Добро с кулаками
Шрифт:
На это подросток получил чёткое, беспрекословное нет. Объяснялось, это самое нет, тем, что времени, чтобы оббежать даже по самому быстренькому, всю эту банду неделя с кисточкой необходима, а времени этого самого и часа лишнего нету. Правда никто не стал спорить, что сделать это всё-таки рано или поздно просто необходимо, но вот только никак не сейчас. В это самое время где-то недалеко через два квартала, дежурный по стране сидючи в роскошной ванне натираясь морскими солями и одновременно пуская пузыри, пренеприятно громко икнул и на пару секунд ощутил непонятный приступ завывающей тоски. Но всё тут же прошло.
– Ну, тогда хотя бы сегодня ночью, можно я подкараулю известного фонограмщика Киркора, а когда тот встанет испить водицы, из-за угла громко на него гавкну аки бешеный пёс, болтаясь при этом в воздухе? После чего клянусь, сразу же испарюсь. Ручаюсь вам, Киркор тут же примется заикаться, и более уж никогда не будет отравлять эстраду своим пением, - не унимался вошедший во вкус подросток, - правда для полноценного результата придётся заодно сжечь и все фонограммы.
– Хорошо к Киркору можно, но только к нему и всё. Знает ведь куда бить собака! Для Киркора нам ничего не
– Лично я не совсем понимаю босса. И зачем так спешно необходимо людишек ликвидировать. С ними так порой весело. Ну, сколько таких миров отыщется во всех измерениях? Уверяю вас, уж точно не больше чем бездарных самовлюблённых артистов и певцов, - рассуждал спокойно хромой.
– А вот это не тебе судить! Уровень не тот. Ему уж точно виднее, что, где и когда, - резко-ревностно парировала Аграт.
– И всё-таки жаль будет, если их вдруг бах и не станет. Помню, вселился я как-то забавы ради в умопомрачительную прекрасную девушку Эльзу. К слову заметить, вины её было лишь в том, что полюбил её женатый парень Эрик. А Эльза особо то и не противлялась настойчивым ухаживаниям с его стороны. Привело это всё к тому, что благоверная Эрика, испробовав все возможные приёмы, в отчаянье решилась, обратится к имеющей дурную славу чёрной колдунье. Колдунья эта, моя древняя знакомица провела ритуал. Все, как положено. Взяла с супруги Эрика неплохую плату, после чего заверила, что дело сделано и всё будет в порядке. Соперницу можно не бояться и всё такое. Я случайно обратил внимание на данное дело и по началу оно не вызвало у меня ни малейшего интереса. Оно долго лежало и пылилось в кабинете на полке и так бы, наверное, там и затерялось. Между тем, интерес рос по мере развития событий, в ходе которых Эльза прознала об осуществлённом на неё наговоре, и без всякого испуга рассмеялась в лицо несчастной жене, отметив при этом, что оно может осуществиться только при одном раскладе. Только, если бурёнка Марта в понедельник утром закричит на всё село: Аллах Акбар. И почему именно Аллах Акбар, до сих пор не понимаю, но что сказано, то запечатано на веки. Вот тут то и появился полноценный интерес, а вместе с ним и законное право вмешаться. Поначалу Эльза начала пропускать лишка по вечерам, в шумной и гостеприимной таверне на краю села. Ну, это обычное дело. Работа со страстями. Развитие их и вместе с тем закрепление в сознании, что всё правильно, и всё так и надо. Далее - более! Уже каждый день красавица нуждалась в горячительных напитках и мужском внимании. Эрик в свою очередь пытался повлиять на любимую, но мне это стало совсем ни к чему, и неверный муж незамедлительно был закинут в тюрьму по ложному оговору. Теряя вечерами рассудок от чрезмерных возлияний, Эльза всё чаще и чаще передавала бразды правления своим драгоценным телом полностью в мои руки. Родные по началу ругали её, но поняв, что это бесполезно решили плюнуть на всё и прогнать дурную дочь. Тем более что из дому стали пропадать деньги и ценные вещи. Эх, что мы с Эльзой только не вытворяли, вы бы знали. И вот каждое новое утро становилось для самонадеянной девицы новым открытием. То она просыпалась в бочке из-под солярки с задранным подолом, то в конюшне с грязным конюхом, а то и вовсе голой посреди дороги вся разрисованная углём. При этом бедняга ничего не помнила, а желание было лишь одно - поскорее похмелиться и удовлетворить нечеловеческую похоть.
– А можно покороче? Что-то притомил ты меня своей снотворной болтовнёй, - перебил неожиданно подросток. Хромой строго поглядел на перебившего, после чего продолжил, но уже обращаясь преимущественно к Аграт.
– Супруга Эрика, наблюдавшая всё со стороны, поняла, что к чему, и сильно испугалась, осознав, что и с неё возьмётся плата за данное зло. Посаженного мужа она не преминула зачислить на этот счёт. На мольбы всё остановить колдунья лишь разводила руками, однако плату ещё одну взять не побоялась. Вот только всё оказалось безрезультатно. Поняли родные, что тут нечисто, в один дождливый понедельник. Когда утром верхом на корове Марте, Эльза явно подшофе выехала из загона и принялась кататься по селу, громко крича, каждые пять минут: Аллах Акбар! Эльзу силком заперли дома. По одному доброму совету через пару дней её повезли в Россию в Псковскую область. В Успенский Святогорский мужской монастырь к известному священнику - экзорцисту отцу Устину. Отчитка шла неделю. Я ведь не какой-то там демон восьмой категории. Тянули меня за уши и копыта всем своим синодом из тела юной Эльзы. Пришлось уступить, но не просто так. Всё-таки напакостил немного. У отца Устина, целый месяц потом ноги зудели, а один из молоденьких свеже остриженных монахов сбежал из монастыря, превратившись в расстригу. Сбежал да пустился во все тяжкие, правда, тоже ненадолго. Нашли и вразумили. Ну а к Эльзе интерес был потерян. Ведь корова Марта в понедельник утром сделала то, что от неё так самонадеянно добивалась весьма самовлюблённая красавица Эльза. Между прочим, каждое вселение покруче любой компьютерной игры будет. Так что я при своем! Не зачем уничтожать. Проучить это да, это просто необходимо, - закончил Агварес.
– Тоже мне история. Да у меня таких тысяча тысяч, причём позабавней этой добрая половина, - ответил подросток.- Знал бы ты, сколько красавиц я ухайдакал в средние века, сделав их якобы ведьмами в глазах священной инквизиции! Ты тогда бы свою меланхоличную историю оставил для бабушки Саши Волкова.
– Шла бы ты отсюда по добру, по здорову, сказочная фея!
– прошипел хромоногий на Велиара.
– Ну, хватит уже мериться пенисами! Мы почти на месте, - прекратила назревавший спор Аграт.
Тут непонятно откуда раздалась мелодия телефонного звонка, отчего заячья губа преобразилась в лице. Вытянула большой палец и мизинец на подобии телефонной трубки. Приставила большой палец к уху, а мизинец ко рту, после чего отвечала.
– Да босс, слушаю босс! Точно так! Но ведь я на задании. Слушаюсь босс! Немедленно буду, - после чего подросток
закончил разговор, и недовольно уставился на своих спутников.– Как всегда, всё самое интересное без меня. Верховный вызывает. Дело говорит срочное и важное, без тебя говорит ну никак не обойтись. Очень сомневаюсь, что у вас без меня всё гладко проскачет. У вас ведь в последнее время всегда так: пошли за шерстью, а вернулись обритыми.
– Вызывает, так топай! Чего стоишь отсебятину городишь, - ответила немного раздражённо Аграт.
– Ну, тогда я пошел! Удачи желать, смысла нет. Все равно облажаетесь. Покедова!
– Скатертью дорога! Уж как-нибудь и без такого специалиста сдюжим! Вали уже отсюда свистун!
– проговорил напоследок хромой.
Подросток внезапно закрутился волчком. Все быстрее и быстрее с каждым кругом, да так что через секунд тридцать превратившись в маленький торнадо, растворился в воздухе. Удивительно было то, что на данное чудо не обратил внимания ни один прохожий, коих было великое множество. Как будто ни чего и не было необычного.
Хромой же и рыжая направились к входу в большое здание, располагавшееся на улице Щепкина. Немного затормозив перед входом, хромой по слогам прочитал название государственного учреждения, а точнее: Министерство энергетики Российской Федерации. Рыжая в свою очередь задумчиво произнесла:
– Стояли звери возле двери!
– А ещё такая поговорка есть: Стояли нарки, прохожих ждали возле арки!
– парировал хромой, после чего не по-доброму переглянувшись и также, не по-доброму усмехнувшись, эти двое исчезли за проходной.
ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ
ЧИНОВНИК ТИРЕ ВЗЯТОЧНИК
Кабинет одного из заместителей министра энергетики, Дорохова Аркадия Афанасьевича располагался на третьем этаже министерства в весьма уютной его части. Окна кабинета выходили во двор и к тому же так, что солнце всего раз за день заглядывало во внутрь, да и то ненадолго. Кабинет был, как и полагается, огромен. На первый взгляд квадратов в сто не менее. По середине кабинета буквой т располагался массивный деревянный стол и, само собой разумеется, за верхней палочкой важно восседал сам зам министра. Ножка буквы т предназначалась посетителям, коллегам и гостям. Всё убранство полностью соответствовало духу эпохи времени. Тут были и большие плазменные мониторы, и различная копировально-множительная техника и небольшие микрофоны рядом с каждым креслом телячьей кожи. Была у Аркадия Афанасьевича и собственная серверная - маленькая комнатка в углу кабинета, а также целая куча всевозможных служебных телефонов. Но главное, что отличало данный кабинет от точно таких же кабинетов, но простых - это все придуманные на данный момент атрибуты власти. Прямо над головой зам министра висел портрет президента Российской федерации. Неподалеку от него имелся и герб страны, а уж красно - сине - белых флажков в разных местах насчитывалось аж целых три штуки. Дверь из кабинета вела сперва в приёмную, рассчитанную человек на двадцать. Возглавляла приёмную личная секретарша зам министра сорока пятилетняя строгого вида дама Матильда Григорьевна весом килограмм за девяносто. Затем необходимо было пройти через канцелярию, а уже только потом был выход в бесконечные коридоры министерства. Преодолеть секретарский барьер и попасть из коридора министерства, за стол к зам министру удавалось далеко не каждому простому смертному. Да если и удавалось, то не с первого раза уж точно. Да и то только самым ушлым или заинтересовавшим Аркадия Афанасьевича лично. Стоит коротко остановиться и на самом хозяине кабинета. С самой школьной скамьи Аркадий Афанасьевич к любому, даже самому незначительному дельцу подходил только лишь с той позиции, которая диктовала ему в первую очередь свою собственную выгоду и ни как иначе. Этим было обусловлено и вступление в ряду первых в комсомол с последующим становлением комсоргом, и выбор университета потом и второго. Затем продвижение по карьерной лестнице на различных руководящих должностях, коему очень способствовала опять-таки исключительно выгодная женитьба на уродливой, но, тем не менее, дочке действующего генерала МВД. И вот ловко и безболезненно преодолев и смену строя, и различные кризисы, дослужился Аркадий Афанасьевич до кресла зам министра энергетики Российской Федерации. Но и это не была окончательная цель. По вечерам перед сном визуализировал Аркадий Афанасьевич себя собственного, но уже в кресле самого министра. Причём делал это с таким рвением, так горячо и страстно, испытывая такое удовольствие от самого процесса, что с большой уверенностью можно полагать, что нынешнему министру оставалось, совсем не долго, давать распоряжения и указания Аркадию Афанасьевичу. Ну, где-то с пол годика, не больше. Если бы не одно маленькое, но весьма ощутимое, но! Аркадий Афанасьевич брал взятки. И вот ведь какая дилемма стояла в то утро.
– Аркадий Афанасьевич, к вам какой-то Воробейкин, по поводу тендера. Говорит, вы ему лично назначили, - прогудел по внутреннему коммуникатору голос преданной Матильды.
Зам Министра на секунду оторвал взгляд от гербового документа. Приподнял очки. НА ещё одну секунду задумался. Успел за эту секунду что-то сложить и умножить в уме, возвести в голове гостевой домик в Переделкино, после чего отвечал с важным видом.
– Пусть пройдёт в кабинет через пять минут. Да, кстати, Матильда этого посетителя совершенно нет необходимости хоть как-то регистрировать среди прочих.
– Слушаюсь, Аркадий Афанасьевич, кофе или чай?
– кухаркина дочка очень дорожила своим местом, а также весьма гордилась своей карьерой. Посему любая прихоть босса была железобетонным законом, не свергаемой монолитной истинной и величайшей мудростью.
– Чай, кофе подождут. Мы дадим знать в случае чего, - ответил всё также важно зам министра.
И вот спустя пять минут на пороге Дороховского кабинета, предстал в очень дорогом костюме, с золотыми часами Ролекс на правой руке, и огромным бриллиантом в платиновой оправе на среднем пальце левой руки. В общем, предстал никто иной, а сам Воробейкин Геннадий Яковлевич. Крупнейший бизнесмен в нефти и газа добывающей отрасли, владеющий заводами и множеством различных производств. Прихрамывая на одну ногу, Воробейкин проковылял с лучезарной улыбкой до Аркадия Афанасьевича и радостно протянул руку. Обменялись рукопожатием, после чего первым заговорил зам министра.