Дитя равновесия
Шрифт:
– Ты сказал, – прервала его эмоциональный рассказ Кара, – у неё на груди источник этого голубого «не пойми чего»?
Кален кивнул.
– У неё на груди висит что-то вроде медальона на тонкой цепочке, кажется, цветок какой-то. Я увидела, пока поливала её…
– Медальон? Хм, я не заметил.
– Нужно будет присмотреться, быть может, дело не в ней, а именно в этом цветке, и если его передать кому-то, более надежному, мы сможем… – рассуждала вслух Энель.
– Я понял ход твоих мыслей… Можно будет попробовать, но потом. Сперва нужно убедиться, что всё именно так, как мы думаем. Нам нужно
– Мы всё поняли, Кален, – ответила за двоих Энель. – Но она пленница, и пока я только сниму надзор, но больше никаких уступок. Ей ещё многое придётся нам объяснять.
Все промолчали.
– А теперь, давайте спокойно поужинаем. Нам не повредит небольшая передышка. Вы оба сегодня только вернулись из походов, так что надо расслабиться, – Энель украдкой подмигнула подруге, призывая её действовать.
Глава 10
Инариэль.
Он долго бродил по лагерю, менял повязки, делал припарки, подносил воду, слушал стоны и не мог понять, что же его так тревожит. Сделав всё необходимое, он решил зайти в таверну, там всегда было полно сплетников, можно услышать что-то ценное, что поможет разобраться в тревоге, охватившей его ночью.
Правда, и там ничего нового: обсуждают стычки с демонами, оплакивают погибших, пьют за здоровье раненых бойцов и за храбрость командиров. Всё, как всегда. Всё не то.
Инариэль вернулся в свою палатку. Его друг-гном храпел, укутавшись в плащ, – вот кому хорошо! Эльф зажёг магический огонёк и принялся за чтение. Утром его вновь ждали заботы о пострадавших.
Весь прошедший день тревога не покидала Инариэля. Вернулись разведчики, поговаривают, что нашли выжившего у одной из «дверей». Инар уже собирался ложиться спать, когда к нему вбежал запыхавшийся солдат:
– Господин целитель, меня прислала госпожа Энель! Она просила вас срочно прийти в темницу, там кому-то совсем худо.
– В темницу?! – Инариэль насторожился. Главная шпионка приглашает его в темницу! Как бы дверь не заперли за его спиной на заколдованные замки.
– Да, там пленница, эльфка, совсем плоха. А её ещё допросить надобно, так она на общем ничего почти не говорит, только по-вашему бормочет. Перевести надо будет…
– Эльфийка, – поправил Инариэль. – С переводом могу и не помочь: у нас у каждого клана свой язык, но что в моих силах – сделаю. Что ж, идём. Показывай вашу пленницу!
Когда они подошли к дому старосты в подвале которого и устроили «темницу», уже совсем стемнело, горный ветер нёс холод с вершин неприступных гор прямо в эту злополучную деревушку.
Перед ним отворили дверь дома старшины и проводили в подвал. Эльф пришёл в ужас, когда увидел тяжёлые цепи, бесформенной грудой валяющиеся на полу. Воображение услужливо дорисовало остальную картинку.
– Вы её перепутали с огром?! – позабыв о собственном шатком положении, повысил голос Инариэль. – Вы – двое здоровых ребят, неужели боитесь обычной эльфийки?
– Приказ Ищущей. Но мы её больше не приковывали, господин целитель, госпожа Энель приказала.
– Какое милосердие проявляет ваш тайный канцлер!
Просто оторопь берёт! – с издёвкой усмехнулся Инариэль.Наконец его впустили в камеру, посреди которой лежал чей-то плащ, а под ним кто-то стонал.
«Надо же, плащ-то явно кого-то из вояк, от человека – не ожидал. Значит, не все они зверьё, и среди них есть сострадающие, – подумал эльф и тут же себя одёрнул: – Глупости какие! Если бы сострадали, сразу привели бы больную ко мне, а не в подвал и на цепи садили».
– Ну что ж, я могу осмотреть больную? Или мне всё делать на расстоянии, чтоб у вас не возникло мысли, что я помогу ей бежать?
– Делайте, что надо, господин маг, нам велено вам не мешать и доставлять всё, что вам потребуется. Единственное пожелание Ищущей – чтобы девушка как можно быстрее пришла в себя, для этого вы здесь.
Инариэль подошёл к пленнице и откинул плащ. Перед ним на полу, свернувшись калачиком, лежала совсем юная эльфийка. Зубы её стучали так, что грозили откусить язык. Она тихо поскуливала, словно раненый зверёк.
– Олухи! Ещё немного – и ей уже целитель не помог бы! Что ж вы её сразу ко мне не принесли?! Разведите здесь огонь, а то у меня руки мёрзнут… Даже мысли замерзают от этого холода.
Девушку прикрыли тёплым одеялом, посреди камеры развели чадящий костер, который хоть и не мог обогреть весь подвал, но давал достаточно тепла хотя бы возле себя.
– Откуда она в таком состоянии?
– Нам не велено говорить, господин целитель.
«Ишь ты, странно… И что-то у него тон такой любезный…»
Всмотревшись в лицо одного из стражей, Инариэль всё понял: вчера он вылечил этого солдата, того угораздило попасть под огонь демона. Если бы не целительная магия, несчастный умирал бы долго и мучительно.
– Мне нужен человек, который сможет принимать хоть какие-то решения, – сказал эльф. – Позови… даже не знаю, сам придумай кого или Ищущую – вы вроде все её уважаете – или эту вашу госпожу Энель. У меня будет много вопросов, и от ответов на эти вопросы будет зависеть жизнь этого создания.
– Хорошо, я мигом. Только я дверь запру. Вы уж простите, но с меня голову снимут, если я этого не сделаю.
– Делай, как должно. И поторопись!
Дверь закрылась за солдатом. Эльф присел на край тюфяка и посмотрел на узницу.
Она уже согрелась. Совсем молоденькая, даже по человеческим меркам, грязные от сажи, растрёпанные волосы чуть ниже плеча, видимо, изначально были светлыми, заплетёнными в эльфийские косички.
В них когда-то были полевые цветы…
Он прислушался к её дыханию. Настроение тут же пропало: девушка едва дышала.
Она стонала, еле слышно что-то неразборчиво бормотала. Откинув одеяло, целитель осмотрел её: вся одежда была изорвана в клочья, едва прикрывая тело, но следов ран не было. Пришлось применить магию – взгляд, помогающий увидеть суть. Инариэль сконцентрировался, увидев многочисленные раны на ногах, шее, руках и плечах девушки. Они не кровоточили, из них вытекала не кровь, а не видимая обычным глазом жизненная сила. С каждым ударом сердца она приближалась к тому пределу, откуда нет возврата. Он хотел дотронуться до лба эльфийки, но почувствовал магическое сопротивление и резко одёрнул руку: его обожгло демоническим огнём.