Дневники Задрота
Шрифт:
Действительно, вокруг тела валялись обломки массивной деревянной скамьи. Вытесанной из половинки бревна, длинною метра три и шириной в полметра. Вообще, вся мебель в трактире сделана основательно, чуть ли не на века. Эта вот скамья, наверное, пережила уже не одну тысячу драк. Ею этого несчастного и приложили. Интересно, кто?
– Кто его так?
– А, так-то доча моя... Что тут подавальщицей работает. Она же... Это... Ну... Немного... Того... Этого...
Трактирщик замялся, не решаясь выговорить страшное слово.
Да, доча у него, то еще чудо.
Смотреть
Но когда доча поворачивается лицом... Груди нет. Вернее, конечно, грудь есть, там не дырка, просто сиськи отсутствуют. Усы как у Картауса-Рыжего-Уса, борода мочалкой, и взгляд битого жизнью алкоголика. Крючковатый нос, впалые щеки, торчащие в разные стороны редкие крупные зубы.
Как мне уже сообщили по секрету, нарвалась девочка на проклятье. Хотела, мол, колдовать научиться и ведьмой стать.
Встретила в лесу монашку-странницу с черной повязкой на глазах да без креста. Та ее и «одарила». Да, открыла в девушке дар. Но каждое колдовство, применяемое той, коверкает некогда прекрасное юное создание. Казалось бы - не колдуй, и все будет ок. Но... Иногда возникает необходимость. Причем, это «иногда» случается регулярно. И чем дальше - тем больше. Вот, как сегодня, например.
– ... а он стоит и глазами лупает! Мы его и так, и эдак! И кочергой, и метлой, и... еще чем-то. Не помню уже. Только твердит, мол, денежку отдайте. Обещана, мол, денюжка. А Парук-то, возьми и ляпни, бестолочь этакая, не будет тебе никакой денежки, ее хозяин в счет битого стекла заберет. Этот взбеленился, кочергу забрал и в узел связал, Паруку метлу в... хм... В неприличное место засунул. Прямо сквозь портки. И уже замахнулся мне врезать, тут доча и помогла... Не то, прибил бы меня этот бугай... Вон, какие кулачищи!
Из своего уголочка улыбнулась довольная похвалой доча, и меня передернуло. Хм, вон той бородавки на носу раньше точно не было. Да и брови, вроде, прежде не срастались над переносицей.
– Шепнула тайное слово, скамья поднялась, да хряпнула супостата по маковке. Он как стоял, так и рухнул. Вон, какой твердолобый... Сплошные убытки от него... Может заберешь, а? Я даже откупных не попрошу, напротив - приплачу... Немного...
– Да не нужен мне холоп. Мне с ним только поговорить. И пусть идет с миром.
– Да, о чем с ним разговаривать то? О деревьях? Он с десяти лет в лесу жил, пенькам поклонялся!
– О маге.
– Тссс!
– Что? Ты же мне сам...
– Ничего такого не было!
– Э...
– Ты это... Задрот... Иди-ка ты к себе. Не отсвечивай.
– Может с этим помочь?
Трактирщик скептически меня оглядел. Хмыкнул.
– Ну... Попробуй. Я вот, не сдвинул. Туша неподъемная, чтоб ее...
Я подошел к рыжему, возложил ему на лоб ладони, и...
– Денюжку отдай, - прогудел рыжий распахнув голубые-голубые, совершенно без признаков интеллекта гляделки.
– Дам. Только сначала...
– Ты что наделал?
– завизжал трактирщик.
– Ты это зачем? Ему... Мне... Ты... Вот и забирай его тогда, раз оживил! Я-то надеялся,
– А штраф?
– Проще один раз штраф заплатить, чем этого при себе держать...
– пробормотал хозяин.
– А грех?
– Да какой грех? Несчастный, ведь, случай!
– Ага, ага... Молекулы воздуха броуновское движение прекратили, и все, в одну строну полетели. Лавку подняли, а тут, он...
– Чаго?
– Молекулы. Ну... Колдовство такое.
- Точно... Дай запишу, как это по-научному будет, а то мало ли вдруг снова оказия... А там, дознаватели, допросы... Но ты, того, не уклоняйся. Забирай этого. К себе в комнату. И сидите там. У тебя еще пять дней оплачено, а я... Я... Этого, все пять дней бесплатно кормить буду... Вот ведь! Разорюсь я с ним, вроде и не делает ничего, а все равно расходы...
– А ДЕНЮЖКА?
– Да не нужен он мне!
Из-за столов встали несколько местных. Подошли обступили кружком.
– Ты, бледный, не того...
– Не этого...
– Мы ведь все понимаем!
– Но по всем законам!
– Правилам...
– Понятиям.
– Ты ведь его вылечил? Вылечил!
– Ну, шишка вон, совсем пропала, значится - вылечил!
– Ага, можно сказать - жисть спас!
– ГДЕ МОЯ ДЕНЮЖКА???
– А раз спас, он, стало быть, твой!
– Ведь для прежнего хозяина, не вылечи ты его, он, как бы помер.
– Ага!
– Вот и считается, что помер. А этот, тот, что воскрес... Воскрес, воскрес! Не перечь! Он уже твой.
– Ага, тот то помер...
– А этого, мы вообще не знаем!
– ДЕНЮЖ...
– Короче, мы все думаем, что у трактирщика прав на ТВОЕГО холопа нету. Верно я говорю?
– Конечно!
– А то!
– Еще бы!
– А я о чем, а я о чем???
– затараторил трактирщик.
– Нету у меня прав, бесправное я существо! А этот - вообще, бесплатно разлёгся посредине зала, понимаешь, и не платит, и не встает! Задрот, забирай своего холопа, ты не общий зал снял и не весь трактир, а только чер... Пентхаус!
Вот ведь, понахватался у меня словечек, сволочь...
Прописалось задание:
Заботливый барин.
Условия: стать владельцем холопа и увести его с глаз трактирщика.
Награда: Холоп.
Штраф за невыполнение: синяки и шишки.
Принять?
Да/Нет.
Вот так и стал я недорабовладельцем. Поневоле.
День Седьмой. Пергамент 6.
День Седьмой. Пергамент 6.
– Пошли, - сказал я амбалу.
– Денюжку отдашь?
– Отдам. Только не сразу.
– А когда?
– Пошли со мной, говорю. Будет тебе денежка, не сомневайся.
– Хочу денюжку сейчас!
– Здесь нету. Наверху. В комнате денежка.
– А этот... Мордастый... Не заберет? Во, зыркает...
– Не заберу!
– трактирщик скрипнул зубами и замахал руками.
– Иди уже! Скройся с глаз моих!