Дочь Мидисы
Шрифт:
Айе около 23, она одна из рабынь старшего сына хозяина Марина и уже имела сына 4 лет. Чистокровная талийка, спокойная, тихая, вдумчивая девушка.
Ближе к вечеру я ходила на танцы и игру на уде, так как не являлась рабыней в чьем-либо гареме и была старше 6 лет. Это разновидность музыкальных похожая на северную гитару или лютню. С остальными инструментами у меня не особо сложилось. Пела я тоже не очень. Голос конечно поставили, но до многих в нашем гареме мне было очень далеко.
Для того чтобы попасть в музыкальный зал мне нужно было выйти из коридора для слуг и подняться в гаремное крыло. Где я, собственно, и спала в одной из небольших комнаток. А это значило, что стоило идти осторожнее, чтобы не попасться кому-то из сыновей хозяина. Они иногда приходили в гарем,
Крыло для слуг выглядит просто, ничего лишнего. Вся красота идёт снаружи, чтобы казалось, что дом утопает в зелени и цветах. Внутри голые сплошные переходы коридоров с застеленными полами циновками, которые служанки сами сплели в свободное время. Через каждые три метра висели из потолка небольшие металлические светильники похожие на маленькие светлячки, стандартные, самые дешевые артефакты света. Закрытыми переходами и скрытыми ходами пользовались только слуги в этой части дома. Отдельные скрытые переходы также находились с выходами в спальни хозяев, в кабинетах. Где они находились — знают только сами владельцы дома. Это закрытая информация, что передается только внутри семьи. Используются такие переходы в экстренных ситуациях. Например, если нападут или возникнет пожар.
И вот я прохожу один поворот, второй, открываю скрытую панель — дверь. С этого момента начинается гаремное крыло.
Гаремное крыло отличалось радикально. Коридор был уже не внутренний сплошной, а с одной стороны стена, с другой — с видом на сад. Со стороны сада были красивые перила с балюстрадой и колонны. Частично все это оплетено вьющимися растениями с цветами, стояли большие горшки мне по пояс с раскидистыми листьями растений вдоль стен. За ними можно было спрятать не только одну меня, а может даже три меня или здорового мужика. Если бы не защитные амулеты, то не самое безопасное место. Посередине коридора располагались большие витые двери, через которые ты входил в общее помещение, из которого уже ты попадал в коридор с маленькими личными комнатами девушек.
Напротив входных дверей располагался небольшой балкончик, из которого был виден основной двор и, если хозяин хотел сделать какое-то объявление, а чаще продемонстрировать свою власть, устрашить и наказать непокорного, мы собирались там. Ровно под нашим балконом, думается мне неспроста выбрано это место, находился столб, на котором часто секли провинившихся. Реже казнили. Хотя бывали и такие случаи.
Внутри помещений тоже было все изящно: окна с темными деревянными ставнями из мелких узоров, завешанные полупрозрачными занавесками, призванными приглушить солнце в яркий день. На проходах висели те же полупрозрачные шторы в цвет с окнами. Они же висели и в самом помещении, зафиксированные декоративными шнурами, создающие как бы рисунок из тканей на потолке. При необходимости девушки их распускали и делили комнату на маленькие приватные зоны, где лежали цветные подушки, ковры и столики с угощениями, чтобы посекретничать или обсудить что-то своим кружком. Светильники тоже уже поинтереснее, чем у слуг, но скорее просто изящные шарики с колпачком из декоративной стеклянной мозаики. На этом все.
У наложниц и жен планировка была та же, но роскошнее с фонтаном по центру в общем помещении, с большим балконом с видом на сад, а не на основную площадь. Ковры роскошнее и пушистее, светильники уже скорее произведения искусства, очень изящные и похожие на маленьких невиданных птиц. И, конечно, полагались роскошные, из дорогих тканей наряды, драгоценности, о которых мы пока могли только мечтать. Они, конечно, были, но из ткани попроще и бижутерия. Да и комнатки у нас были маленькие, с небольшими окнами у каждой, что было уже благом. Я легко в них протискиваясь, проверено. Но вот девушка более пышная уже не смогла бы. У наложниц же были достаточно большие хоромы у каждой, гардеробные, личные купальни, окна в полный рост с маленькой узкой дверкой, чтобы при желании можно было открыть и впустить воздух. И конечно служанки. Чем выше по статусу наложница, тем больше служанок и роскошнее наряды, украшения.
Знаю, поскольку часто приходится ходить в это крыло
лечить или носить те, или иные зелья наложницам.Кстати, комнаты для слуг чаще всего были ещё меньше наших и без окон. Только те, кто занимал более ценные позиции имели комнаты с окнами и больший размер. Слава Светлой, маму Аришу хозяин ценил и у нее было небольшое оконце, выходящее во внутренний двор.
Выйдя в общий зал, обнаружила, что почти все девочки уже ушли в класс. Добежала до своей комнатушки и, быстро скинув одежду, переоделась в топ и шаровары с бубенцами. Наряд был стандартного серого цвета с крупным символом дома на груди и на штанинах. Далее прошла по паре коридоров, отодвигая завешанные полупрозрачным газом арки переходов, поднимаюсь по лестнице, и вот уже видна приоткрытая дверь музыкального зала.
Пока я пробегала из одной части дома в другую уже стемнело и зажглись светильники. Лучше мне от этого ни разу не стало. У нас на юге переход от дня к ночи всегда резкий. Буквально полчаса и из яркого дня на землю опускалась ночь.
И только я хотела пройти в класс, как холод пробрался куда-то под кожу замораживая грудную клетку и холодя пальцы рук. Я, не думая, спряталась за горшок с цветком, благо, это мое спасение, что они такие раскидистые, и стала ждать что произойдет.
Через секунд 15 из зала вышел Марин.
Теперь понятно, от чего меня сковал холод. Я предчувствовала неприятные или опасные мне моменты, но дальностью буквально пять, может десять минут от настоящего. Пару раз случалось чувствовать наоборот как солнце греет внутри. Это значило что-то крайне важное и хорошее в ближайшее же время. Так было когда я нашла пару очень важных ингредиентов для зелий и когда очень уж удачно задержалась в коридоре и не попала на одного очень назойливого гостя, что вне аукциона выкупил себе наложницу. Нате тогда не повезло. Хотя. может и повезло. Она уже считалась перестарком и задержалась тут.
Да, ещё один важный момент. На мне, как и на всех рабах, был надет ошейник. А они были разные. Разделялись по внешнему виду и по назначению:
— Мужчинам — воинам ошейники делаются как лента, охватывающая шею, состоящая из небольших звеньев где-то 3 на 2 см.
— Слугам, вне зависимости от пола, делались более свободные ошейники. Они выглядели как достаточно толстые цепочки с небольшой металлической пряжкой, лежащей на ключицах.
— В гареме девушкам на продажу ошейники делались внешне напоминающие крупную бронзовую пластину, что лежала немного ниже ключиц и держалась на цепочке вокруг шеи.
— Наложницам же делали целые произведения искусства, зачастую ручной работы и из драгоценных металлов, например, золота. Но в каждое украшение обязательно входил небольшая пластина — кругляш размером опять же 3 на 2 см.
По функционалу ошейники давали хозяину возможность при желании узнать где ты. Достаточно закрыть глаза и сконцентрироваться. Но эта функция работала только на небольшой радиус, вроде территории нашего поместья. Далее же хозяин мог почувствовать только жив ли раб и направление, где тот находится. Если ошейники делались для воинов, то часто хозяин ментально мог причинить сильную боль или даже убить раба. Даже если раб находился далеко. Так же они гасили нашу магию. Другой момент, что именно это дополнение ввели что-то около 20 с чем-то лет назад из-за рабов, захваченных в войне с Кадонией, до этого с Мидисой. Но и тут был момент. Сильные маги, если и попадали в такое окружение, что не вырваться — предпочитали умереть, но не давали себя поработить.
Поэтому, когда настраивали ошейники, ориентировались на тех, кто был. Моя магия, видимо, сильнее. Поэтому хоть немного, но прорывалась. Правда, бывали и неприятные осечки. Интуиция молчала, когда должна была предупредить. Поэтому я все равно старалась смотреть в оба. К тому же интуиция — лишь одна из моих сил. Я так же чувствовала воду. Когда я была одна или с мамой Аришей могла немного потренироваться. Конечно, такие ситуации, чтобы мы с ней были наедине случались редко и она каждый раз страшно переживала, но хоть какая-то практика. Я читала, что если магию совсем не использовать, то она могла и пропасть спустя время.