Дневник
Шрифт:
И я бы её возненавидел. Возненавидел бы Джуд.
Плохой сценарий.
Однако, кажется, пришло время пополнить список причин, по которым мне предстоит сгореть в аду.
2 сентября 2010.
В конце августа Лорна сдалась: она всё-таки снова пройдёт обследование. Пришлось, конечно, с ней изрядно повоевать, ведь она, несмотря на улучшения в самочувствии, уже, наверное, втихаря подбирала себе гроб.
Она сообщила, что результаты готовы и опухоль перестала расти.
В этом раунде выиграл я. Посмотрим, что будет дальше.
10 сентября 2010.
Возникло
Первая:поскольку Лорна немного оклемалась, теперь к ней не подобраться. Придется как-то самому подмешивать ей снотворное, но с её подозрительностью это задача не из легких. Ломаю голову, как её перехитрить, чтобы лечить и дальше.
Вторая:Лорна сказала: «Давай-ка определим тебя в клинику».
Зачем?
«С твоим алкоголизмом надо что-то делать, пока всё не зашло также далеко, как и у Шейна. Он то остановиться уже не может, даже когда хочет. Ох уж эти гены!»
«Мам, прекрати, ради всего святого. Я больше не пью».
Я просто в край заврался.
Третья:Джуди вознамерилась «наверстать упущенное» за лето, и когда не в школе, постоянно торчит на острове. Не знаю, кстати, почему я тоже оказываюсь там, хотя, вроде как, планировал по возможности избегать встреч со своей
мелкой
повзрослевшей подружкой.
Джуди спросила: «А будут ли ещё книги?»
«Господи, зачем они тебе только сдались?»
«Я что, по-твоему, глупая?»
Нет, ты не глупая, но всё сложно. И стало слишком странно сидеть с тобой на острове и беседовать о литературе. Впрочем, у меня есть на примете кое-что для тебя. Возможно, ты, Джудс, как умная девочка, сделаешь нужные выводы и перестанешь сюда приходить. Что на счёт «Лолиты», Джудс? Слышала про такую книжку? Есть ещё куча экранизаций.
К счастью, я всего этого не сказал.
Умница Итан.
Четвертая:Джуди и её школьная форма.
Она возмущенно поведала, что у них отродясь никакой формы не было, но на этот учебный год её ввели в качестве эксперимента и некой воспитательной меры. Виноваты старшеклассницы, что злоупотребляли косметикой и одевались на учёбу, как в ночной клуб.
Джудс была страшно зла, хотя мне не понять её гневных пассажей об «ущемлённых правах». В моей частной школе форма была всегда, и невообразимо идиотская — с гербом, по-клоунски широким галстуком, шерстяным пиджаком, от которого всё чесалось, и прочими консервативными причудами.
Но спасибо, чёрт возьми, за новый повод для беспокойства. Теперь Джуд приходит сюда в юбке и щеголяет стройными загорелыми ножками. Она усаживается рядом и подол всё время задирается. Лучше бы Джуди и дальше носила свои мешковатые шмотки.
Ладно, окей. Я готов снова читать тебе, как когда ты была ещё маленькой. Потому что лучше смотреть в текст, а не на тебя.
И твои чёртовы ноги.
20 сентября 2010.
Я как раз хотел отвлечься и проветрить голову. Забавно, раньше я «проветривал голову» на острове, а теперь это место само провоцирует такую потребность.
Место, ага.
После визитов в тот мир я изменился. Моя магия изменилась. Как минимум, исчез кровавый насморк. Так что возникла необходимость проверить, сказалось ли это и на… других вещах. Мне стало любопытно, будут ли и путешествия в чужие измерения проходить без прежних побочек. Смогу ли я наметить свежие маршруты,
отыскать что-нибудь новое и интересное.Терять то мне уже нечего.
Всё так. Больше не нужны «специальные» зеркала. Ради эксперимента я попробовал с двумя разными. Первое я когда-то купил у старьевщика, уловив в нём следы магии. Второе — совершенно простое, на дверце шкафа в прихожей съемной квартиры. Результат меня впечатлил. Выходит, мои способности к путешествиям прокачались.
Я посетил лес между мирами. Там ничего не изменилось, но от его вида я испытал чувство сродни ностальгии, и даже получил своеобразное удовольствие, прогуливаясь среди мёртвых, будто искусственных деревьев в тревожной, неестественной тишине. Когда-то этот лес страшно меня раздражал. Он был тупиком и синонимом моих бесчисленных неудач. Теперь — он напоминание о далеком времени, когда всё было чуточку лучше.
Интересно, а можно ли остаться здесь навсегда?
Я поймал себя на этой мысли, и мне стало не по себе. Опасные размышления. Искушение… слишком сильное — просто сбежать от всего, спрятаться там, где нет ничего — ни времени, ни смерти. Вне времени и вне пространства. Впрочем, меня куда больше привлекает другоеничто.
Вот туда я и отправился следом. Я оправдывал себя тем, что нужно поддерживать в себе уровень магии того места, ведь стоит ей иссякнуть, начинаются чудовищные откаты, но на деле стыдился признать, что основательно к этому пристрастился.
Есть ли у этого места конец и край? Начало? Откуда оно появилось? Почему в нём столько магии? Чьи голоса преследуют меня после визитов туда? Чьи кошмары вплетаются в мои мысли? Кто был здесь до меня? Ведь кто-то же был?
Путешественники, убитые Луизой Ришар?
Кажется, я увлекся, вот и пробуждение в этот раз вышло очень неприятным. Мне показалось, что кто-то тронул меня за плечо, и, очнувшись, я нервно оглядел комнату, но никого, конечно же, не увидел. Стоял страшный дубак — окно было распахнуто настежь, а ветер трепал прозрачную штору, вздымая её, как паруса корабля в сильный шторм. Снаружи уже стемнело, а на подоконнике сиделворон.
После всего я не удивился бы зрительной галлюцинации, но он казался вполне реальным. Он не торопился улетать, даже когда я осторожно приблизился к нему, чтобы рассмотреть.
«Эй, — я не придумал ничего лучше, чем позвать его, — птица ты, иль дух зловещий?»
Ворон издал неопределенный звук, нечто среднее между кашлем и кряхтением старого пса, и, взмахнув огромными чёрными крыльями, выпорхнул в ночь.
Очень красивая птица! А ведь во времена подросткового увлечения Эдгаром По я мечтал завести ручного ворона и всерьёз размышлял, можно ли будет спрятать его от Лорны на чердаке.
Я закрыл окно. Не помню, чтобы оставлял его открытым.
Что-то тут не так.
1 октября 2010.
Второй раз я видел его в лесу у реки.
Я потащился на остров, но передумал в последний момент, ибо всю дорогу спорил с собой. Голос разума одержал верх: как бы мне ни хотелось увидеть Джуди, с этим надо завязывать. Наше общение пора свести к минимуму, а по-хорошему прекратить совсем. Но сложно сделать это одним махом. После этих восьми лет.
Раньше всё было иначе, но теперь приняло крайне скверный оборот.