Чтение онлайн

Какое-то время Удиму выяснял у старшей жрицы храма все подробности случившегося. И как удалось выяснить, Снеферка пробралась на один из причаливающих к побережью возле храма барисов.

Весь следующий день верховный жрец выяснял, что за барисы причаливали в это время и куда они держали путь.

Оказалось, их было пять, два отплыли на Биау и везли папирус, вернуться они должны были с бирюзой. Ещё два поплыли в земли хеттов, а один из барисов поплыл в Тинис.

Удиму недолго думая, решил отправиться нагонять груженные барисы, его лодка была легче и быстрее. Те, что шли в Биау он нагнал,

Хеттские барисы он даже не пытался догонять. Хетты давние враги египтян, не одна война была между этими народами. Сейчас временное затишье, мир заключенный фараоном Каа и хеттским царём Хаттусили I[2] Но осмотр лодок хеттов являлся бы объявлением войны, и позволить такое без разрешения фараона верховный жрец не решился.

Оставалось только одно, возвращаться в Тинис и там искать барис, если повезёт, девчонку по имени Снеферка. И если они её не найдут, то на помилование сына от фараона, Удиму нечего и рассчитывать.

[1]Храмы не предназначались для публичного посещения — они считались жилищами и святилищами божеств. В храмы могли входить только фараон, жрецы и жрицы. Народ мог приходить к храмам только помолиться по религиозным праздникам.

[2] Хетты не единожды воевали с египтянами, и периодически заключался мир, войны заканчивались свадьбами. Фараоны не отдавали своих дочерей за границы Египта, а вот сами не единожды женились на хеттских принцессах. Например, у Рамзес II были жены хеттские принцессы, старшая Маатхорнеферуре и затем младшая её сестра, стали жёнами фараона. Обратите внимание, жен у фараона было много, но всегда была главная или старшая жена, она и была царицей.

Египет 2900 год до н.э. Тинис, дворец фараона.

Я проснулась от того, что кошка лизала мне руку. Открыв глаза, я увидела эту самую кошку, и она была больше всех виденных мной до того. В храме было с десяток этих священных животных, их почитали во всём Египте.

Но вот эта, сейчас так усердно зализывающая мою рану была в два раза больше тех из храма. Протянув руку, я прикоснулась к её мягкой шкурке, с любопытством рассматривая её окрас. Он был не такой как у храмовых кошек, пятнышки были на всем светлом, почти белом, окрасе шкурки.

Приподнявшись, я стала осматриваться, решетка была вдали, от неё мы были перекрыты кустами и парой больших валунов.

Кошка рядом тоже приподнялась и стала тереться об мою ногу. А потом, открыв пасть, стала издавать звуки, которые были похожи на кошачье мурлыканье, но были намного громче. Она пару раз громко мурлыкнула, и тут вдруг со стороны одного из кустов послышался шум.

Я удивленно посмотрела в ту сторону и увидела, как из кустов появилась ещё одна кошка. Но размер её был настолько большим, что мне показалось, что она не уступит в высоте и длине небольшому мулу.

Громадная кошка приближалась, а я в этот миг думала о том, куда же попала. Остолбенев смотрела, как она остановилась возле меня и потянула носом, принюхиваясь ко мне.

Мне впервые встретились такие большие кошки, но испуга не было, было лишь удивление. Большая кошка в этот момент наклонилась и лизнула ту, что

И тут у меня в животе у меня заурчало, очень давно уж я не ела. Большая кошка, вновь удивив меня, лизнула мне сначала пораненную руку, а затем ещё и лицо.

А затем она подхватила маленькую кошку за загривок зубами и потащила её в сторону кустов. Тут я уж поняла, что маленькая это её котёнок.

Мне ничего не оставалось, как пойти за ними. Возможно, я найду немного еды, или хотя бы воду. И действительно, вода была в большом глиняном корыте. Рукой, зачерпывая воду, я напилась.

Кошки в это время расположились на песке поблизости, а котёнок усердно наминая живот матери, пил молоко.

Я стала осматриваться, внимательно посмотрев на решетку, она была за кустами. Поднявшись на ноги, пошла к ней и затем медленно прошлась вдоль неё, и как оказалось, вернулась к месту с которого начала обход. Тут только я поняла, что это большая клетка, в которой живут эти две кошки.

Скорее это даже целый загон, с кустами, камнями и даже с небольшой пещеркой — домом для кошек.

Мне ничего не оставалось, как поискать еду и вскоре я её нашла. Это были куски сырого мяса, и оно уже было сильно заветренным. Есть хотелось сильно, да и что я только не ела пока жила в храме, я взяла этот кусок и впившись зубами, оторвала маленький кусочек и принялась жевать. С трудом проглотила и повторила это ещё два раза. Именно в этот момент послышались голоса людей и шум возле решетки.

Спрятавшись за кустами, я стала наблюдала за людьми, они подошли к решетке и стали просовывать сквозь неё новые куски мяса. Накидав достаточно много, они подняли корзины с каменной дорожки и понесли их дальше. Я успела заметить, что в корзинах были ячменные лепешки, виноград, инжир и финики.

Когда они ушли, я направилась к решетке и вновь перелезла через верх и опустилась на землю. Побежала по дорожке за этими людьми, я собиралась своровать лепёшку и немного фруктов. В своё оправдание думала о том, что там так много всего этого, что никто и не заметит.

Через небольшое расстояние от загона с большими кошками, люди с корзинами остановились и вновь через прутья уже другой решетки стали забрасывать в очередной загон фрукты. Они накидали достаточно много, и с остатками еды в корзинах, направились дальше.

Я же замешкалась, раздумывая над тем, лезть ли в загон или бежать за людьми с корзинами?

Нет, в загон лучше не стоит. После больших кошек, там могут быть, например большие павианы или ещё кто. Неизвестно как они меня примут, я не раз слышала, что они могут сильно покусать.

Упустив время, я побежала за теми, с корзинами. Но увидела только, как они открыли какую-то дверь и скрылись внутри. Добежав до этой самой двери, я немного прислушалась.

Тишина была за ней, а потому приоткрыла её немного, осмотрелась и шагнула внутрь.

Верховный жрец возвращался к фараону с пустыми руками. Девчонку так и не удалось найти, а потому опасаясь гнева фараона, он оставил сына у своего старого друга. Друг этот был владельцем больших садов в Тинисе, он поставлял фрукты и овощи ко двору самого фараона.