обрамляющими аккуратные узоры пряных трав. На маленьком постаменте в центре сада возвышалась статуя Ларазион, убранная праздничной гирляндой. Богиня протягивала каменную ветку, на которой были сразу и бутоны, и цветы, и плоды. Выпадала роса, пробуждая запахи трав, и Темар ощутил знакомое благоухание — его шаги потревожили тимьян, растущий плотным ковром, и шалфей, поднимающий мохнатые листья, посеребренные Малой луной. Мята замахала черными веточками, когда юноша слегка задел ее, проходя мимо.
— Проверим склад. — Райшед указал на каменное строение, спрятанное в густой изгороди из остролиста, которая отгораживала садик от кухонного двора.
Юноша всмотрелся в углубленный дверной проем. Что это — чье-то движение или проделки темноты? Он вытащил меч.
Три настойчивых свиста прозвучали у северной стены. Следом раздались крики. Райшед и Темар повернулись, и в это мгновение фигура в капюшоне выскочила из укрытия остролиста, топча побеги фенхеля и окопника. Эсквайр прыгнул на незнакомца, но поскользнулся на раздавленной траве. Он упал на колено, и вор ударом ноги вышиб у него меч. Темар вскочил, обхватил незнакомца за талию и пытался его свалить. Тот упорно сопротивлялся, извивался и зверски колотил без разбору кулаками. Удар по голове был такой силы, что юноша невольно разжал руки.
— Врешь, не уйдешь! — Райшед низко взмахнул дубинкой и огрел незваного гостя сзади под колено. Мужчина упал, и Темар прижал его к земле среди пьянящего аромата смятых трав, но злодей вывернулся, каким-то необъяснимым образом изогнувшись всем телом, и дал деру. Райшед не смог достать его своей дубинкой и погнался за ним в темноту парка. Юноша помчался следом, тяжело дыша, поднятый меч блестел в ночи.
— Куда он побежал? — Райшед медленно повернулся.
Темар осмотрел узорчатые тени живой изгороди и клумбы, в голове у него шумело. Снова зазвучали свистки, но уже в отдалении, за стеной, насколько мог судить юноша. Выходит, один сбежал? Сэдриновы потроха, им лучше поймать второго! Случайный хруст гравия под сапогом вознаградил его немую молитву.
— За конюшнями, — прошептал Темар.
Райшед согласно кивнул, и они пошли через темноту, торопливо, по не теряя бдительности.
Малая луна все еще была полной, и в ее свете эсквайр заметил черную фигуру, лежащую на краю крыши одной из служб, пристроенных вдоль внутренней стороны полого квадрата конюшен. Он молча указал на нее Райшеду. Избранный кивком указал ему на угол между постройками, а сам двинулся к открытому концу. Темар осторожно прошел по рассыпанной соломе, пе сводя глаз с черной фигуры. Она лежала неподвижно, и юноша вдруг испугался, что это просто какая-то игра теней.