Чтение онлайн

— Прости… — шепнул он мне на ухо, водя кончиком носа от моего виска до щеки.

— Все в порядке, я не з-знала, не предполагала, что подобное может случиться, и с кем? С Юро. Он в-ведь оборотень, и всегда был таким жизнерадостным, беззаботным, а т-тут… — я постаралась говорить спокойно, но мой голос предательски дрожал.

— Кровавая луна одно из испытаний каждого оборотня. Твой напарник знал о ее действии, но вместо того, чтобы заменить себя на посту кем-то другим, отправился сам. И вот что из этого вышло. Когда ты вернешься, он будет мучиться раскаянием, и оно послужит ему лучшим наказанием.

—

Откуда ты все знаешь?

— Я стараюсь не упускать твою жизнь из поля зрения, но сегодня меня отвлекли мои обязанности.

— Поэтому ты не сразу пришел на мой зов?

Демон кивнул, и еще крепче прижал меня к себе.

— От тебя пахнет страхом, мне это не нравится.

Мне самой стало противно от этого чувства, захотелось смыть с себя все то липкое, что могло остаться на моих бедрах. Демон отнес меня в ванную и поставил на мягкий коврик.

— Здесь есть все необходимое, когда будешь готова — выходи, — он подошел к двери, но я перехватила его за запястье.

— Останься со мной, — я сдернула с себя остатки одежды, клочьями упавшие к моим ногам.

Демон осмотрел мое тело, увидел ссадины и налившиеся багровым цветом синяки в тех местах, за которые оборотень держал меня, и я услышала не то рык, не то свист, вырвавшийся сквозь его стиснутые зубы.

Астарот кивнул, и теперь я залюбовалась его нагим телом. Каждый рельеф и изгиб, темные волосы на груди и ниже живота, почерневшие ногти и заострившиеся клыки.

Когда в ванне набралась горячая вода, он снова поднял меня на руки и вместе со мной погрузился в нее. Я откинула голову ему на плечо, одной рукой он обнимал меня за грудь, а другой гладил по мокрым волосам. Нас укрывала мягкая пена, и я едва не задремала, разморенная теплом и уютом. С ним мне всегда было спокойно.

— Я уложу тебя в кровать. Ты нуждаешься в отдыхе, — прошептал он, нежно прикусывая ухо, водя кончиком языка по влажной шее.

Я повернулась к нему и без стеснения заглянула в глаза. Так долго, я никогда и никому не смотрела в глаза. Мои губы расплылись в довольной улыбке, и я поцеловала его. Осторожно, не так умело, как хотела, прекрасно понимая, что у Астарота было множество демониц, искушенных в этом деле. А я… обычный человек, смертная, каким-то образом оказавшаяся с ним связана.

Он не остановил меня, ничего не сказал, а просто ответил на поцелуй. Поудобнее устроив меня на своих бедрах, и я почувствовала его твердую плоть.

«Жизнь — одна», — сказала самой себе я, выгибаясь назад и чувствуя, как моя грудь попала под ласку его губ и языка. Как одна его рука держит меня за затылок, а пальцы другой скользят между ног. Это было не грубо, как с Юро, оборотень просто лапал меня, желая поиметь, как настоящее животное.

Астарот действовал иначе — и в какой-то момент я сама поняла, что мне нужно делать. Меня крепко обнимали за бедра, нежно целуя в плечи, шепча ободряющие слова, когда я ощутила острую боль, которая продолжалась до тех пор, пока мне не стало немного легче.

— Сейчас мы закончим, твоему человеческому телу нужно больше времени, чтобы оно зажило. Но я безмерно счастлив, что ты одарила меня правом первого обладания тобой и твоей душой, — говорил он, когда я лежала, одетая в пижаму в его постели.

Его горячая ладонь гладила меня по животу,

и боль внизу постепенно проходила. Он остановил кровотечение и подлечил меня, целуя мои руки. В его глазах я видела искреннюю благодарность, и я ни о чем не сожалела. Сожаление — это пустая трата времени и без того короткой жизни.

Будь это Юро, я бы точно сожалела, но не когда это тот, кто заботится о тебе, кто так ласков и бережен. Я не думала о нашем будущем, не думала, что может быть завтра. Мне хотелось наслаждаться этим мигом.

Астарот не оставил меня одну: он был рядом, когда я уснула и проснулась. Окутав меня своим теплом, он помог мне позабыть события минувшей ночи.

Напоследок, перед тем как отправить меня в мою комнату в общежитие, демон долго целовал меня в губы, оставив их припухлыми от укусов.

— Когда кто-то хочет причинить тебе боль — не позволяй жалости охватить твой разум. Нужно самой стать убийцей, чтобы не убили тебя.

Я запомнила его слова. Он был прав. Мой демон… он знал и видел куда больше чем я, мой отец и другие.

Глава 16

Целую неделю мне удавалось избегать встречи с Юро. Оборотень, как назло, появлялся именно в тех местах, в которых я пыталась найти уединение, чтобы позаниматься. И единственным убежищем — была моя комната.

Братья тоже не появлялись. Они были заняты обучением студентов, и мы редко пересекались для беседы. Порой, встречались в аудиториях, откуда они выходили, обсудив с преподавателями моменты учебы и дополнительных занятий для того или другого третьекурсника.

По пути в библиотеку я увидела стоящего у двери Юро. Оборотень не отводил от меня взгляда, полного… тоски. Но, при виде печали на его лице, ничто внутри меня не дрогнуло. К Юро я испытывала гнев, раздражение и жажду отомстить. Я была злопамятна: и одно нахождение рядом с тем, кто мог искалечить мое до тех пор невинное тело, заставляло меня содрогнуться от отвращения. В висках неприятно застучало, пальцы сжались в кулаки. Я смело заглянула ему в глаза, надеясь, что он почувствует мое негодование.

— Диа…валь, я хотел поговорить с тобой о нашем последнем дежурстве, — его взгляд остановился на блеснувшем на моей шее кулоне.

Перед возвращением в Виверну из мира демонов, Астарот отдал мне сорванный оборотнем артефакт в целости и сохранности.

Юро осмотрелся по сторонам и открыл дверь в библиотеку, сейчас там никого не было. В такое время все студенты обычно разбредались по своим комнатам. На сегодня учеба закончилась, за окном постепенно смеркалось и небо расчертили алые, как цвет глаз Астарота, полосы. Воспоминание о ночи, проведенной с демоном, немного меня успокоило.

Мысленно я давно представляла, что сделала бы с одержимым кровавой луной оборотнем, возможно… я даже желала ему смерти.

Юро выжидающе смотрел на меня, и я вошла в библиотеку, дверь со скрипом закрылась. Он оперся о нее и долго рассматривал меня, я же не замечала его умоляющего, жалобного, как у щенка, взгляда. Щенок, да, именно им он сейчас и был. Сущность волка спряталась глубоко, и если он вздумает показать ее, я не отвечаю за сохранность его тела.

— Слушаю тебя, — высокомерно сказала я.