Чтение онлайн

При воспоминании о доме Винченцо улыбнулся. Когда он был там в последний раз, отец подыскал ему славную невесту. Торговые дела налаживались, и можно было бы остаться в городе. Только мысль подкопить ещё и нежелание расстаться с доходным местом заставили его вернуться в Романьяно. Но хватит, больше он не станет откладывать. На рождество Христово назначена свадьба. Пора наконец обзавестись семьёй и жить независимо.

Внезапно мечты его были прерваны. За поворотом тропинки показались вооружённые люди. Кастелян остановил коня.

— Похоже, засада, — сказал он напарнику. — Приготовь-ка арбалет [19]

да поторопи отставших!

— Не лучше ли повернуть назад? — неохотно взялся за оружие солдат.

— Что ты болтаешь, трус! Никогда ещё я не отдавал добычи без боя! — Винченцо отстегнул от седла щит.

Сзади подъехали несколько латников. За ними показались бредущие гурьбой овцы.

— Чёрт бы побрал скотину! — выругался кастелян.

Между тем от стоявшей на дороге группы отделился всадник. Он выехал вперёд и властно приказал:

— Сложите оружие и не вздумайте бежать, не то повесим на ближайшем дубе!

— Кто вы такие, чтобы угрожать в чужих владениях? — спросил Винченцо.

— Те, кто заставит тебя ответить за жестокость!

Кастелян узнал человека, платившего за Исидоро. Он выхватил меч.

Враги ринулись навстречу друг другу. Хотя Винченцо был хром, он считался отличным наездником и рубакой. Мало кто мог устоять против него в одиночном бою. Торопясь выиграть первую схватку, чтобы дать своим людям возможность собраться, кастелян обрушился на противника.

Однако скоро он убедился, что тот обладает не менее верным глазом и силой. Выдержав натиск и отразив все удары, незнакомец сам передал в нападение и стал теснить его к краю тропинки. Тогда Винченцо решился на отчаянный приём. Сделав вид, что падает, он резко подался вперёд и вонзил меч в шею вражеского коня.

Дольчино заметил коварную уловку.

— Подлый трус! — воскликнул он и в тот момент, когда кастелян пытался выпрямиться в седле, нанёс ему по шлему такой удар, что Винченцо замертво повалился на землю.

Победитель едва успел соскочить с коня, как раненое животное рухнуло, придавив своего убийцу.

Пока длился короткий бой, в кустах по обе стороны тропинки показались вооружённые воины.

Увидев, что их окружили, солдаты побросали оружие. Многие даже не успели освободиться от мешков и корзин.

Дольчино приказал увести пленных на монастырский двор.

— Как быть с этим воякой? — спросил Паоло, вытаскивая из-под лошади оглушённого кастеляна. — Он ещё дышит.

— Приведи его в чувство. Наш разговор с ним не окончен.

Паоло пинками принялся воскрешать Винченцо.

— Куда девать скотину? — указал один из братьев на сбившихся в кучу овец и телёнка.

— Завтра вернём её прежним владельцам, — сказал Дольчино, — пока же пусть и она погостит в святой обители.

… На монастырском дворе у ярко пылающего костра собрались братья. Большинство были вооружены луками и топорами. Лишь немногие имели панцири и мечи. В углу у стены стояли полураздетые латники и очнувшийся кастелян.

Дольчино подошёл к пленникам.

— Возьми-ка

плеть, Винченцо, — обратился он к управителю замка, — да всыпь своим наёмникам по пяти ударов каждому. Они часто смотрели, как гуляла эта плеть по спинам других, пусть теперь испытают её на собственной шкуре.

— Но бей так, как ты сёк недавно крестьян, — наставительно изрёк брат Ремо.

Винченцо поднял голову. На его губах мелькнула злорадная улыбка.

— Кажется, он не собирается щадить их, — сказала Маргарита стоявшему рядом Паоло.

Кастеляну подвели латника, который ехал с ним впереди отряда.

— Что же ты не стрелял, собака? — прошептал Винченцо со злостью.

Плеть со свистом опустилась на спину солдата. Тот вскрикнул от боли.

— Браво, Винченцо! Мастерский удар!.. Теперь мы видим — тебя недаром жалуют сеньоры, — раздались подбадривающие возгласы.

Кастелян стал ожесточённо наносить удары. После каждого из них запертые в часовне монахи вздрагивали от пронзительного крика.

— Хватит с этого! Оставь для других! — внезапно зашумели зрители, когда Винченцо в шестой раз прошёлся по спине подчинённого.

К управляющему подвели следующего латника. Экзекуция продолжалась. В этот момент к Дольчино подошёл один из братьев:

— На дороге задержали крестьян из Прато. Они говорят, что шли к тебе.

Дольчино поспешил навстречу друзьям.

— Вы явились вовремя, — приветствовал он дожидавшихся у ворот Джино, Стефано и подручных кузнеца. — Сейчас полюбуетесь на зрелище.

— Уж не поджаривают ли там монастырскую братию? — улыбнулся Джино, прислушиваясь к воплям.

— Это Винченцо потчует своих. Подойдём ближе. Только держитесь в тени, чтобы вас не приметили.

Они подошли к костру и смешались с толпой. Кастелян как раз кончил порку очередного солдата и устало опустил руку.

— Что, выдохся? Подкрепись для бодрости! — Кто-то со смехом протянул Винченцо пустую кружку.

Тот зло отшвырнул её в сторону и снова молча принялся работать плетью. Когда последний латник получил свои пять ударов, кастелян бросил плеть и повернулся к Дольчино:

— Я уплачу тридцать золотых флоринов, если отпустите меня. — Он хмуро посмотрел на окружающих.

— Не торопись, Винченцо, — сказал Дольчино, доставая толстую книгу счётов. — Ты обещал познакомить меня со своей арифметикой. Теперь у нас есть время заняться ею, — он не спеша отыскал нужную страницу. — Вот здесь записано, что крестьянин Исидоро из Прато должен сеньору Бруцати дель Романьяно полфлорина, ты же содрал с него больше семи. Ну-ка, прикинь разницу.

— Я дам вам пятьдесят и позволю убраться отсюда целыми, — гордо добавил кастелян, не скрывая презрения.

— Прежде чем будешь рассчитываться с нами, — возразил Дольчино, — тебе придётся заплатить долг своим солдатам.

Он поднял с земли брошенную плётку. Братья шумно одобрили приговор.

— Они не посмеют бить меня! — начиная терять самообладание, воскликнул Винченцо.

— Это мы сейчас увидим, — невозмутимо сказал брат Ремо, передавая плеть одному из латников.

Разъярённые от перенесённой боли, солдаты принялись по очереди хлестать Винченцо. Когда плеть побывала у большинства из них и истошные крики кастеляна перешли в едва различимые стоны, Дольчино остановил латников.