Дневник Илирии
Шрифт:
Перед глазами появился худой высокий молодой человек, он пил вино из кубка и бросал неоднозначные взгляды на Илирию. Вспомним великую Троянскую войну и ее причину- прекрасную Елену, трагедия, которая должна была развернуться через пару дней так же произошла из-за женщины. В данном случае — из-за ведьмы Илирии. По словам Уремии, он сразу понял, что красивая панночка с Мареком — не его племянница. Ее дьявольская красота пленила его душу, а ее сатанинский голос нашептал охмеленному разуму различные картины. В общем, говоря простым человеческим языком, ему ее захотелось. Уремия объяснялся, что поверил, будто это Марек продал душу и держит как рабыню прекрасную панночку, и поэтому он решил очистить огнем земли от скверны и спасти Глару. Конечно, это все было не правдой. Я отчетливо увидела,
— Я давно ненавижу Марека. Ты знаешь, в случае его смерти, все его земли заберет Казимир Потош. Ведь у Марека нету наследников. Я договорился с Казимиром, что если я помогу ему заполучить эти земли, то получу неплохое вознаграждение.
— И ты считаешь, пришло время помогать?
— Да…Уничтожу его проклятое поместье, его, и заполучу красавицу Глару.
Мужчина засмеялся.
— Я все продумал, нынче пошла новая волна селянских восстаний, и никто не будет сомневаться в том, что имение сожгли эти обезумившие смерды. — Уремия кивнул мужчине и подошел к столу. — Ты должен напоить порошком Марека и Глару, забрать ее и поджечь поместье. Вот держи порошок, деньги получишь после того, как она окажется в этой комнате. Это особый яд, выпивший его человек, сразу теряет сознание, и если не дать противоядие, то умирает через сутки. Мне привезли его вместе с противоядием из Франции. Без этой бутылочки это верная смерть. — Уремия покрутил в руках противоядие. — Я воскрешу прекрасную Глару и она будет принадлежать мне.
Неизвестный собеседник отправился в гости к Мареку и Илирии, и ему удалось как-то опоить вечных слуг Магика.
Перед глазами возникла картина. Илирия отставила бокал и кивнула мужчине:
— Спасибо за вино, отличный вкус.
Через пару мгновений она безвольно упала на пол. Так же свалился Марек.
После он незаметно перенес тело Илирии в карету и поджег имение.
Все было отлично сработано, и мужчина мирно покачивался в карете с отравленной девушкой. Он готовился быстренько забрать деньги и исчезнуть, пока Уремия не понял, что прекрасная панночка не очнуться. Ведь он добавил столько яда, что ни одно противоядие не спасет. Но неожиданно карету осветил свет от перстня Илирии. Он будто втянул в себя мертвецкую бледность отравленной, и она открыла глаза. Мужчина заорал, а она сжала ладонь в кулак и тот не смог выдавить не слова. Одновременно перед глазами появилась другая картина. Бледное тело Марека лежало в комнате окруженной стеной пламени. Перстень на его руке засиял таким же светом и его губам вернулся цвет жизни. Марек привстал и осмотрел пылающее имение. Он истощенно заорал, а потом растворился.
Так было уничтожено самое главное в жизни Марека — его родовое поместье. И он не смог никак остановить всепоглощающий огонь, это было не в его силах. Но это могла сделать повелительница стихий Илирия. Но она спокойно стояла в стороне, около разорванной на части кареты и с тоскливой улыбкой наблюдала за пожаром. После она отправилась к дому Уремии, что б отправить его после на алтарь инквизиции. В его показаниях говорилось, будто ведьма Глара творила все эти ужасы на улице: вырывала деревья с корнем, разрушала кареты, а потом заставила его признаться, будто это он вступил в сговор с темной силой. Жалко, что Уремие не поверили, ведь он говорил чистую правду.
Внизу стояла дата, я с удовольствием отметила, что у меня теперь довольно таки много сведений о Илирии, и наконец-то все тайное станет явным.
Неожиданно меня накрыло еще одно видение.
Комната, ужасно маленькая и темная. На столике догорает свеча, с одной стороны сидит Дамиан, а с другой Илирия. Она отрешенно смотрит в пустоту, но ее слова обращены к нему.
— Я думаю проявилась заслуженная правда. Теперь не надо врать самим себе. Ведь я могла спасти его поместье, но и глазом не моргнула. Я просто этого не захотела. — Илирия провела рукой на свечей и та вспыхнула будто прекрасный огненный цветок. — Но и Марек знает эту правду. Я увидела это в его глазах…
Пламя потухло…
Продолжение откровений
Немного правды из жизни Илирии…Помню в какой-то
книге говорилось, что у людей, которые живут на переломе между различных миров, не существует правды и истинны. У них есть только определенные ситуации и их собственная оценка событий. Нет ни истинного, ни ложного, только то, что помогает им выжить, то, что их убивает и то, что может их спасти. И чаще — правда, это то, что скорее приведет к их скоропостижной смерти…Я не имела за душой таких грехов, как Илирия, и мои откровения не могли меня убить. Поэтому я, будучи полностью уверенной, что правда — это самый дорогой подарок близким, взяла под руку Дрейка и пошла к родителям.
С мамой было легче, ведь часть силы передалась мне по крови именно по материнской линии, но отец… Все произошло довольно спонтанно. Папа отчего-то захотел узнать, как звали отца Дрейка (конечно же для них — Андрея). Тот почесал затылок и сказал, что по словам сестры Ады, их родителя зовут Акстельт. (Скорее за все это его астральное прозвище). Мой папа подумал, что это шутка и ответил: "Да ты, Андрей Акстельтович." Но Дрейк пожал плечами и сказал, что его имя Дрейк Льюис Грейтл. В общем тут и началась немая пауза. Так сказать тишина перед началом спектакля: " Признание блистательной Киры в том, что она отчасти ведьма". Надо было объяснить родителям логику происходящего: а именно, как гражданин Великой Британии так прекрасно владеет русским и к тому же сидит у них в квартире, да еще и в моей скромной компании. Мама сразу все поняла, как только Дрейк прочитал заклинание о пробуждении тайных знаний, оказывается, ей еще бабушка рассказывала подобные легенды. Отец начал плакать, он меня сильно испугался. Я решила оставить их со своими мыслями и поговорить попозже, тем более, что пора было встретиться с Артемом и мама настоятельно уговаривала меня уйти.
Секретарши Артема не было, и мы спокойно зашли в его кабинет и увидели… На столе сидела неописуемой красоты девушка. Она была одета в черненькое боди и одну черную туфлю, другая валялась радом, вместе с красивым серебристым платьем. Ее длинные белоснежные кудри контрастировали с черными как омут глазами. Дрейк даже открыл рот, что вызвало во мне прилив волны ревности. Но меня удивило другое чувство, какаете непонятная злость на Артема, за то, что он веселиться с подобными барышнями. Он стоял у стола, на нем были одеты только темно-зеленые штаны, зеленая рубашка валялась около платья незнакомки. Его взгляд искрился ненависть…
— Ой, извини друг, помешали! — Дрейк так широко заулыбался.
— Нет. Я уже уходила. — она пропела это своим медовым голосочком. А потом щелкнула пальцем и платье моментально оказалось на ее теле, как и рубашка на Артеме. Она медленно слезла со стола и нежно поцеловала его в губы, а потом грациозно направилась в мою сторону. Она отчего-то подмигнула Дрейку и стала спокойно читать заклинание переноса, через мгновение воздух заискрился и ее не стало.
— Идиоты! Дура! — Артем ткнул в мою сторону пальцем. Дрейк даже не отреагировал, кажется он обалдел от этой волшебницы. — Лана так редко оказывается в России и на Украине! У нее нет дара телепортации на далекие расстояния!
Я молчала…было ужасно не ловко, но я не могла понять почему. Вроде ничего уж такого не обычного тут нет, мой любимый, как и положено, слегка ошарашен сногсшибательной красавицей, но уже во всю пытается реабилитироваться, виновато глядя на меня. Но мне неудобно…
— Надеюсь, у тебя есть оправдане!
— Илирия…я знаю с чего нам надо начинать! — я резко викрикнула.
Артем замер, видно было, как огонек азарта пересиливает пламя гнева. Он перевел взгляд на Дрейка. Тот утвердительно кивнул.
— У меня есть определенные хронологические рамки ее жизни, я знаю страны в которых она бывала. И знаю, с чего мы начнем!
Артем внимательно изучал мою кофту, она его явно интересовала больше, чем Илирия.
— Первой нашей точкой должна стать Черная школа!
Ребята напряглись. Дрейк о чем-то задумался, а вот Артем спокойно кивнул.
— Кто либо из вас знает что это, и что это значит? — он скрестил руки на груди и оперся спиной на тонкую гладь стекла.
Я отрицательно замотала головой. Дрейк тоже рассеянно развел руками.